{IF(user_region="ru/495"){ }} {IF(user_region="ru/499"){ }}


Ольга Мельниченко Дерматовенеролог. Врач Московского научно-практического центра дерматовенерологии и косметологии. К.м.н. 14 февраля 2020г.
Рак кожи, меланома. Профилактика и лечение
Поворим об онкологических заболеваниях кожи и, в частности, о меланоме. Узнаем о распространенности, причинах появления и симптомах. Спросим о профилактике заболевания

Денис Остроушко:

Здравствуйте, в эфире Мediametrics, «ЗОЖ через молодежь», это программа об общественном здоровье и здоровом образе жизни в целом. Сегодня со мной в студии Мирон Борисов – координатор всероссийского общественного движения «Волонтеры-медики». Во всем мире февраль объявлен месяцем борьбы с онкологией, 4 февраля Всемирный день борьбы против рака, и мы посмотрели на табличку по заболеваемости, по выявляемости и по смертности от онкологии, и очень уж ярко там выделен рак кожи. Поэтому сегодня наша тема «Рак кожи». Об этом мы решили поговорить с врачом-дерматовенерологом Московского научно-практического центра дерматовенерологии и косметологии Ольгой Олеговной Мельниченко. Я думал, что когда мы будем говорить про рак, к нам придет врач-онколог, так было на прошлой неделе, когда мы говорили про колоректальный рак, пришел врач-онколог, но сегодня, когда я задал запрос кто же мне расскажет про рак кожи, мне сказали, что точно врач-дерматовенеролог. Почему Вы?

Ольга Мельниченко:

Потому что в первую очередь пациенты обращаются к дерматовенерологу, когда у них появляется что-либо на коже, что их смущает, поэтому мы, дерматовенерологи.

Денис Остроушко:

Вы первые на страже. Я бы пошел к онкологу, но может быть не все понимают, что это рак кожи?

Ольга Мельниченко:

Не все понимают, что это рак кожи. Появилось какое-то образование, длительно не заживает на коже, куда идти – к дерматологу.

Денис Остроушко:

Действительно ли настолько страшная ситуация, как ее рисуют, большая выявляемость и большая смертность?

Ольга Мельниченко:

Заболеваемость раком кожи действительно растет, и в течение последних 10 лет заболеваемость выросла на 26-30%. Но в то же время показатели смертности не растут так интенсивно, и это связано, во-первых, с изобретением новых препаратов и внедрением их в практику, во-вторых, это связано с программами ранней диагностики и профилактики злокачественных новообразований кожи.

Мирон Борисов:

С какой самой частой проблемой обращаются к Вам пациенты, что заставляет человека задуматься о том, не рак ли у меня кожи, потому что огромное количество образований возникает на коже каждый день, с которыми мы не идем к врачу. Что самое страшное, что заставляет задуматься?

Ольга Мельниченко:

Изменение родинки, которая существует у человека в течение длительного времени, вдруг в какой-то момент он замечает, что она меняется, растет в диаметре, в толщину, она может изъязвиться, кровоточить, и в связи с этим человек обращается.

Мирон Борисов:

Есть ли в Вашей практике казуистические случаи, когда человек долго не обращался к врачу, и какая ситуация более частая? Это слишком сильная настороженность людей относительно всех своих новообразований, в частности родинок, либо наоборот, до последнего пролонгирования момента, как необходимо осуществить визит к врачу?

Ольга Мельниченко:

Все-таки индивидуально. Бывает, что человек с каждой папилломой, с каждой бородавкой, услышав о кампании, что День борьбы против рака, приходит и ничего страшного не находит. С другой стороны, это хорошо, что он приходит, потому что мало ли что. Он может прийти с одним новообразованием, мы посмотрим все кожные покровы и найдем что-то другое, на что он мог не обратить внимание. И бывают случаи, когда пациенты очень долго даже не знают о том, что у них существует какое-либо новообразование. У меня была пациентка с меланомой на коже спины, она одинокий человек, у нее в определенный момент застежка от бюстгальтера стала травмировать образование, она что-то почувствовала, нащупала, к сожалению, прогноз там был не очень хороший, потому что это уже был узел, это уже была кровоточивость и была довольно сильная инвазия в ткани.

Мирон Борисов:

На что важно обратить внимание? Нужно ли следить прицельно за родинками, как должна измениться родинка, чтобы пойти к дерматологу? Какие есть признаки, красные флаги для пациента?

Ольга Мельниченко:

Здесь два важных момента. Во-первых, меланома может возникнуть из родинки, которая уже существует, и второй момент, меланома может возникнуть де ново, то есть на неизмененной коже, новое образование. Согласно современным данным, сейчас таких случаев больше, то есть в 70% случаев меланома возникает на неизмененной коже.

Мирон Борисов:

Означает ли это, что если у меня появилась новая родинка, мне необходимо бежать к врачу, чтобы ее проверить?

Ольга Мельниченко:

Лучше показаться.

Мирон Борисов:

То есть если мы видим появление новой родинки на месте, где раньше ее не было, лучше обратиться к врачу, чтобы посмотреть.

Ольга Мельниченко:

Если это пигментное образование, если вы видите, что она стремительно растет, вы отмечаете связь с солнечной инсоляцией перед этим, при любом сомнении лучше обратиться к врачу. Иногда это спасает жизнь.

Денис Остроушко:

А если какое-то другое образование? Пожелтение, порез. Очень много говорят о родинках, что нужно обращать внимание, потому что это чуть ли не единственное проявление, а гусиная кожа или шелушение – это нормально, пройдет. Мы смотрим на людей, у которых мало родинок, у них все равно может возникнуть рак кожи?

Ольга Мельниченко:

Конечно.

Денис Остроушко:

Как он будет проявляться?

Ольга Мельниченко:

Это может быть либо новая родинка, либо это может быть беспигментное образование.

Мирон Борисов:

Тогда это не меланома, меланома – это всегда скопление окраски, скопление меланоцитов.

Ольга Мельниченко:

Беспигментная форма меланомы тоже существует.

Мирон Борисов:

Как она выглядит, то есть это бесцветная родинка, бесцветное возвышение?

Ольга Мельниченко:

Чаще это узловое образование.

Мирон Борисов:

Вы сказали, что может переродиться родинка, которая существует, и зачастую есть такой миф, что если я поврежу родинку, если сковырнул родинку, у меня возникает меланома. Правда это или миф?

Ольга Мельниченко:

Скорее, это миф, нежели правда, она начинает кровоточить не вследствие травмы, как многие думают, а вследствие того, что произошло прорастание в глубокие ткани дермы, где уже есть сосуды.

Мирон Борисов:

Если подводить итог, у нас есть неизмененная родинка, которую мы повредили, в этом случае идти к врачу не нужно?

Ольга Мельниченко:

Лучше сходить к врачу в любом случае, мало ли что.

Мирон Борисов:

Есть какие-то места наиболее частой локализации, где родинки наиболее опасны, или нет такой зависимости?

Ольга Мельниченко:

В плане меланомы это открытые участки тела – лицо, руки, то есть подверженные солнечному излучению. А в плане прогноза опасными являются акральные лентигинозные меланомы, которые располагаются на коже рук, стоп и ногтевая локализация. Хочется отметить опасность гель-лаков, и даже больше сушки, когда сушат эту основу, она же на принципе ультрафиолета, и даже были исследования, что есть связь возникновение подногтевой меланомы с применением вот этих ультрафиолетовых ламп в маникюрных салонах.

Денис Остроушко:

Вы говорите про меланому, однако существуют и другие виды рака кожи, давайте немножечко им уделим внимание по симптоматике, по выявлению.

Ольга Мельниченко:

Помимо меланомы существует базально-клеточный рак, это наиболее часто встречающийся рак кожи, порядка 70% случаев рака кожи приходится на базально-клеточной рак, и плоскоклеточный, выявляется чуть реже, примерно так же, как меланома. Базально-клеточный рак – тоже бывает пигментная форма, то есть может имитировать меланому, и беспигментный, то есть это может быть образование розового цвета, с сосудами на поверхности. Человек видит, что у него изменилась структура кожи в определенном месте, это зачастую лицо, шея. Но здесь необходимо отметить, что такие образования все-таки довольно медленно растут, и человек может ходить годами, не обращая внимания, потом со временем образование может начать изъязвляться, периферический рост, и тогда уже человек обращается к дерматологу.

Денис Остроушко:

Получается, стоит периодически себя чуть ли не под микроскопом рассматривать или попросить партнера осмотреть кожные покровы.

Ольга Мельниченко:

Самообследование – это очень хорошая практика в плане профилактики злокачественных новообразований.

Денис Остроушко:

Родинки мы привыкли рассматривать, а вот все остальное на коже – это либо высохла кожа, сейчас кремом смажу или ванночку, маску, и вроде как все прошло. И за этим может скрываться опасность невыявления, потому что на родинки мы обращаем внимание, а от маленьких царапин и шелушения нам кажется, что крем спасет. Чем отличается обычная сухость или трещина на коже от того, что стоит врачу показать?

Ольга Мельниченко:

Это может быть образование, которое длительно не заживает. Допустим, появилось образование розового цвета, с сосудами на поверхности, чуть-чуть подросло, образовалось изъязвление, и человек начинает мазать фукорцином, наносить заживляющие кремы – не помогает, неделя, две недели, месяц, два месяца, все это растет. На такие вещи стоит обращать внимание.

Денис Остроушко:

И через сколько человек должен начать уже думать, когда идти к врачу?

Ольга Мельниченко:

Не заживает образование 5-7 дней, но это все индивидуально, в любом случае если появляются изменения кожных покровов, надо идти к дерматологу, лучше это окажется что-то, совершенно не имеющее значения, банально инфекция, которую мы пролечим и забудем о ней, нежели мы пропустим рак.

Денис Остроушко:

Может ли рак развиться из инфекционной ранки или это тоже миф? Ведь говорят, что у меня была незаживающая рана, и потом она разрослась.

Ольга Мельниченко:

Скорее, изначально это уже был рак, нежели это была рана, которая переродилась.

Денис Остроушко:

Рак – не инфекционное заболевание, заболеть им через ранку нельзя.

Ольга Мельниченко:

Если человек видит у себя повреждение, не связанное с нанесением травмы, то есть смысл задуматься и обратиться к дерматовенерологу.

Мирон Борисов:

Вспомнилась интересная ситуация. Нам рассказывали о прекрасной пациентке, у которой была базалиома, то есть доброкачественно текущий рак в области головы, и как она обнаружила у себя это: она ехала в метро и случайно головой задела поручень, и опухоль была настолько массивная, что эта огромная бляшка, которую нельзя было не заметить, но при этом к врачу она не обращалась, считала, что это совершенно нормальное образование, начала кровоточить из-за того, что она задела его. И другие люди указали, что она истекает кровью, и только это заставило ее обратиться к врачу по поводу кровотечения, которое невозможно было остановить собственными силами, а не то, что на голове у нее вырастало огромное образование. Это подчеркивает важность вовремя обращаться к дерматологу.

Ольга Мельниченко:

У нас на приеме тоже бывают такие пациенты, которые очень длительное время не обращают внимание на какие-либо образования. Не надо забывать и о волосистой части головы, то есть при том же самом обследовании кожных покровов надо смотреть и кожу головы. С помощью фена удобно это делать, потому что меланома, так же как и базалиомы, плоскоклеточный рак, может возникнуть и под волосами.

Мирон Борисов:

Насколько важно вовремя обратиться к врачу? Я предлагаю разделить этот вопрос на два фрагмента: первое – доброкачественные образования, базалиомы, насколько крупным должно быть образование при первичном обращении к врачу, чтобы врач мог помочь пациенту, и в случае меланомы как долго можно ждать?

Ольга Мельниченко:

Сложно сказать, потому что разные типы. У базалиомы свои типы существуют, и у меланомы свои разновидности, которые имеют разный прогноз, по-разному растут. Если мы говорим о базалиоме, то этот вид рака может довольно долго существовать, это может быть и год, и два, и пять, и десять лет, и при этом иметь в целом довольно благоприятный прогноз, хотя это нехорошая ситуация, когда человек имеет такое крупное образование. Если есть какая-то тревога, лучше сходить к врачу.

Мирон Борисов:

А что касается родинок, что касается меланомы?

Ольга Мельниченко:

В случае меланомы чем раньше, тем лучше, здесь огромное значение – это раннее выявление данных новообразований в плане прогноза, потому что толщина опухоли напрямую коррелирует с показателями выживаемости. 0,75 миллиметров толщина, 1 миллиметр – это хорошие показатели выживаемости. Если это узел, который кровоточит, который уже пророс, лимфатические сосуды повреждены, идет распространение этих клеток лимфогенным и гематогенным путем, то это уже более сложная в плане прогноза ситуация, поэтому лучше любую родинку лишний раз показать, нежели смотреть на нее и сомневаться, длительное время просматривая статьи в интернете, успокаивая себя.

Мирон Борисов:

Очень многие люди ведь боятся пойти к врачу, они видят у себя образование, открывают интернет, они не знают, что их ждет за дверью кабинета врача. Что проводите Вы, когда пациент обращается на первичный прием с подозрительным образованием, что делает дерматолог, как он смотрит родинку?

Ольга Мельниченко:

Дерматолог осматривает кожные покровы, смотрит клинически глазом и проводит дерматоскопию с помощью дерматоскопа – это специальный разработанный прибор, микроскоп, который дает определенное увеличение, и мы можем оценить признаки, он помогает нам отличить в том числе доброкачественные новообразования от злокачественных по ряду признаков.

Мирон Борисов:

А если у пациента родинок слишком много, врач будет просматривать каждую родинку дерматоскопом, после этого каким-то образом фиксировать это в памяти либо на внешнем носителе, чтобы при повторном приеме в динамике уже посмотреть, как развивается ситуация?

Ольга Мельниченко:

Существует такая процедура, как фотокартирование и составление паспорта кожи. В нашем Московском научно-практическом центре создана и внедрена в практическое здравоохранение уникальная модель профилактики злокачественных новообразований кожи, в каждом из 16 филиалов нашего центра, которые расположены во всех округах города Москвы, организован кабинет профилактики злокачественных новообразований. Там сидят специалисты, которые прицельно специализируются именно на новообразованиях, и любой человек, имеющий полис ОМС и паспорт, может обратиться в этот кабинет, где его посмотрят, где будет проведена дерматоскопия, клиническое обследование, и в случае подозрения на злокачественное новообразование пациент будет направлен в центр неинвазивной диагностики кожи, который организован на базе консультативного отделения нашего Московского научно-практического центра, это улица Селезневская, дом 20. Здесь консультируют доктора наук, кандидаты медицинских наук, которые специализируются на злокачественных новообразованиях кожи. Может быть составлен паспорт кожи, где фиксируются все новообразования, и можно наблюдать в динамике за ними, то есть если все хорошо, в любом случае в динамике можно будет проследить, изменилось ли то или иное образование, потому что в той ситуации, когда это одна родинка, это один вопрос, ее более-менее легко отследить, измерить сантиметровой лентой, сфотографировать. Если родинок очень много, физически невозможно отследить изменения врачу и даже самому пациенту.

Мирон Борисов:

Если у человека много родинок, если у него есть симптомы, которые беспокоят, и даже если в целом нет никакого роста, изменений этих родинок, лучше прийти к врачу, сделать карту своего тела, карту этих родинок, чтобы в дальнейшем, если возникнут какие-то проблемы, человек мог вместе с врачом отследить в динамике и принять меры.

Ольга Мельниченко:

Показатели роста – это один из симптомов.

Денис Остроушко:

Составили карту тела с родинками, сфотографировали, я просто представляю себе это, как в фильме «Пятый элемент», когда я лежу, как главная героиня, меня сфотографировали со всех сторон, вывели мое тело и отметили эти точки.

Ольга Мельниченко:

Эта информация хранится на электронном носителе.

Мирон Борисов:

Существует даже общемировая база, согласно которой программа может определить является ли родинка среди огромной выборки других родинок злокачественной, какие-то признаки, изменения существуют. Это правда?

Ольга Мельниченко:

Есть такие технологии.

Денис Остроушко:

Может быть, еще расскажете, что родинки уникальны, так же как сетчатка и отпечаток пальца?

Ольга Мельниченко:

Безусловно, каждая родинка уникальна и неповторима, но тем не менее общие признаки есть, которые говорят нам о ее злокачественном перерождении и о ее потенциале.

Денис Остроушко:

Я очень люблю спрашивать наших врачей о том, как человек может прийти, нужна ли ему обязательно прописка? Или ему скажут: «Приходи через месяц, потому что у нас сейчас все занято»? Или можно прийти и через неделю тебя уже примет врач, полностью осмотрит все твое тело, когда тебе будет удобно?

Ольга Мельниченко:

Прием в Московском научно-практическом центре дерматовенерологии и косметологии осуществляется по полису обязательного медицинского страхования, то есть необязательно иметь московскую прописку. Жители регионов, гости Москвы могут обратиться совершенно свободно. Прием осуществляется по предварительной записи по единому телефону колл-центра либо можно записаться на сайте mosderm,ru, то есть электронная записи, вы можете записаться на удобное для вас время.

Мирон Борисов:

Сколько времени занимает прием? Сколько времени нужно уделить своему здоровью, чтобы профилактировать такое грозное заболевание, как меланома?

Ольга Мельниченко:

Сам прием длится 12 минут, шаг записи у нас 12 минут, но за это время мы осматриваем родинки и при необходимости может быть назначен повторный прием, может быть человек направлен в кабинет профилактики, в центр неинвазивной диагностики злокачественных новообразований.

Мирон Борисов:

То есть первое, что может сделать для себя пациент, это определить потенциал злокачественности своих родинок. Если их слишком много, зафиксировать их на внешнем носителе, вместе с врачом отслеживать динамику их развития. Если есть подозрительные родинки, каким-то образом определить их злокачественный потенциал. Что еще может сделать пациент сам для себя, для того чтобы нивелировать риск развития такого агрессивного заболевания?

Ольга Мельниченко:

Осматривать кожные покровы периодически, исключать факторы риска по возможности, то есть исключать инсоляцию, пребывание на солнце, обязательно использовать солнцезащитные кремы в ситуациях, когда вы не можете не быть на солнце, хотя тоже необходимо упомянуть, что даже в пасмурную погоду мы получаем дозу ультрафиолета, то есть наша кожа подвержена воздействию солнечной радиации даже зимой. Поэтому солнцезащитные кремы в летнее время более актуальны, но и зимой у людей со светлой кожей.

Мирон Борисов:

Даже если я не обгорают, если у меня нет склонности к повреждениям кожи, связанным с солнечным светом, то все равно нужно пользоваться солнцезащитным кремом. А какая степень защиты SPF, есть какие-то рекомендации?

Ольга Мельниченко:

Максимальная степень защиты SPF 50, это для светлокожих людей, 1 и 2 фототип, и лучше прийти к доктору, чем объяснять дистанционно, и доктор всегда вам подберет солнцезащитный крем, вашу степень защиты.

Мирон Борисов:

Как часто нужно наносить этот крем, он же может стереться? Достаточно ли будет того, чтобы утром, выходя на улицу, нанести солнцезащитный крем на открытые участки тела, после этого весь день он будет защищать?

Ольга Мельниченко:

Если вы отдыхаете на море, купаетесь, то крем смывается, и периодически необходимо повторять нанесение с интервалом 50 минут, час, два часа, в зависимости от степени защиты и фототипа. Это также доктор на приеме расскажет. Если это обычный рабочий день, то есть утром вы нанесли крем, этого достаточно.

Мирон Борисов:

Что касается использования солярия, это тоже риск развития меланомы, или только натуральное солнце подвергает нас такому риску?

Ольга Мельниченко:

И солярий, и натуральное солнце – это все риск развития меланомы.

Мирон Борисов:

Солярий лучше исключить вообще. Но есть люди, которые пользуются соляриями, которым нравится быть загорелыми, они не хотят от этого отказываться. Стоит ли им пользоваться солнцезащитными кремами, чтобы просто не обгорать? Если человек загорает, но не обгорает, меньше ли риск или нет никакой разницы?

Ольга Мельниченко:

В любом случае тот эффект, который мы получаем от солярия, выработка меланина, более темный цвет кожи – это крик нашей кожи о помощи, это реакция защиты. Выработка меланина – это защитный фильтр нашей кожи, это наша защита, предусмотренная природой, но мы не должны этим пользоваться в том объеме, в котором мы пытаемся это делать.

Денис Остроушко:

Какие еще факторы риска? Есть профессии, которые более подвержены тому или иному заболеванию?

Ольга Мельниченко:

В первую очередь это профессии, связанные с работой на открытом воздухе, пребывание на солнце в течение длительного времени. Моряки, пилоты самолетов получают очень высокую дозу ультрафиолета.

Мирон Борисов:

Защититься так же – солнцезащитный крем?

Ольга Мельниченко:

Желательно использовать максимальную степень защиты.

Денис Остроушко:

Это тем, кто часто летает, путешествует?

Ольга Мельниченко:

Это именно пилоты, кто сидит в кабине.

Денис Остроушко:

Какие еще есть факторы риска, что еще может повлиять на развитие рака, кроме солнце?

Мирон Борисов:

Есть лекарственные препараты, которые человек принимает, и он должен понимать, что риск солнечного ожога, риск вредоносного воздействия солнца на него увеличивается, то есть об этом необходимо спросить терапевта или нужно пойти к дерматологу, если человек при приеме какого-то препарата в инструкции внезапно обнаружит, что увеличивает риск развития фотоповреждения кожи, то есть возникает фоточувствительность. Как решается этот вопрос?

Ольга Мельниченко:

На такие моменты следует обращать внимание, существует ряд лекарственных препаратов, которые усиливают чувствительность кожи к солнечным лучам. Это антибиотики тетрациклинового ряда, доксициклин, ряд гипотензивных препаратов, поэтому если вы просмотрели инструкцию и увидели такой момент, надо принимать его во внимание.

Мирон Борисов:

А если человек не читал инструкцию, просто постоянно принимает этот препарат, внезапно возникла очень солнечная погода, он не уследил за состоянием своей кожи, не воспользовался солнцезащитным кремом с максимальной степенью защиты, чем ему это вредит? Чем опасна такая фоточувствительность, вызванная препаратами?

Ольга Мельниченко:

Может произойти ожог кожи, то есть в ситуации, если бы он не принимал этот препарат, ожога не произошло бы, а здесь кожа усиленно ловит ультрафиолет, человек просто обгорает. Это уже повреждение кожных покровов.

Денис Остроушко:

Возвращаюсь к профилактике. Есть у меня знакомые, которые говорят, что есть несколько видов профилактики, одна из них – высокотехнологичная, то есть с помощью тех гаджетов, которые у нас есть дома, мы можем следить за нашим ритмом сердца, за количеством пройденных шагов, отмечать сколько калорий мы потребили. Может быть, мы можем сфотографировать и отправить по WhatsApp дерматологу свою родинку и он скажет, или на общую базу залить, а там какой-нибудь человек проверяет?

Ольга Мельниченко:

В любом случае если мы видим подозрительную родинку, лучше прийти к дерматологу, и дальше доктор уже назначит. В зависимости от того, что мы увидим, мы назначим либо повторный прием, через месяц, через три месяца, в каждой ситуации индивидуально, либо направим к доктору-онкологу.

Денис Остроушко:

Есть еще второй вид профилактики – агрессивная профилактика, когда ты начинаешь лечить до того, как у тебя что-то появилось, то есть удалить родинку, которая может быть потенциально опасна. Стоит ли это делать и как Вы отговариваете или наоборот, уговариваете пациента?

Ольга Мельниченко:

Показания к удалению определяет все же доктор. Если человеку не нравится образование, мы видим, что оно доброкачественное, то удаляем, никаких вопросов.

Денис Остроушко:

Можно прийти, сказать, что мне не нравится, удалите мне родинку.

Ольга Мельниченко:

Опять же, смотря какая родинка, кто-то и папиллому называет родинкой. А если мы видим диспластический невус, та самая родинка, которая может быть потенциально опасной, у людей, предрасположенных к таким заболеваниям, то в ряде случаев она иссекается с обязательным проведением патоморфологического исследования.

Мирон Борисов:

Как сегодня иссекаются родинки, насколько это инвазивный процесс? Раньше это производилось только хирургическим путем, только руками, только оперативно, и люди боялись это делать, потому что формировались огромные рубцы, огромные шрамы, не всегда это было на незаметных участках тела. Как сейчас происходит этот процесс, насколько велик риск развития образования, внешне эстетически некрасивого дефекта после удаления родинки?

Ольга Мельниченко:

Удалением должен заниматься врач, это не сестринская процедура, не салон красоты, это только доктор-дерматовенеролог либо доктор-онколог, если мы говорим о злокачественных новообразованиях. Если мы говорим о невусах, о пигментных невусах, диспластическом невусе, то здесь золотой стандарт – это удаление скальпелем, то есть хирургическое удаление, когда мы сохраняем материал, то есть мы можем направить его на исследование. Если мы его выжигаем, нам нечего исследовать.

Мирон Борисов:

Нечего исследовать на степень злокачественности, чтобы понять, было ли это меланомой или нет. А если есть подозрительная родинка, и врач-дерматолог уверен, что она доброкачественная, просто эстетически человеку не нравится эта родинка, есть ли альтернатива методу скальпеля?

Ольга Мельниченко:

Есть радиоволновой метод, электрокоагуляция, лазерные технологии, но опять же, это должен решить врач в зависимости от того, необходимы исследования дальнейшие или нет.

Денис Остроушко:

Возможно ли лечение и стоит ли бояться людям, насколько важно выявлять на ранней стадии?

Ольга Мельниченко:

Лечение возможно в случае выявления подозрения на злокачественное образование кожи, мы направляем к докторам-онкологам, они уже занимаются непосредственно лечением, то есть это и хирургическое удаление, и последующая терапия, то есть это могут быть препараты наружного лечения либо препараты, которые назначают внутрь. В плане прогноза раннее выявление – это наиболее важно, особенно в случае меланомы как самой агрессивной опухоли, более агрессивного рака, поэтому в последнее время мировая тенденция – все направлено на профилактику и раннее выявление злокачественных новообразований, это позволяет сохранить жизнь, позволяет улучшить прогноз.

Денис Остроушко:

Есть какая-то статистика, процент на первой стадии выживаемости?

Ольга Мельниченко:

В Австралии было проведено масштабное исследование, которое показало, что при толщине меланомы менее 1 миллиметра, то есть совсем небольшая глубина, выживаемость в течение 20 лет 96%, очень хорошие показатели. Это исследование вновь подчеркнуло важность раннего выявления, поэтому если у вас появляется любая родинка или даже не родинка, любое образование, которое вас настораживает, ранка, что-то розовое появилось, что-то растет, в любом случае надо идти к доктору.

Денис Остроушко:

Вы сказали совсем маленькое, сейчас в каждом филиале вашего центра можно прийти и выявить небольшую, до миллиметра?

Ольга Мельниченко:

До 1 миллиметра в толщину ткани, это уже нормально для выявляемости, для прогноза.

Мирон Борисов:

Это прежде всего ответственное отношение пациента к своему здоровью, потому что чтобы пойти, необязательно даже самому заметить, потому что это прерогатива врача.

Денис Остроушко:

К Вам, как к врачу, часто обращаются: «Посмотри, посмотри». Можете ли Вы действительно глазом, случайно, например, в общественном транспорте кинуть на руку взгляд и сказать: «Вам бы к нам...»?

Ольга Мельниченко:

Бывают такие случаи в общественном транспорте, друзья, знакомые, знакомые знакомых, зная, что ты доктор, обращаются, присылают фотографии.

Денис Остроушко:

То есть Вы взглядом можете определить злокачественность и сказать, бояться или не боятся.

Ольга Мельниченко:

Смотря какой размер образования. Зачастую все-таки нужно обследование с помощью дерматоскопа, того самого прибора, который дает большое увеличение.

Денис Остроушко:

Не надо бояться, просто можно сходить в один из филиалов, зайти на сайт mosderm,ru и записаться, попасть на прием бесплатно, по ОМС, проверить свои родинки, для тех кто сильно волнуется, можно записываться хоть раз в неделю, приходить и показывать сначала спину, потом руку. Главное следить и не бояться. Я надеюсь, что мы хоть немножечко кого-то сможем сподвигнуть прийти и провериться. Будьте здоровы, спасибо большое. Это была «ЗОЖ через молодежь». Увидимся в следующих выпусках.

}