
Пустыня не стала укрытием, а московская реанимация превратилась в крепость. Пока в высоких кабинетах шел торг за будущее перемирие, на улицах столицы разыгрывалась партия, где ставкой была жизнь второго человека в самой закрытой структуре страны. Но стрелки, рассчитывавшие на быстрый отход через Ближний Восток, допустили фатальную ошибку: они забыли, кто именно сейчас находится в Арабских Эмиратах.