{IF(user_region="ru/495"){ }} {IF(user_region="ru/499"){ }}


Алексей Колесников директор по продажам iSimpleLab 12 февраля 2021г.
Полное погружение в цифровой банкинг с iSimpleLab
Будут ли банки полностью цифровыми и что этому будет способствовать? Какие задачи решали банки до 2020 года и что поменялось за последние 12 месяцев? Что такое «необанки»? Какие тренды повлияют на будущее цифрового банкинга и на что делать ставки уже сейчас? Как государство влияет на цифровую трансформацию банковской отрасли?

Екатерина Ярцева:

Добрый вечер, дорогие друзья, в эфире «Деловой гамбит», меня зовут Екатерина Ярцева. В 2020 году случилась не только пандемия, произошел цифровой переворот, локдаун, переход на удаленку, все это спровоцировало квантовый скачок в развитии IT, финтеха, банковского обслуживания и других отраслях. В обычных условиях это заняло бы 3-5 лет. Что же произошло за эти 12 месяцев, какие будут дальнейшие тренды, на что можно и нужно делать ставку, что такое необанки и как будет дальше идти цифровизация, каково будет участие в этом государства, об этом поговорим сегодня с моим гостем. Алексей Колесников – директор по продажам компании iSimpleLab. Начнем с трендов, что к нам пришло в 2020 году и что с нами пойдет дальше?

Алексей Колесников:

Тренды 2020 года, если говорить о банковской отрасли, не явились новыми тенденциями, скорее, стали продолжением или усилением тех тенденций, которые в российской банковской сфере уже давно существуют, и 2020 год по понятным причинам только усилил, помог их более активно внедрять в жизнь.

Если говорить про 2020 год, эти тренды связаны с удаленкой, она во всех отраслях стала реалией, а иногда единственным способом взаимодействия с заказчиками, партнерами, клиентами. Эта тенденция не обошла и банковскую сферу, и это видно по последним новостным лентам, интересным событиям, это развитие и становление крупных экосистем. Одна из последних нашумевших новостей была попытка сойтись банка Тинькофф и Яндекса, которая не случилась. В начале года перед нами встала экосистема Сбера, в целом тенденция по созданию экосистем вокруг крупных ключевых игроков рынка прослеживалась ранее, но сейчас будет усиливаться, и уже ближайшие новостные ленты будут ими пестрить.

Вышла новость о том, что Wildberries приобрел с банковской лицензией небольшой банк, это как раз та самая тенденция по созданию экосистемы, что из этого у Wildberries получится, покажет время, скорее всего, это будет не такой отдаленный результат. Это также один из трендов, который уже до 2020 года прослеживался, в 2020 году он усилился, и 2021 год будет показывать первый результат, что на финансовый рынок выходят нефинансовые организации, то есть те игроки, те компании либо IT-лидеры, либо как в случае c Wildberries, те игроки, у которых достаточно большой опыт взаимодействия с большим количеством клиентов, у них есть понимание клиентского опыта, клиентских настроений, клиентского поведения, и единственное, чего у них сейчас не хватает, это финансовой лицензии, финансовых инструментов.

Создание финтех-компаний, финтех-стартапов на основе этих игроков. Также одна из тенденций – создание финтех-стартапов внутри банков. Это было в прошлом году, и тенденция будет продолжаться.

Одна из тенденций, которая активно видна в банковском сообществе и очень чувствительна для людей, это активное продвижение цифровых услуг государства. Наше государство становится достаточно ощутимым, серьезным игроком в цифровых услугах, активно продвигает эти услуги, создает и зачастую заставляет те же банки эти услуги у себя внедрять, предоставлять их через себя клиенту.

Удаленка и тенденция по освоению банками все более нестандартных для них

каналов взаимодействий с клиентами – это тоже очень важный тренд, но если говорить даже не про банки, а в целом поведение людей, то очень явным трендом было взаимодействие людей друг с другом через зум, раньше такого не было, компания была никому не известна, но буквально в начале года это имя звучало на каждом углу, и тенденция взаимодействия клиентов и компаний друг с другом через цифровые каналы тоже очень ярко прослеживается. И самое главное, что после окончания пандемии она никуда не исчезнет, то есть пандемия придала ей только старт, мощный толчок, она будет дальше развиваться и дальше будет трансформировать взаимодействие субъектов друг с другом через цифровые каналы. Это те тенденции, которые будут влиять ближайшее время на поведение и на развитие в том числе финансового сектора.

Екатерина Ярцева:

Что же делать многочисленным банкам, чтобы удержаться в этом тренде, потому что Вы можете оценить ситуацию с экспертной точки зрения, находитесь за пределами банка, и в этом есть свой плюс, Вы видите ситуацию более широко, с разных углов, потому что тому, кто находится внутри, иногда тяжело оценить весь масштаб ситуации.

Алексей Колесников:

Тяжело, но единственный шанс у банков смотреть на тренды и тенденции не с точки зрения наблюдателя, а с точки зрения активного участника, потому что если ты хочешь жить в изменившихся реалиях, ты должен этим реалиям как минимум следовать, а в идеале должен управлять ими. Идеальный вариант, когда ты создаешь тренд.

Если говорить про ответы банков на те вызовы, они следуют из того, что я рассказал. Если говорить про тренды на экосистемы, банки должны активно участвовать во взаимодействиях с крупными небанковскими игроками. Не всем повезет быть с Яндексом, мы считаем, что банки могут создавать собственные экосистемы внутри себя либо вокруг своих продуктов и услуг, которые они считают для клиентов интересными, либо те продукты и услуги, которые они могут для клиентов правильно продать, упаковать.

Если говорить про роль государства, то здесь зачастую банкам и не нужно ничего придумывать, часто государство заставляет банки внедрять государственные цифровые услуги в свои информационные системы, зачастую это не всегда оправданно и не всегда результаты получаются интересными для банков. Но при этом мы видим, что есть шанс, есть возможность, есть продукты у банков, которые можно благодаря цифровым государственным услугам упаковать и продать клиентам так, чтобы как минимум заинтересовать и повысить их лояльность к услугам банка, как максимум попытаться на этом еще заработать.

Есть смысл сказать немножко шире о нашей компании не как о единственном игроке в группе компаний iCAM. Компания iSimpleLab входит в группу компаний iCAM, куда входят такие игроки, как IDSystems, эта компания является лидером на рынке оказания услуг по взаимодействию банков и различных государственных услуг. В партнерстве с этой компанией мы реализовали ряд интересных сервисов, которые выпустили на рынок, один из интересных кейсов по установлению самозанятых.

Государство предложило цифровой канал со стороны федеральной налоговой службы по регистрации физических лиц как самозанятых, потенциальное физическое лицо может зайти на сайт налоговой службы, зарегистрироваться, но, как правило, физические лица не всегда компетентны в вопросах оформления бумаг, подачи заявлений, и со стороны банков возникла идея, почему бы не помочь клиентам оформить себя как самозанятого. Мы реализовали проект, в рамках которого любое физическое лицо, которое занимается той или иной деятельностью, которую хочет оформить официально, может подать заявление на оформление себя как самозанятого, помимо этого физическое лицо, став самозанятым в рамках юридического поля, может продолжать взаимодействовать с налоговой через банк через систему дистанционного банковского обслуживания.

Плюс в том, что клиент доверяет этому каналу, он уже достаточно много с ним взаимодействовал, потому что с банком он может общаться достаточно долгое время, он привык к интерфейсу, в котором он работает. Банк, если он продвинутый, любит клиента, предоставляет дополнительные услуги, консультантов, то есть если у клиента есть вопрос, он всегда может обратиться в банк, в идеале это должно быть онлайн-взаимодействие, через чат или телефон, уточнить, какие документы нужны, как их нужно оформить. И самое главное, что канал безопасный, клиент ему доверяет, со стороны банка настроено достаточно безопасное дистанционное взаимодействие, и клиент не боится подать документы, оформить какие-то вычеты, справки, подать дополнительные данные для уточнения, если говорить про кабинет самозанятого. Если мы говорим о расчете по безналу, то данные автоматически формируются по его счету, и он их отправляет в налоговую.

Есть самозанятые, которые берут не в форме безнала оплату за свои услуги, а в виде наличных. Через этот кабинет спокойно можно оформить заявку, которая показывает, что он, сформировав услугу, получил денежные средства, и эти данные можно подать в налоговую. Клиент может не бояться, что эта информация будет доступна третьему лицу. Этот кейс показывает, что благодаря тому, что есть доверительные отношения между клиентом и банком, к сожалению, у людей с государством менее доверительные отношения, есть возможность обратиться к специалистам. Именно такой способ взаимодействия с государством для клиентов будет более удобен, более понятен, и здесь уже банк может дополнительные свои услуги монетизировать, предоставив клиенту хорошую услугу, и попытаться на этом заработать. Вот один из ярких примеров, как банк может оседлать волну цифровизации со стороны государства и попытаться на ней получить гешефт.

Екатерина Ярцева:

Банк становится буферной зоной между самозанятым и налоговой, потому что налоговая всех пугает. И я помню этот момент, когда законодательство отрегулировало таким образом, что все самозанятые должны зарегистрироваться, у людей был шок, они не знали, как это все оформлять. Экосистемы – это здорово, и в нашем понимании иногда это что-то громоздкое, шикарное, но как я понимаю из Вашего описания, что это может быть небольшая экосистема, базирующаяся на нескольких звеньях.

Алексей Колесников:

Если говорить об экосистемах в правильном понимании, это действительно должен быть достаточно массовый продукт с большим количеством участников, с большим количеством поставщиков услуг или продуктов. Не всем банкам это доступно, мало крупных банков и мало тех компаний, которые могут этот опыт банкам передать. Если банк небольшой, но при этом базируется в регионе, региональный банк, он может более чутко и более близко понимать своего потребителя, это потребитель из этого региона. И здесь то самое преимущество регионального кулуарного банка может сыграть на руку при наличии соответствующих инструментов.

Возвращаясь к инструментам, для того чтобы построить большую экосистему, должна быть достаточно большая IT-инфраструктура, должны достаточно серьезные инструменты использоваться. Мы же в своих проектах предлагаем банкам экспериментировать с экосистемой в том смысле, что в рамках личного кабинета физического лица либо корпоративного клиента мы предлагаем банкам размещать предложения о продуктах и услугах тех партнеров, с которыми данный банк общается. Например, нами были реализованы предложения услуг бухгалтеров, предложения услуг юристов для корпоративных клиентов, для небольших компаний, у которых собственных бухгалтеров не так много. Благодаря тому, что у клиента и банка более доверительные отношения и более часто банк с клиентом общается, чем юристы и бухгалтеры, то у клиента формируется культура доверия к банку, и он понимает, что если банк мне предлагает хорошую услугу, депозит, кредит, он, скорее всего, мне предложит надежную услугу со стороны бухгалтера и юриста. Таким образом банк может предложить в виде небольшого кейса эти услуги, клиент может эти услуги приобрести, и как результат на основе нескольких примеров банк может понять, получается у него экосистему развивать или нет.

Касательно обратной стороны автоматизации этого процесса, то для своих клиентов мы предложили следующую схему: внутри мобильного приложения либо веб-кабинета размещается карточка продуктов и услуг, которые банк хочет предложить, клиент ознакамливается с ней, если ему нравится эта услугу, он нажимает на кнопочку «заказать», а дальше уже может быть несколько вариантов. При самом простейшем варианте отправляется письмо сотруднику юридической компании или бухгалтеру, он его получает и отзванивается клиенту и с ним согласовывает нюансы будущей работы. Если есть интерес автоматизировать этот процесс, можно экспериментировать, но именно в качестве пробного шага такой процесс быстрого подключения услуги будет очень удобен.

Екатерина Ярцева:

Отношения между банками и клиентами за время пандемии стали более тесными, более открытыми и дружелюбными. Поправьте меня, если это не так, просто уже не первый гость говорит об этом, что нашли дорогу друг к другу, банки шли навстречу клиентам во время пандемии, и клиенты стали больше доверять банкам. Есть такой тренд? Раньше было немножко осторожное и предвзятое отношение к банковским сотрудникам, слегка подозрительное, но сейчас банк становится входной точкой не только для банковского обслуживания, а еще и других услуг.

Алексей Колесников:

Пандемия сблизила банк и клиента, но она сблизила только в том ключе, что если раньше взаимодействие было у клиента с банком разнообразное, он мог в банк приехать оформить какие-то документы, дистанционно пообщаться с банком, то во время пандемии варианты офлайн-взаимодействия исчезли, причем это касается не только банков. Преимущество банков в том, что они еще до пандемии отстроили технологию дистанционного взаимодействия благодаря системам ДБО, и клиент, когда остается один на один с какой-то проблемой, вынужден прибегать к услугам того партнера, который может с ним дистанционно общаться. Как показал наш опыт работы с нашими уважаемыми банками, у них эта возможность есть. Клиент идет в банк, с банком все-таки он общается более часто, чем с налоговой, юристами, и если банк хочет клиента порадовать и дать ему интересную услугу, он может клиента оповестить, что так как мы с тобой взаимодействуем, ты можешь получить эту услугу, ты можешь ко мне обратиться по этому вопросу. И один из трендов, чтобы банки умели делать это не только в строго определенное время, в строго определенном месте, раньше были технологии толстого клиента, с тех пор клиенты привыкли общаться дистанционно.

Активное развитие мессенджеров, соцсетей поменяло процесс коммуникации между людьми, этот процесс также затронул коммуникации и в деловом мире. Банки, которые еще в то время эти тренды обуздали и предложили клиентам коммуникации в виде чатов, мессенджеров, работы с соцсетями, смогли во время пандемии дать клиентам достаточно высокий уровень сервиса, и именно в этом случае клиент и банк сблизились. Те банки, которые к этому не подготовились, у которых не было готово тех каналов, у них это не получилось, потому что если я не могу с банком дистанционно после восьми вечера пообщаться, то я вынужден идти к кому-то другому. Здесь прослеживается тренд, когда клиент привык получать услугу в том месте и в то время, когда ему удобно, а не когда это удобно банку.

Екатерина Ярцева:

Что Вы предлагаете банкам в этом случае?

Алексей Колесников:

Хотелось бы рассказать еще об одной компании, которая входит в группу компаний iCAM, это компания IQStore – производитель чат-платформы для взаимодействия банков со своим клиентами. Мы благодаря этому продукту во многих банках, с которыми сотрудничаем, реализовали достаточно простые, но эффективные каналы взаимодействия через чат.

Есть понимание, что клиенты больше общаются в этом виде, буквально недавно у нас был форум, мы спорили с нашими уважаемыми конкурентами, коллегами о том, как банк должен взаимодействовать с клиентом. Одна из позиций была, что это голосовое взаимодействие, наша позиция – взаимодействие должно быть разнообразным. Но все-таки взаимодействие через чат и мессенджер, чат-боты более удобно с точки зрения, что мы сейчас общаемся, я могу незаметно написать в свой банк какой-то вопрос, и пока мое обращение обрабатывается, мы продолжим общаться, а на выходе из студии я смогу получить услугу либо консультацию от банка. Благодаря продукту IQChannels мы банкам поставляем уже готовое решение, которое позволяет банку коммуницировать с клиентом как в дистанционных каналах, мобильных приложениях, веб-приложениях, так и через мессенджеры, то есть с таким клиентом банк находит время и возможность пообщаться там, где клиенту удобно.

Екатерина Ярцева:

Тенденция, что банк должен быть в то время и там, где у клиента есть такая потребность.

Алексей Колесников:

Пандемия сблизила клиентов с теми банками, которые умеют дистанционно общаться, умеют общаться с клиентами в то время и в том месте, когда ему удобно, и самое важное, что они еще умеют при этом клиенту помочь получить ту услугу, которая иногда может быть и не так свойственна для банка. Суммируя все эти аспекты, если банк смог эти процессы у себя отстроить, именно в этом случае из пандемии такой банк выйдет победителем, даже не развивая экосистему как таковую. Понятно, что если будет экосистема, у него будет еще больше конкурентных преимуществ, потому что он сможет предоставить ему в моменте и курьера, и еду, и транспортные услуги.

Екатерина Ярцева:

Необанки – что это такое?

Алексей Колесников:

Интересная история, она тоже имеет свои корни далеко за пределами пандемического периода. Технология банковского обслуживания, процесс банковского обслуживания в России имеет достаточно долгую историю, и у этой истории есть минус в том, что банки привыкли работать и оказывать услуги клиенту в таком виде, в котором они есть, и иногда они не следуют трендам, изменениям, клиентскому опыту. Поэтому иногда у клиентов от банковской услуги не остается никакого положительного эффекта, получил услугу, открыл счет, провел операцию.

В последнее время создается достаточно много бизнесов, много различных взаимодействий физических лиц друг с другом, физических лиц с юридическими лицами, которые требуют соответствующего изменения финансовых услуг. В такой среде начали появляться компании, игроки, которые знают, что нужно клиентам, но при этом зачастую у них нет финансовых лицензий, это что-то сродни экосистеме.

С 2014-2015 года мы начали взаимодействие с такими проектами. Одним из первых наших проектов был Модульбанк, когда с региональным небольшим банком был создан отдельный проект по предоставлению банковских услуг индивидуальным предпринимателям. Они в корне отличались от устоявшихся на тот момент услуг, стандартные валютные, зарплатные проекты. Индивидуальному предпринимателю, малому бизнесу нужны были достаточно простые услуги и предоставленные в достаточно удобной форме. Модульбанк был на банковском рынке одним из первых проектов, и с тех пор была череда интересных решений, когда внутри банка возникали финтех-проекты и финтех-стартапы, нацеленные на предоставление либо стандартных, либо нестандартных финансовых услуг какой-то определенной группе клиентов.

Один из последних проектов, в которых мы участвовали, это был проект построения цифрового банка внутри Металлинвестбанка проекта METIB Business Online. Там идея была чем-то схожа с проектом Модульбанка отчасти потому, что часть команды в этом проекте бывшие сотрудники Модульбанка.

Металлинвестбанк изначально оказывал классический набор банковских услуг, был заточен под услуги обслуживания крупных клиентов, факторинга, а проект METIB Business Online был нацелен на завоевание доли рынка на малом и среднем предпринимательстве. Классические пакеты услуг, классические тарифы, классические каналы не подходили, этот пример очень примечательный тем, что начался он в самый разгар пандемии, то есть еще и подход к клиентам был однозначно дистанционным. И основной задачей было предоставить дистанционный канал банковскому обслуживанию через мобильное приложение, они даже не думали о веб-кабинете, были подготовлены определенные интересные банковские продукты, мы упаковали это в красивые удобные мобильные приложения, подключили тот самый чат, о котором я уже говорил, и в связи с тем, что это пандемия, подключение к услугам этого банка было абсолютно дистанционным. Это тоже был наш совместный проект, мы создали нулевой кабинет клиента, когда юридическое лицо не ехало в банк, чтобы стать его клиентом, и подавало заявку дистанционно. Такой набор каналов, услуг в классическом понимании Металлинвест на тот момент не мог предложить. И METIB Business Online был банком внутри классического банка.

У нас много таких историй, есть такие же проекты для физических лиц. Как пример, это был еще далекий 2016 год, тогда была речь о том, что у одного из банков был карточный проект и была задача оказывать услуги узкоспециализированной группе физических лиц, гастарбайтеров. Там была специфика такая, что банк был больше заточен на private-банкинг, были достаточно солидные отделения, и обслуживать этих клиентов в этих отделениях было не очень хорошо, а с другой стороны, эти клиенты не нуждались в широком спектре услуг, и в рамках этого банка был создан необанк по обслуживанию этих клиентов. Это было мобильное приложение, причем мы делали его специально для старых телефонов, оно должно было поддерживать именно старые версии телефонов, и это приложение содержало три кнопки.

Екатерина Ярцева:

У него было интересное название, отражающее суть проекта?

Алексей Колесников:

В тот момент другая история была на банковском рынке, это массовый отзыв лицей, и мы не смогли этот проект полностью раскатать, у него было рабочее название, но тот опыт, который мы тогда приобрели, мы сейчас стараемся использовать в наших существующих проектах, необанк для физических лиц.

Екатерина Ярцева:

Давайте перейдем к крупным проектам – Киберполигон, огромный проект, который проходит в рамках программы «Цифровая экономика». Киберполигон – виртуальная страна, платформа, которая моделирует отрасли экономики, где специалисты по кибербезопасности могут проходить киберучение и тренироваться, отражать кибератаки в режиме реального времени на инфраструктуре, максимально приближенной к реальным условиям. Разворачиваются в первую очередь две крупные инфраструктуры – это банковская и электроэнергетика. Банковские сегмент Киберполигона в партнерстве с Банком России и с известными российскими разработчиками банковских систем, коими вы являетесь. Ваше участие в создании национального Киберполигона?

Алексей Колесников:

Я когда рассказывал о тенденциях, старался затронуть положительные тенденции. К сожалению, тенденции есть на рынке отрицательные, это возросшая активность мошенников, причем как кибермошенников, так социальной инженерии со звонками из служб безопасности разных банков. Со стороны государства помимо того, что оно предоставляет и активно развивает цифровые услуги, оно задумывается о том, как сделать эти услуги безопасными. Одно из направлений – это в рамках проекта Ростелекома создание практически полного аналога настоящего банка для тренировки, тестирования навыков сотрудников банка при работе в рамках ситуаций, связанных с кибермошенничеством.

К нам поступил запрос, не хотите ли поучаствовать. Честно скажу, мы даже не думали, мы сразу согласились, потому что мы любим нестандартные кейсы, более того, наша платформа никогда не внедряется в неизменном виде, именно поэтому мы за этот проект взялись с радостью. И мы подошли в рамках этого проекта, потому что помимо того, что мы предоставляем стандартный классический набор дистанционного обслуживания – веб, мобильные приложения, у нас есть еще API-интерфейс, когда клиенты могут созвониться с банком в безинтерфейсном режиме. Есть различные интеграции, разные каналы взаимодействия с клиентами, которые в свою очередь могут являться потенциальными каналами для атаки со стороны кибермошенников банковской организации. И здесь наш опыт коллегам очень пригодился. Кейс с точки зрения проекта не очень интересный, потому что мы внедрили его по классической схеме.

Екатерина Ярцева:

Интересен с точки зрения того, чем это выгодно вам и как вы благодаря ему станете лучше.

Алексей Колесников:

Он не интересен с точки зрения процесса, он интересен с точки зрения результата. Мы сначала подумали, что этот кейс внедрим, закончим, поставим себе галочку, поднимем флаг и скажем, что мы работаем с Ростелекомом. По мере того, как проект продолжался, возникло уже его развитие, возникли разговоры, и один из процессов – это формирование клиентских сценариев взаимодействия клиента и банка. Со стороны наших коллег в Ростелекоме опыт работы с банками был, но подобного кейса, сценариев клиентского взаимодействия более близких, более точных – здесь наш опыт пригодился.

Дальше за этим сценарием последовал разговор о том, что нужна консультация при определенных действиях, при работе этого Киберполигона, и мы для себя поняли, что для нас это один из немногих шансов поучаствовать в реальной эксплуатации нашей системы, потому что в реальном мире мы не можем взаимодействовать с клиентами банка, не можем взаимодействовать с нашей системой после того момента, как она вышла в промышленную эксплуатацию, потому что существует банковская тайна. А в рамках проекта Киберполигон мы реально можем получить обратную связь, мы можем потенциально увидеть наши уязвимые места, рисковые вещи, которые могут потенциально вызвать не очень хорошие последствия, но самое главное, мы можем реально поучаствовать в процессе, когда будет отрабатываться работа клиентов, банка и реальная работа в случае угрозы.

Для себя мы видим получение обратной связи, использование того опыта, который мы получим, для исправлений либо изменения стратегии развития продукта, может быть, каких-то явлений, новых технических решений, для нас это очень интересно. Получилось так, что в проект мы входили с одной идеей, а выходим уже с долгосрочным видением, как мы могли бы использовать для себя этот опыт. И работа с такими интересными партнерами, как Ростелеком, другими участниками банковского сегмента для нас однозначно будет полезен, и мы многое почерпнем.

Екатерина Ярцева:

Банк России будет проводить образовательную смену, поедут студенты работать на банковском сегменте Киберполигона, это всегда интересно, потому что они молодые, задорные и всегда что-то привносят необычное и интересное. Давайте поговорим о Ваших планах, мечтах, о чем Вы мечтаете и что бы Вам хотелось реализовать в этом году?

Алексей Колесников:

Мечты всегда стремятся за пределы возможностей, поэтому мы думаем о будущем и планируем намного больше, чем можем. Но если говорить о развитии дистанционного банковского обслуживания в той отрасли, в которой мы работаем, здесь мы видим желание, чтобы банки следовали тем тенденциям и трендам, которые заложены уже сейчас, которые будет появляться. И не гнались бы тупо за лидерами, не копировали те подходы, которые лидеры используют, а пытались взять из того результата, который они достигли, какие-то вещи, которые можно было бы применить исходя из той позиции, в которой банк находится. Для этого у нас все есть.

Неоднократно общаясь с банками, слышим запрос: мы хотим, как у Тинькофф, как у Сбер – у нас все для этого есть, и конкурентное преимущество не в экосистемах, не в технологиях, оно в тех головах, которые эти продукты комбинируют, упаковывают и дают для клиентов. Смотря в будущее, мы бы хотели вместе с нашими клиентами мечтать и свои мечты реализовывать несмотря на то, что по их мнению конкурентная борьба проигрывается. На самом деле это не так, всегда можно придумать и всегда можно выйти на рынок с таким продуктом, с таким набором услуг, которые составят конкуренцию даже лидерам и будущим лидерам рынка именно для тех клиентов, для которых вы работаете. В будущем хотелось бы, чтобы все думали именно так, и тогда у нас будет положительный опыт, положительный результат с клиентами, у нас будет вдохновение на создание все новых и новых продуктов, которых у нас и так достаточно, много идей, но вдохновение, как правило, мы черпаем от наших клиентов, если они в хорошем настроении, если они в думают о будущем в положительном ключе, то этих идей все больше и больше становится.

Екатерина Ярцева:

Друзья, давайте будем индивидуальными, давайте искать таких же вдохновленных партнеров, как мы сами, и все обязательно получится. Спасибо большое, до новых встреч в эфире.