{IF(user_region="ru/495"){ }} {IF(user_region="ru/499"){ }}


Марина Берковская эндокринолог, диетолог 03 декабря 2020г.
Откуда берется лишний вес и как от него правильно избавиться
Что такое ожирение - определение как болезни. Обсудим причины ожирения и современный подход к лечению. Как правильно худеть? Какие ошибки можно совершить при борьбе с лишним весом?

Гусейн Фараджов:

Добрый день, вновь в эфире программа «О здоровье и не только с доктором Фараджовым», я Гусейн Фараджов. Мы запускаем цикл программ, который будет посвящен избыточному весу, ожирению. Перед Новым годом кто-то будет рассказывать о елках, игрушках, видах отдыха, а мы будем говорить об ожирении, потому что этот вопрос будет актуален еще и при длительных выходных праздничных днях. Сегодня у нас в гостях Марина Берковская – врач-эндокринолог, диетолог, кандидат медицинских наук, ассистент кафедры эндокринологии университета им. Сеченова. Ожирение это болезнь?

Марина Берковская:

Ожирение – это болезнь, это не косметическая проблема, а хроническое, рецидивирующее, часто пожизненное заболевание, которое связано с тем, что в организме накапливается избыток жировой ткани, и этот избыток жировой ткани приводит к различным осложнениям, коморбидным состояниям, риск которых увеличивает ожирение.

Гусейн Фараджов:

В данном случае нужно изменить сознание, отношение к этому состоянию. Многие легко относятся, что всего лишь я в штаны не влез, на самом деле это заболевание, которое может привести к нехорошим последствиям.

Марина Берковская:

Действительно, многие относятся к этому, как просто к косметическому дефекту или вообще не считают это проблемой, потому что их в жизни все устраивает, свой образ устраивает и могут не мешать эти лишние килограммы. Но осознание того, что это болезнь, поможет человеку вовремя обратиться за помощью и действительно приведет его за помощью, потому что любая болезнь требует контроля и помощи со стороны специалиста.

Гусейн Фараджов:

Какие виды ожирения?

Марина Берковская:

Классификаций ожирения много, но если мы говорим о причине, то ожирения делятся на первичные ожирения, то есть ожирение как самостоятельное заболевание, мы его называем экзогенно-конституциональным, и ожирение симптоматическое, которое является проявлением или симптомом какого-то другого заболевания или состояния. И если в процентном соотношении рассматривать два этих вида ожирения, то 95 процентов всей избыточной массы тела и ожирений, которые мы видим вокруг, а это до 40 процентов населения развитых стран, это первичное эндокринное заболевание, экзогенно-конституциональное.

Гусейн Фараджов:

То есть наели.

Марина Берковская:

Если совсем по-простому, наели. Люди думают, что это гормональный сбой, у меня что-то с щитовидной железой или с кортизолом. Ожирение может быть проявлением другого гормонального заболевания, но вряд ли оно будет единственным проявлением этого заболевания или ведущим проявлением, как правило, на первый план при данных заболеваниях выходят другие признаки, а ожирение идет вместе с ними. А если это просто ожирение, то это, как правило, первичное ожирение. С моей точки зрения, это самое сложное эндокринное заболевание.

Гусейн Фараджов:

Откуда берется ожирение, не все же 40 процентов, которые Вы назвали?

Марина Берковская:

Это вместе с избыточной массой тела. Избыточная масса тела – это когда индекс массы тела от 25 до 29,9, а все что от 30 и выше, это уже ожирение, так вот вместе около 40 процентов населения развитых стран.

Гусейн Фараджов:

Как обычному человеку самому дома это посчитать? Все обычно как делают – рост минус 100.

Марина Берковская:

Это не работает. Существует унифицированный показатель индекса массы тела, он не идеален, но на него просто опираться, и в большинстве случаев он объективен. Индекс массы тела равен вашей массе в килограммах, деленный на квадрат роста в метрах, то есть килограмм на метр квадратный, и в норме индекс массы тела составляет от 18,5 до 24,9. От 25 до 29,9 это предожирение или избыточная масса тела, все что от 30 и выше, это ожирение. Оно в свою очередь делится на три степени: до 35, до 40 и выше 40.

Не всегда индекс массы тела дает нам объективную картину наличия или отсутствия избыточного количества жировой массы в организме. Существует категория людей, у которых не применим индекс массы тела, это дети, беременные женщины, спортсмены, у них другой состав тела, и пожилые люди.

Помимо индекса массы тела, очень важный показатель – окружность талии, потому что окружность талии достаточно четко указывает на избыточное количество висцерального, абдоминального жира, который и ответственен за все пакости, к которым приводит ожирение. Окружность талии должна быть у женщины меньше 80 см, у мужчины меньше 94 см. Если она превышает указанные значения, это с вероятностью практически 100 процентов говорит о том, что у человека есть висцеральное или абдоминальное ожирение.

Мы можем проводить и более сложные, объективные методы оценки состава тела, например, денситометрия по программе все тело total body или магнитно-резонансная томография, которая может показать количество висцерального и подкожного жира, биоимпедансный анализ, анализ компонентного состава тела, более простой, но широко употребимый. Не всегда это необходимо, как правило, индекс массы тела + окружность талии позволяет ответить на вопрос есть или нет у человека ожирение.

Гусейн Фараджов:

Все-таки откуда берется ожирение?

Марина Берковская:

Если мы говорим о первичном, экзогенно-конституциональном ожирении, то надо себе четко представлять, что это заболевание полиэтиологичное, то есть оно не имеет одной конкретной причины, у каждого человека, который страдает избыточной массой тела или ожирением, много причин его формирования. И начинается все с генетической предрасположенности, потому что мы не можем отрицать факт наследования предрасположенности к ожирению. Существует огромное количество генов, которые показали свое значение в наследовании предрасположенности к избыточному весу, и если мама или папа, или оба родителя страдают избыточным весом или ожирением, это значимо повышает риск развития ожирения у потомства.

Важное значение имеют также эпигенетические факторы, то есть те факторы, которые воздействуют на плод внутриутробно и тем или иным образом регулируют экспрессию генов. Может быть один набор генов, но в зависимости от того, какие факторы на него воздействовали в утробе матери, те или иные гены будут работать или молчать. Питание мамы, ее вес, набор массы тела во время беременности, глюкоза крови в организме мамы, различные лекарственные препараты, даже стресс, испытываемый матерью, может играть очень важное значение на развитие предрасположенности к набору массы тела у ребенка. Это очень важно понимать планирующим мамам. На эти факторы мы не можем повлиять, а дальше, когда человек родился, начинается внешнее влияние, и его тоже очень много, то есть для того чтобы реализовалась эта предрасположенность, должны быть какие-то внешние воздействия. Как правило, все начинается с детства, с привычек питания, которые закладывает семья: доедай все, не оставляй на тарелке, не получишь сладкого, если не съешь первое, второе, третье, нельзя выбрасывать еду, получи конфетку за то, что ты получил пятерку, проявление заботы через еду – этого очень много. И когда мы говорим про генетику, видим полную семью, не факт, что там только генетическая предрасположенность, обычно там еще определенные ритуалы, связанные с едой в семье, но не всегда правильные пищевые привычки у ребенка и определяют его судьбу в плане веса.

Девочка растет, достигает возраста пубертата, какой-то мальчик ей сказал, что она полная, она посмотрела модный журнал и увидела худую модель, начинает понимать, что она не соответствует этому стандарту красоты, она недостаточно худая. Складывается определенный образ тела, который ее не удовлетворяет, и она начинает худеть. В возрасте 15-16 лет это не всегда правильные, рациональные диеты, как правило, диета либо голодная, либо раздельное питание, или похудей на 10 килограмм за неделю. И начинается череда этих диет, срывов, похудения, набора веса, и вот такие качели, эффект йо-йо, описываемый в диетологии, который сам по себе способствует прогрессированию ожирения, потому что любую диету, особенно строгую диету наш организм воспринимает, как диетическую тюрьму, это для него стресс, в организме в ответ на ограничение питания, калорий, продуктов включается сигнал тревоги: меня не кормят. Организм на это реагирует снижением уровня основного обмена, человек начинает меньше тратить калорий, чем раньше просто даже в покое, и повышением экспрессии гормонов, ответственных за накопление энергии и за голод. И дальше минимальный срыв, минимальное отступление от этой диеты приводит к тому, что организм очень эффективно начинает накапливать калории, откладывать даже из капустного листа. Надо понимать, что если 20 лет назад три кефирных дня позволяли женщине худеть на три килограмма, а сейчас эти три кефирные дня вообще ни к чему не приводят, то виноват не ее гормональный фон, виноват ее диетический опыт сам по себе, он привел к тому, что теперь эти диеты не работают. Но виновата в этом не диета, а то, что она неправильно подходила к похудению. И этот диетический опыт – важная причина прогрессирования набора веса.

Гусейн Фараджов:

Всегда есть этот вопрос – я похудел и быстро набрал.

Марина Берковская:

Это абсолютная норма с физиологической точки зрения, так оно и бывает.

Гусейн Фараджов:

Но ведь сложно все время думать о том, что я съел. Кстати, на кефире могут сейчас прибавлять, потому что кефир ненастоящий, там крахмала много. Качество продуктов тоже может сказываться.

Марина Берковская:

Возможно, но любая диета так работает, даже на самом правильном продукте. Чем она строже, тем хуже, потому что она не продлится долго, для организма это значимый стресс.

Марина Берковская:

Вы как врач, профессионал, когда пациент обращается с лишним весом и ожирением, рассматриваете как заболевание, начиная с того, какие родители.

Марина Берковская:

Я начинаю собирать анамнез, с каким весом вы родились, что было с мамой во время беременности, не страдала ли она гестационным диабетом, какой вес имеют мама, папа, бабушки-дедушки, что происходило дальше, то есть мы собираем всю историю веса в течение всей жизни, потому что человек приходит с запросом: почему я вдруг полный, почему у меня избыточный вес? И когда я собираю анамнез, минут 20 мы можем говорить с человеком, я говорю, вот видите, вы мне рассказали, и я уже могу ответить, не беря ни одного анализа, на вопрос почему у вас сейчас избыточный вес и почему вы не худеете. Это еще не все причины набора веса.

Гусейн Фараджов:

Важно, чтобы пациенты обращались к врачу, а не находили в интернете или журнале диету. Это заболевание, с которым нужно обратиться к врачу, и врач подберет лечение.

Марина Берковская:

Это недооценивают и пациенты, и врачи, сами не заговаривают про избыточный вес, либо не знают, что с этим делать, либо считают, что это не их профиль. По большому счету, это должен быть профиль любого специалиста, который разбирается в этом, необязательно это должен быть эндокринолог или диетолог.

Гусейн Фараджов:

Мужчина пришел ко мне, урологу, и я всегда разговариваю о весе. Женщина пришла к гинекологу, он обращает внимание. Много примеров могу привести, когда пациенту, молодому парню, просто стоило снизить вес и у него исчезла проблема. В гинекологии это более показательно.

Марина Берковская:

Тут еще вопрос как завести этот разговор, потому что это может быть непросто, так как в нашей среде все-таки существует некая стигматизация ожирения, то есть ожирение ассоциировано в глазах людей часто с распущенностью, перееданием, обжорством, неряшливостью, это очень грустно, потому что это неправда, это заболевание. И люди часто приходят и не хотят об этом говорить, это их больное место, и врачи тоже не знают как об этом заговорить так, чтобы, с одной стороны, направить человека все-таки на путь снижения веса, с другой стороны, не обидеть его.

Гусейн Фараджов:

Я задумался про генетику – я копия своего отца, у меня замечательный отец, я унаследовал его фигуру, его строение, я рос на Кавказе, где нужно кушать, я был первым ребенком в семье, были нервные ситуации, у меня были любящие бабушки, которые меня все время кормили. Я в этом плане сложный пациент, но я буду стараться, уже много чего сделал и благодаря в том числе Вам и Вашим коллегам это работает. Какие еще ошибки при похудении?

Марина Берковская:

Главная ошибка – это поиск неведомой причины в виде анализа, гормонального сбоя, показателя гормонов, ко мне, как к эндокринологу, приходят именно с таким запросом, или у меня что-то с обменом веществ. Человек ходит со своим весом от доктора к доктору с вопросом найдите мне причину ожирения, давайте мы сдадим все гормоны, посмотрим, наверняка там найдется что-то, из-за чего я полный. Очень часто в последнее время это инсулинорезистентность, то есть они приходят и говорят: я много лет борюсь с избыточным весом, и никто мне не сказал, что оказывается, это из-за того, что у меня инсулинорезистентность. Не нужно искать причины в виде анализов, гормонов или инсулинорезистентности. Причин много, и нам важно найти причину, но ту, на которую мы можем повлиять. Мы не можем повлиять на генетику, на то, что было в детстве, мы не можем повлиять на то, что женщина во время беременности физиологически набрала больше, чем надо, или на то, что у нее в период постменопаузы происходит перераспределение жира, нарастание инсулинорезистентности, набор веса, мы не можем на это повлиять, но скорее всего мы найдем те причины, на которые повлиять можем. Те же нарушения гармоничного взаимоотношения с едой. Часто приходят люди худые и говорят: я ем все подряд, сколько хочу, при этом не полнею. Когда начинаешь выяснять, они очень спокойно относятся к еде, еда для них – это топливо, хочу есть – поем, забыл – не поел. А у людей с ожирением, избыточным весом немножечко другое отношение к еде, она выполняет у них значимую, непитательную функцию. Вообще еда у человека выполняют кучу непитательных функций: коммуникативную, социальную, психологическую, универсальное успокоительное, антидепрессант, средство проявления любви, поощрений. И когда эта непитательная функция выходит на первый план, начинаются проблемы, то есть когда человек успокаивается едой, радость заедает, тревогу заедает, недостаток любви заедает, он этого может не осознавать, то здесь начинается проблема, некая зависимость от еды, и начинается набор веса. И это важно выявить, потому что влиять мы должны как раз на это, и это не всегда просто, не всегда может сделать один специалист, тем более эндокринолог, но выявить может любой специалист, даже без психологического образования.

Гусейн Фараджов:

Вы подключаете к лечению и психолога?

Марина Берковская:

Часто бывает, что подключаю, это дает очень хорошие результаты. Если мы с пациентом выясняем, что действительно есть значимые нарушения пищевого поведения и человек не может с ними справиться самостоятельно, приходится подключать психолога или психотерапевта.

Много еще есть ошибок у худеющих. Те же диеты: строгая диета, похудеть быстренько к Новому году, дню рождения. Любая диета краткосрочна, а наша задача поменять пищевое поведение и внедрить правильные пищевые привычки навсегда.

Неправильные цели люди ставят для себя, они хотят похудеть быстро, а похудание быстро – это путь в никуда, потому что как быстро организм теряет, так он быстро и набирает, как правило с избытком. Похудение должно быть медленное, физиологическое, 0,5-1 килограмм в неделю, 10-15 процентов за 3-6 месяцев, потому что когда человек худеет медленно, его организм адаптируется к этому медленному похудению, это для него не такой стресс, он привыкает к этой новой массе тела и с меньшей долей вероятности масса тела вернется к прежней. Наша задача стабилизировать и адаптироваться. Легко похудеть, гораздо тяжелее удержать.

Часто люди, которые стремятся похудеть быстро и значимо, обесценивают достигнутый результат. Для примера, женщина, имея 115 килограмм, похудела до 107, в какой-то момент снижение массы тела замедлилось, и она считает, что она неудачница, у нее ничего не получилось. Это идет от неправильной постановки цели, а на самом деле все хорошо, она худеет, даже если она не набирает, то это уже положительный результат. И вот это обесценивание достигнутых результатов или постановка себе очень отдаленной цели, минус 50 килограмм, обесценивание мелких шажочков на пути к этой цели приводит к тому, что человек считает, что у него ничего не получается: а зачем мне все это надо, потому что у меня все равно ничего не получается, я безвольный, я толстый. И срыв, она немножко похудела и сорвалась, как говорят пациенты, зажор, из которого они не выходят, и заново набирают вес. Самое главное понять, как важен каждый шажочек, надо себя хвалить за каждый килограмм, за каждые 5 килограмм, то есть относиться к себе по-другому.

Гусейн Фараджов:

Теперь мы можем перейти как правильно худеть.

Марина Берковская:

Нужно начать с постановки цели и мотивации, ответить себе или вместе с доктором на вопрос – для чего мне худеть, на сколько я хочу похудеть и с какой скоростью я хочу худеть. Мотивация часто ложная у наших пациентов, и это сбивает с толку, не дает худеть. Часто, когда спрашиваешь зачем вам худеть – чтобы нравиться противоположному полу, чтобы быть успешным на работе, чтобы меня больше любили. Это ложная мотивация, некое навешивание на снижение веса и на лишний вес. Истинная мотивация не должна включать какие-то действия или реакцию со стороны окружающих людей, истинная мотивация – это только то, что зависит от тебя. Например, я хочу похудеть, для того чтобы родить второго ребенка, я хочу похудеть, для того чтобы у меня не болела спина, для того чтобы показать хороший пример своей семье, то есть чтобы внедрить здоровый образ жизни для своих близких. Здесь очень важно, чтобы эта мотивация была как логическая, так и образная, очень помогает создание нового образа себя, оно должно быть и прорисовано, и проговорено во всех деталях, как я буду выглядеть, когда похудею, что я одену, как я буду ходить, что я сделаю, когда похудею, и иногда люди могут рисовать себя в новом образе, это необязательно портрет. Были пациенты, которые рисовали какое-то животное, допустим, оленя как себя в новом образе, или поставить фотографию себя пять лет назад – только не на холодильник, – и постоянное воспроизведение этого образа, для того чтобы поддержать мотивацию.

Теперь цель. Цель должна быть конкретная, то есть конкретное количество килограмм к определенному моменту, и если эта цель очень большая, например, 50 килограмм через год, обязательно ее нужно дробить, взять условные даты – Новый год, 8 марта и любые другие, и подробить эту огромную цель на маленькие шажочки, так легче, и поощрять себя за каждую достигнутую цель каким-то подарочком, не пищевым, чем угодно. Женщинам проще – платье, кофточка, путешествие.

Дальше самое сложное – внедрение изменения образа питания. Сейчас куча информации о том, что можно, что нельзя, что полезно, что не полезно. И у людей нет достоверной информации о том, каким должно быть питание, которое будет способствовать снижению веса. Все не так уж и сложно, и мы сейчас уходим от строгих диет, от строгих ограничений, от строгого соотношения белков, жиров и углеводов в отношении питания. Существуют определенные здоровые привычки, которые нам нужно внедрять в жизнь, но самое лучшее питание – это то, которого человек сможет придерживаться в течение всей жизни.

Гусейн Фараджов:

Раньше было очень популярно кушать каждый час-два, 50 штук контейнеров на работу брать, а сейчас трехразовое питание.

Марина Берковская:

Популярно еще интервальное голодание, один раз в день, 2 раза в день. Важнее не сколько раз вы едите, а что и сколько вы едите, и как этот режим питания соотносится с вашим физиологическим чувством голода и с вашим образом жизни, режимом дня, потому что есть мы должны не с той частотой, которую нам велел диетолог или эндокринолог, а с той частотой, которую просит наш организм физиологически. У нас есть прекрасное чувство голода, про которое многие забывают вообще, потому что перестают слушать свой организм. Я спрашиваю пациентов: вы часто ощущаете чувство голода? Они иногда даже не знают, забывают, потому что они так уже запутались и так замучили свой организм, что он перестал посылать уже эти стимулы. Так вот, важнее питаться по чувству голода и разделять физиологическое чувство голода от эмоционального голода, когда я вроде как хочу есть, потому что я разозлен, потому что я встревожен, потому что я устал, важно научить человека разделять эти два чувства и научить питаться по физиологическому чувству голода.

Гусейн Фараджов:

Я привык, что когда нервничаю, я должен покушать, как мне от этого уйти? Мне просто в этот раз не покушать или попить воды?

Марина Берковская:

Мы начинаем с анализа этой ситуации. Я рекомендую начать вести дневник и каждый раз, когда вы что-то едите, анализировать, что вы чувствуете в этот момент, насколько выражено физиологическое чувство голода, если оно не выражено, то что вы чувствуете в этот момент, что предшествовало этому моменту. Набор этой статистики позволяет выявить пищевые триггеры, что у конкретного человека приводит к немотивированному чувству голода, приему пищи. В этот момент человек должен остановиться, есть такое правило 10 секунд, которые вы обычно тратите от того момента, как чувствуете тревогу или раздражение, до того, как вы потянулись за условно сушкой, и вот эти 10 секунд нужно потратить на то, чтобы подумать, я хочу есть или я тревожусь, и какой я могу найти не пищевой способ удовлетворить эту потребность, или как я могу по-другому пережить эту тревогу. Иногда люди боятся тревоги, на самом деле можно просто попытаться дать себе пережить эту тревогу, потому что она конечна. Это сложно. Я как эндокринолог могу остановиться на этапе открытия для человека этой ситуации, потому что это не всегда все осознают, кому-то хватает открыть эту ситуацию, и они легко находят какой-то непищевой способ удовлетворения этой потребности или просто снятия этой тревоги, а у кого-то это настолько закоренело и настолько сидит на подкорке, что нам приходится прибегать к помощи психологов в том числе.

Гусейн Фараджов:

Часто ли приходится назначать лекарственные препараты?

Марина Берковская:

У нас существует определенный алгоритм лечения ожирения, и помимо модификации образа жизни, если индекс массы тела выше 27 и есть уже осложнение ожирения, или индекс массы тела от 30 и даже без осложнений, мы видим, что человеку сложно худеть без фармакологической поддержки, мы назначаем фармакотерапию. В Российской Федерации зарегистрированы три препарата для лечения ожирения – это орлистат, препарат периферического действия, который не всасывается из желудочно-кишечного тракта, на 30 процентов блокируется всасывание жира.

Гусейн Фараджов:

Препараты, которые выписываются врачом, все рецептурные?

Марина Берковская:

Не все препараты рецептурные, но все препараты должны выписываться доктором, потому что у каждого препарата своя ниша. Второй препарат центрального действия сибутрамин, который увеличивает количество серотонина, гормона насыщения, гормона радости и норадреналина в центральной нервной системе. Я часто использую в своей практике Голдлайн в дозе 10 миллиграмм или 15 миллиграмм, чтобы у человека снизилось чувство тревоги, чувство тяги к еде, ускорилось наступление чувства насыщения, снизилось чувство немотивированного голода.

Гусейн Фараджов:

Препарат Голдлайн – это препарат по назначению врача, даже мне, врачу, этот препарат назначал врач. Голдлайн на самом деле помог мне контролировать себя. Не знаю, насколько я правильно это делаю, в любом случае у меня есть завтрак, потом я Голдлайн принимаю часиков в 10-11, следующий раз когда я буду кушать, это зависит от моей работы, то есть поздно вечером, и я прекрасно себя чувствую.

Марина Берковская:

Мы не должны навязывать режим питания, ну скажу я, что надо питаться каждые два часа, и что, не исполнит этого человек, особенно занятой. Питание должно вписываться в режим дня, оно должно быть легко адаптируемо к пищевым пристрастиям и образу жизни человека.

По поводу Голдлайн, сибутрамина, надо себе четко представлять, что препарат рецептурный, у него есть противопоказания, мы не можем его назначать при неконтролируемой артериальной гипертензии, при ишемической болезни сердца, при инфарктах, инсультах в анамнезе, то есть у него есть своя ниша, и в своей нише он прекрасно работает.

Гусейн Фараджов:

Это лекарственные средства, у них есть показания и противопоказания. И пока многие доктора не применяют эти препараты, даже когда можно, это очень большая помощь нашим пациентам. Мне понравилось выражение, что длина у человека от Бога, а ширина от воли. В данном случае с волей не у всех хорошо.

Марина Берковская:

И третий препарат лираглутид в дозе 3 миллиграмма, это исходный сахароснижающий препарат, который в несколько большей дозе, чем для снижения глюкозы крови, зарегистрирован для лечения ожирения, и у него своя ниша, свои плюсы и минусы.

Гусейн Фараджов:

В каких ситуациях Вы этот препарат назначаете?

Марина Берковская:

Коморбидным пациентам с неконтролируемой артериальной гипертензией, особенно неблагополучных в плане сердечно-сосудистых заболеваний, когда мы боимся назначать сибутрамин, тогда мы назначим лираглутид в дозе 3 миллиграмма. У него есть минус – это его цена, в нашей стране ожирение не является льготным заболеванием, люди вынуждены покупать препараты за свои деньги, и не все могут купить очень дорогие препараты.

Гусейн Фараджов:

Если сократить прием пищи, то можно сэкономить и на лекарства. Если говорить о диете, я своим пациентам говорю: вы любите колбасу, это о культуре, мы все советские люди, поверьте, мясо, просто говядина обойдется вам дешевле, чем килограмм колбасы. Сколько процентов пациентов получают терапию лекарственными препаратами?

Марина Берковская:

Процентов 80 с ожирением получают, потому что ко мне не приходят люди, которые ни разу не худели, к эндокринологу приходят люди с багажом, диетическим опытом, с анамнезом. И в данном случае я назначаю практически всем помощь. Это не отменяет психологическую работу, пищевые привычки, физическую активность ни в коем случае, и мы должны об этом говорить, что это не волшебная таблетка. В корне неверно, когда приходит человек с ожирением, а мы ему говорим: сейчас мы тебе таблеточку дадим, ты похудеешь. Не похудеет он, если сам ничего не будет делать, это просто в помощь, для того чтобы легче было внедрять этот новый образ жизни.

Гусейн Фараджов:

Еще один метод лечения – это оперативное.

Марина Берковская:

У нас есть бариатрическая хирургия, это различного типа операции на желудочно-кишечном тракте, которые помогают человеку худеть за счет либо уменьшения объема желудка, либо выключения части кишечника из пищеварения, либо операции, которые совмещают в себе два этих механизма, то есть рестриктивный, уменьшение объема желудка, и мальабсорбтивный, то есть выключение части кишки из пищеварения. Эти методы используются, если перед нами есть морбидное ожирение, то есть индекс массы тела выше 40, если есть вторая степень ожирения, то есть индекс массы тела 35 плюс коморбидные состояния, осложнения ожирения или даже первая степень ожирения, индекс массы тела 30 и выше при наличии сахарного диабета 2 типа с важным условием: до того, как мы назначим бариатрическую операции, должно быть не менее двух неудачных попыток консервативного лечения ожирения, то есть совершенно неправильно с индексом массы тела 34 сразу идти к бариатрическому хирургу. Есть ряд других противопоказаний, в том числе общехирургических, психиатрических, но тем не менее эти операции способны спасти жизнь человека.

Гусейн Фараджов:

Это еще одна возможность избавиться от этого заболевания. Спасибо огромное, думаю, что с Вами пациенты точно побеждают эту проблему. Ваши пожелания пациентам.

Марина Берковская:

Пациентам и потенциальным пациентам я хочу пожелать, чтобы вы жили в свое удовольствие, ели ту еду, которая вам нравится и получали от нее удовольствие, при этом имели нормальную массу тела и хорошее здоровье на долгие годы.

Гусейн Фараджов:

Спасибо огромное, до встречи.