Екатерина Николаи Педагог, психолог, дизайнер интерьеров, консультант 12 января 2019г.
Организация детского пространства: особенности и рекомендации
Организация пространства детской комнаты – вопрос, актуальный для всех родителей. Как учесть индивидуальные особенности и интересы при оформлении детской и почему это важно?

Евгения Кириллова:

Добрый вечер, дорогие друзья! На Mediametrics сегодня с вами я, Евгения Кириллова и программа «Классное детство», где мы обсуждаем вопросы, связанные с воспитанием, образованием и развитием наших детей. Тема сегодняшней программы посвящена организации детского пространства, то есть детских комнат. И сегодня со мной в студии коуч, психолог, эксперт, человек с огромнейшим опытом создания интерьеров – Екатерина Николаи. Катя, добрый вечер!

Екатерина Николаи:

Добрый вечер!

Евгения Кириллова:

Не секрет, что сейчас многие люди озабочены вопросом улучшения своих жилищных условий. И, как правило, это связано либо с появлением детей либо с их взрослением, когда они у нас уже вырастают. Катя, почему стоит прибегать к помощи эксперта, если на рынке достаточно огромный выбор таких предложений как. Многие сейчас нам могут предоставить и проекты по планировке и по меблировке, все что угодно. В чем наука-то основная заключается?

Екатерина Николаи:

Дело в том, что те, кто предлагают мебель и предметы интерьера для детских комнат, у них есть свои цели, а у родителей должны быть свои цели. Те, кто продают мебель, и те, кто продают аксессуары, преследуют цель продать мебель и аксессуары. А те, кто делают для своих детей интерьер, они должны преследовать цель развития и какого-то такого прекрасного и развивающего существования в этой комнате детей. И, знаешь, Жень, мне на самом деле, хотелось, вот когда ты начинала этот разговор, я думала немножечко о другом. Я думала о том, что стоит, наверно, сказать, вот при начале планировки квартиры, при начале планировки детской комнаты о том, что многие родители подходят к этому так: они делают некую базовую обстановку в комнате с тем, что потом она изменится. Но, к сожалению, эта базовая обстановка потом не меняется, тогда как для каждого возраста интерьер должен быть свой.

Евгения Кириллова:

Ты хочешь сказать, что нет ничего более постоянного, чем временное?

Екатерина Николаи:

К сожалению, так. Здесь мы часто забываем, вот родители часто забывают о том, что дети – это не маленькие и несформированные взрослые, дети – это отдельный мир, это отдельные существа. У них совершенно по-другому устроена их и деятельность мозга, и их реальность устроена совершенно по-другому. Это не недоделанные взрослые. И в каждом возрасте существуют свои потребности и в каждом возрасте интерьер должен отвечать этим потребностям, потому что он очень влияет, наша окружающая действительность очень влияет на то, как мы себя ведем, что мы чувствуем, как мы двигаемся по жизни. Для детей это экстремально важно.

Евгения Кириллова:

Если не говорить о маленьком возрасте, как ты мне рассказывала, что до 3 лет, если я не ошибаюсь, в первую очередь, этот интерьер создают для себя родители.

Екатерина Николаи:

Чаще всего.

Евгения Кириллова:

Это просто красивая, удобная картинка, верно?

Екатерина Николаи:

Я вообще настаиваю на том, что от нуля до года интерьер в принципе должен соответствовать только потребностям родителей. Это должно быть удобно, комфортно маме, потому что для ребенка мама – это его мир, и как мама себя чувствует, каково ей в этом интерьере, что он ей дает, то и ребенок чувствует. Начиная с года до 3 лет существуют свои какие-то особенности. И вот я предлагаю поговорить об интерьере после 6 лет. Объясню, почему.

Евгения Кириллова:

Да, это интересно.

Екатерина Николаи:

Потому что после 6 лет ребенок начинает становиться самостоятельной такой единицей, у него начало отделения от родителей. То есть до 6 лет он сначала мамин, папин, всехний. Всехний, да. Ему когда задают вопрос: «Ты чей?» – «Я мамин». «Я папин». Потом он становится всехний. Вот он семье принадлежит, он клану принадлежит. А после 6 лет он начинает отделяться. Он начинает уже понимать, что он сам. Он, конечно, очень близок к родителям, но это начало вот этого процесса, который бурно развивается в подростковом возрасте, – отделения вот этого, но самое начало начинается после 6 лет, когда он идет в школу, начинает социализация, его мир расширяется, сильно очень. И вот с 6 лет имеет смысл подумать о том, чтобы начинать работать с детской уже отвечая потребностям ребенка.

Евгения Кириллова:

А как их выявить? Ребенок же вряд ли придет сам и скажет, что мне необходимо вот это, вот это и вот это. Ну кроме того, что мне необходим компьютер, на котором я буду играть.

Екатерина Николаи:

Здесь вот тоже история, про которую я хотела поговорить и которую я хотела бы донести до родителей. Мы когда говорим об индивидуальных потребностях ребенка, да родители очень соблазняются историей про то, что вот сейчас мы выявим прям индивидуальные потребности, личные потребности вот этого конкретного ребенка и сделаем под него интерьер. А начинать нужно с тех потребностей, которые существуют в этом возрасте. Общие возрастные потребности. И о них забывают. Они как бы, кажется, что они существуют в нашем сознании, кажется, что мы их знаем, но соблюдать никто не соблюдает. Педагогической литературы полно вокруг. Все мамочки продвинутые и все прочее, но кто из нас не шел мимо детской площадки и не видел, как мамочка за грязные штанишки ребенка, конкретно совершенно ему влетает. Эта мамочка, она в курсе, она знает.

Евгения Кириллова:

Что так не надо, да.

Екатерина Николаи:

Она знает, но у нее в этот момент, она не отдает себе отчета, она этого не делает. Вот то же самое происходит с формированием детского интерьера.

Евгения Кириллова:

Кать, а какие здесь ключевые какие-то, вот эти базовые потребности, на что обратить внимание, если от общего к частному?

Екатерина Николаи:

Когда мы начинаем делать интерьер для 6-летнего ребенка, с тем что он пойдет сейчас в школу, мы должны понимать, что до 6 лет наша комната была в основном игровой, мы там играли, и мы там играли во все, мы там делали все, мы там прыгали, мы там лепили, и мы там рисовали, и мы там в «зайку» играли, и мы поезд строили. И у нас все это одновременно было. И мы как-то говорили уже в одной из программ о том, что этот интерьер должен быть абстрактный. Он не должен быть буквальный. Он должен уходить от буквализации. А после 6 лет родитель должен выявить главный интерес ребенка и понимать, что это комната человека, который обучается, учится, и это комната ребенка, который играет, у которого есть свой интерес. Какой-то интерес. Может быть, он танцует. Может быть, он лепит. Может быть, он рисует. Если он рисует – эта комната должна быть полностью предоставлена под рисование. Может быть, он еще и лепит. Окей, там будет небольшое пространство, посвященное тому, чтобы он мог там еще что-то сделать. Но обеспечьте его наибольшим пространством для рисования. Стол, может быть, обои какие-то, на которых можно рисовать что-то такое. Если он танцует – обеспечьте ему пространство. Вообще вся мебель подчиняется тому, чтобы обеспечить пространство: станок, зеркало, все что угодно. Интерьер должен становиться буквальным и он должен давать ребенку, позволять ребенку развивать в это время свою потребность. Но как только эта потребность меняется, как только этот интерес, а он будет меняться, как только этот интерес меняется, родители. Да, убираем станок, убираем зеркало. Ставим мольберт. Или ребенок увлекся компьютером – мы полностью обеспечиваем ему возможности работать за этим компьютером. Мы полностью подчиняем это пространство ему.

Евгения Кириллова:

Возможно, задам глупый вопрос.

Екатерина Николаи:

Вряд ли.

Евгения Кириллова:

Но, вспоминая конкретно себя, мы пробовали все. Честно. Параллельно. От шахмат до музыки, хора, рисования. И мы пробовали, потому что мы искали какие-то мои интересы, пытались их раскрыть. В данном случае на что ориентироваться, на что опираться?

Екатерина Николаи:

Можно задать встречный вопрос: кто конкретно пробовал?

Евгения Кириллова:

Мама предлагала, а я пробовала.

Екатерина Николаи:

Вот. Дело в том, что существует же какой-то большой основной интерес. Пробовать-то не возбраняется. Пожалуйста, попробовали. Получилось, понравилось. Дальше продолжили. Но чаще же всего бывает, что не понравилось.

Евгения Кириллова:

Ну да, я про то, как часто надо менять?

Екатерина Николаи:

И вот этот упрек: «Ты все бросаешь». «Ты ничего не доводишь до конца». «У тебя интересы». Да, в этот момент интересы – они как флюгер. Ребенок продолжает познавать мир. Я еще раз повторюсь, вот то, что я вначале сказала, ребенок – не недоделанный взрослый. Это его процесс. Это его нормальный процесс познания. Если взрослый познает мир в какой-то момент уже в замедленном темпе, он раз в десять лет может сменить вид деятельности, задуматься: а может быть, я не тем занимаюсь и так далее. У ребенка это происходит гораздо быстрее.

Евгения Кириллова:

Конечно, он более гибкий, он быстрее переключается.

Екатерина Николаи:

Конечно. Но есть основная деятельность, которой должен подчиняться интерьер этого ребенка.

Евгения Кириллова:

Слушай, ну, наверно, это такая идеальная картинка мира, в которой есть возможность и средства для того, чтобы настолько часто вносить обновления все-таки в интерьер, а может быть, есть какие-то условно схематичные конструкции, знаешь, такие, как Кубик Рубика, которые бы там, например, заранее, когда делается эта детская комната, как-то имеют какую-то мобильность? Условно, в этот год мы занимаемся музыкой, допустим. Ну, ребенок пошел в музыкалку и ему это нравится. А на будущий год мы убрали пианино, переставили шкаф с комодом, и появился какой-то уголок для того, чтобы уже там пробовать заниматься танцами и станок. Или этого в принципе не существует?

Екатерина Николаи:

Есть гораздо более простой способ. Нет, можно, конечно, тасовать мебель из угла в угол и так далее. Если родители этим увлекаются – пожалуйста, это не возбраняется, конечно. Но есть гораздо более простой и гораздо более реальный на наших площадях и в наших планировках способ. Это сразу зонировать. То есть сделать зоны для. Условно, зона обучения, то есть офисная зона, где есть стол, стул, правильный, эргономичный, с правильным освещением и так далее. Одна зона. Вторая зона – это спальная зона. Зона хранения. И зона – она была игровой зоной, потом она стала спортивной зоной, потом она стала музыкальной зоной. Хочешь танцуй, хочешь пой.

Евгения Кириллова:

Хочешь музицируй.

Екатерина Николаи:

Чего хочешь делай в этой зоне. Просто вы выделяете сразу это пространство и дальше это пространство уже оформляете. Просто я о чем говорю? Я за то, чтобы эту потребность и этот интерес ребенка он мог выражать в полной мере. Тогда это будет экологично. Потому что если ребенок поет – он будет петь в том месте, где у него полностью обеспечена эта возможность, а не везде. Я имею в виду соседей, вот эта вот история. Если ребенок читает взахлеб, такое бывает, то его книжки не будут расползаться по всей квартире и по всей комнате валяться и мама не будет кричать: «У тебя опять бардак в комнате». Они будут концентрироваться в одном месте, где у него есть полки, где у него есть, может быть, какое-то кресло, где у него есть правильное освещение. Все эти потребности таким образом реализуются правильно, экологично.

Евгения Кириллова:

Хорошо. Спрошу по-другому. Твое мнение на тот вопрос готового интерьера, потому что все равно есть же какие-то как кальки, которые нам все-таки предлагают магазины. Есть уже проекты, в которых, да, действительно, специально обученный человек в магазине вам рассказывает: вот это у вас будет спальная зона, вот это у вас будет зона, где ребенок обучается, а вот эту вы придумаете какую-то игровую. Стоит ли прибегать к этим калькам и каким-то уже, знаешь, таким заготовленным проектам или все-таки, действительно, нужно приглашать специалиста и отталкиваться не только от твоего метража, а от каких-то еще аспектов?

Екатерина Николаи:

Знаешь, это зависит от возможностей, конечно же. И существуют бренды, которые предлагают уже и наборы вот эти вот очень грамотно спланированные. И большие бренды, известные нам всем. И сейчас очень много развивающихся мебельных компаний, которые работают под заказ, даже с психологами и с педагогами они работают, и дизайнеры у них грамотные и они прям ловят каждое-каждое, ну, все-все новое, что есть, чтобы дать детям. То есть эта возможность остается. Есть возможность пригласить консультанта. И это, конечно, интереснее просто потому, что человек просто по месту вам расскажет, что сделать с вашим дверным проемом, что сделать с вашим оконным проемом, куда поставить кровать, как организовать свет и так далее. В мебельном магазине или в интерьерном магазине вам этого не расскажут. Просто потому что у них нет этой планировки, вашей личной, индивидуальной, конкретной планировки. И здесь дело не в индивидуальности ребенка, а здесь дело в индивидуальной площади, помещении: как вы его обустроите и что вы там сделаете. Поэтому, конечно, если есть такая возможность, надо обращаться к специалисту, надо обращаться к эксперту, консультантам. Дизайнеры оказывают консультационные услуги все практически. И имеет смысл, так будет проще, безболезненнее и, в конечном счете, дешевле.

Евгения Кириллова:

А тут мы приходим к другому, на самом деле, подводному камню, о котором мы с тобой уже не раз говорили, – то, что касается дизайн-проекта. Многие люди, прибегая к услугам дизайнера, рассказывают о том, что мне нравятся лиловые обои, нравится кровать с балдахином, показывают какие-то картинки из известных интерьерных журналов, на основании которых уже человек, да, действительно, со знанием дела зонирует пространство, предлагает какие-то решения по мебели, по цветовым гаммам. И мы, по хорошему счету, приобретаем вот эту вот красивую картинку, которая визуально нам очень нравится. Это относится не только к детским интерьерам, на самом деле, а в принципе к интерьерам. Как должна быть правильно выстроена работа для того, чтобы человек мог не только любоваться купленной картинкой, не за три копейки, конечно же, но еще и жить потом в этой картинке?

Екатерина Николаи:

Чья работа?

Евгения Кириллова:

Вот работа по интерьеру, по планировке, работа с дизайнером, со специалистом, с консультантом. Как этот процесс должен быть организован?

Екатерина Николаи:

Каждая работа, работа с любым интерьером, не только с детским интерьером, должна начинаться с чего? С того, что вы определяете свои цели и потребности. Что должно быть в этой комнате? Если мы говорим о детском интерьере, мы говорим о том, что это универсальная комната. Чем она отличается от всех остальных помещений в доме? Тем, что это универсальная комната, в которой происходит все: и сон, и работа, и игра, и вообще практически все существование. Поэтому надо начинать вот с этого. Что мы в этой комнате делаем и какие индивидуальные, опять же, возвращаюсь к индивидуальным потребностям, какие индивидуальные потребности, цели и ожидания существуют у хозяина комнаты. С 6 до 12 лет, я напоминаю, человек начинает понимать себя как самостоятельную уже единицу, отделенную в какой-то степени, он отдельно себя уже мыслит от родителей. Поэтому здесь он в большей или в меньшей степени, в меньшей в 6 лет, в большей к 12 годам, должен иметь возможность декларировать себя в этом интерьере. Поэтому начинать надо с того, опять же, если мы говорим об этом возрастном диапазоне, начинать надо с того, что в этом участие принимают не только родители, но и сам ребенок. Я расскажу потрясающую историю, в которой я сама, это вот моя жизнь даже. Я педагог по образованию, двадцать лет я занималась интерьерами, я десять лет занимаюсь психологическим воздействием интерьера, и профессиональный психолог, я мама двух детей. Вот это вот все зная, имея этот багаж, немножко он поменьше тогда был, у меня дочка была маленькая, в возрасте таком вот, тоже вот от 6 до 12, в этом промежутке, где-то в 10 лет, когда там принцессы всякие и все, я ей купила розовое постельное белье, розовые занавески у меня были. Но я не переходила, из берегов-то не выходила, но тем не менее я понимала, что ей прям вот это сейчас надо, у нее такой возраст, она девочка.

Евгения Кириллова:

Феечка.

Екатерина Николаи:

Феечка. Вот эти вот там, какая-то была фея, какие-то косметические наборы уже появились с феями, какие-то рюкзачки, розовенькие, вот это вот все, блестки. В 20 лет, когда я разговаривала со своим ребенком об этой комнате и обо всем, она говорит: «Я ненавидела розовый цвет всегда и ненавижу его сейчас». Упс!

Евгения Кириллова:

А как же ты не смогла обратить? То есть вообще не было никаких предпосылок к тому, что ей это не нравится?

Екатерина Николаи:

А я не села с ребенком и не поговорила об этом конкретно: что ты хочешь в своей комнате? Я поняла, что ей нравится розовенький рюкзачок.

Евгения Кириллова:

Значит, нужно все остальное розовым сделать?

Екатерина Николаи:

Я совершенно не вдумалась в то, а собственно, почему он ей нравится и не нравится ли ей только этот розовенький рюкзачок, а вообще вот эта комната ей розовая и не нужна. И это были мои личные представления. Это была моя ошибка. Я сделала комнату такой, какую я хотела, а не такую, какую она хотела.

Евгения Кириллова:

А как здесь правильно выстроить диалог с ребенком, чтобы не совершить подобную ошибку? Что его спросить? «Какой цвет тебе нравится?» «Какие игрушки ты любишь?» Или что?

Екатерина Николаи:

Мы начинаем. «Сейчас у нас будет ремонт. Мы будем обустраивать твою комнату. Что ты хочешь в этой комнате? Какой ты ее себе видишь? Что бы ты хотел, чтобы там было?» И дальше уже. Вот здесь родитель – он как дизайнер. Вот ребенок здесь заказчик, а родитель – дизайнер. И дизайнер всегда, он не может выполнить все пожелания заказчика. Он должен собрать максимум желаний, мечтаний, ожиданий и всего, что там трепещет внутри его заказчика по поводу его интерьера, а потом сделать по максимуму и гармонично.

Евгения Кириллова:

Непростая задача стоит перед родителями.

Екатерина Николаи:

Так родителем быть вообще непросто.

Евгения Кириллова:

Слушай, ну если вот так подытожить нашу такую половинку разговора, получается, что в принципе, если родитель подойдет, что называется, с желанием изучения вопросов, связанных с зонированием, с интерьерами, по хорошему счету, он может воспользоваться какими-то готовыми предложениями, которые сейчас существуют на рынке. Конечно, в идеале это обратиться к специалисту, но в первую очередь, необходимо задать ребенку важные вот эти такие основополагающие вещи, связанные с его пожеланиями и с его увлечениями.

Екатерина Николаи:

С его видением.

Евгения Кириллова:

И только после этого уже приступать к какому-то подбору обоев и мебели и всего остального.

Екатерина Николаи:

И даже это следует делать вместе, потому что проблема беспорядка в комнате, например, она вообще основывается на том, что родитель делает интерьер чаще всего под себя, не включая туда ребенка.

Евгения Кириллова:

Как это связано? Как связано нежелание убирать игрушки с розовыми обоями, например, которые выбрала мама?

Екатерина Николаи:

Так же, как часто беспорядок в доме, в квартире вообще. Хозяйка мучается, бедненькая, она пытается понять: почему у нее все время беспорядок, почему у нее все время вот это вот, почему ей так тяжело это все делать, почему ей тяжело наводить порядок. Чаще всего потому что не продумано хранение, не продумано удобство хранения, не продуманы индивидуальные моменты, связанные с хранением вещей. И это прямая связь. Ребенок должен понимать, что и зачем у него в комнате будет, где будут лежать эти его вещи, которые он хочет там иметь, как он их будет хранить, как он ими будет пользоваться. И когда вы с ребенком проходите вот эти этапы, когда вы это все планируете, – это большой воспитательный процесс. Это не только на сейчас вы делаете задел, не только сейчас у вас порядок, – вы учите ребенка, как ему надо подходить к своему пространству с уважением к себе, к своей жизни и, соответственно, к своему дому. Это на будущее очень большой. Вы дадите очень большой ему плюс. Вы дадите ему большую, как это сказать, методику действия в жизни дальше.

Евгения Кириллова:

Давай напомним всем, кто к нам недавно присоединился, то, что сегодняшний эфир программы «Классное детство», посвящен вопросам интерьера, детским комнатам, а именно организации детского пространства, и со мной сегодня в студии психолог, эксперт, коуч, человек с огромным опытом работы с интерьерами, – Екатерина Николаи. Мы напомнили нашим дорогим друзьям и слушателям о том, что же мы сегодня здесь обсуждаем. Хорошо, а есть, что называется, часто задаваемые вопросы? На практике как-то можешь припомнить, с чем обычно люди-то обращаются?

Екатерина Николаи:

Кроме вопросов, в общем, лежащих на поверхности для людей, которые делают вот сейчас ремонт, это, как правило: как организовать свет, что делать с цветом, что делать с хранением вещей, как организовать это. Очень часто возникающий вопрос: что делать, если детей двое, например, живет в одной комнате?

Евгения Кириллова:

Кстати, да. Это вообще возможно, особенно, если они разнополые, например, как-то совместить? В возрасте, ну, в диапазоне 6-12 лет они же уже отдельные личности, которые понимают, что существуют мальчики, а существуют девочки.

Екатерина Николаи:

Да, существуют мальчики и существуют девочки. Это решается, опять же, с помощью зонирования и каких-то там, можно какую-то перегородку сделать, что-то вот такое. Но я скажу, что до 12 лет родители вообще могут не париться разными комнатами для детей.

Евгения Кириллова:

Да ты что! Это прям открытие сейчас. Объясни.

Екатерина Николаи:

А ты знаешь, это открытие не мое. Это было известно, в 1977 году была выпущена прекрасная совершенно книжка, называющаяся «Язык шаблонов». Автор Кристофер. Если я сейчас не ошибаюсь. Я сейчас могу перепутать имя автора. При всем моем уважении. Я сейчас немножечко нервничаю и что-то у меня вылетело из головы. Книжка называется «Язык шаблонов». Она была издана была в 2014 году у нас.

Евгения Кириллова:

Да, я думаю, все желающие, если что смогут ее найти.

Екатерина Николаи:

Да, если в случае чего, найдете. Но это такой большой фолиант, который изучать и изучать. В частности уже в этой книжке, в которой собраны потрясающие совершенно способы организации.

Евгения Кириллова:

Пространства.

Екатерина Николаи:

В частности интерьера, да. Там и архитектуры и ландшафта. И в частности интерьера. Вот уже там говорится о том, что детям не нужны отдельные спальни. Им нужно отдельное пространство. Там предлагается делать ниши, например. Но мы говорим о том, что это могут быть кровати. Сейчас, опять же, те же производители мебели предлагают очень интересные такие вот как ниши кровати какие-то, то есть такое какое-то свое пространство у ребенка. Своя часть этого пространства, в которой он полный хозяин. Это его индивидуальная неприкосновенная часть, его неприкосновенная территория. Это важно. И мы говорим о том, что неприкосновенная территория для ребенка это важно. Мы говорим об этом все время. И все об этом знают и все об этом говорят. Но никто не говорит о том, что при этой индивидуальности у ребенка существует потребность существовать в семье.

Евгения Кириллова:

С семье. В этом социуме, да.

Екатерина Николаи:

В социуме. У него нет потребности в уединении. У него есть потребность в общении. У него есть потребность в существовании рядом с кем-то. Поэтому, более того, у детей в этот момент еще нет вот такого разделения. Территориальное отделение начинается в том момент, когда начинается изменение гормонального фона. До 12 лет не актуально. Им нечего делить, но им есть чем обмениваться в жизни, детям. Поэтому я за общую детскую до 12 лет.

Евгения Кириллова:

То есть те, кто сейчас задумался о том, что необходимо уже покупать новую квартиру, если ребенок пошел в школу, если их, точнее сказать, двое, это мальчик и девочка. Можете не переживать: у вас есть еще немножко времени для того, чтобы все-таки дети подросли и уже потом могли существовать в отдельных площадях.

Екатерина Николаи:

Здесь, конечно, надо уделить внимание зонированию. Здесь надо внимательнее относиться к зонированию, внимательнее относиться к организации индивидуального пространства ребенка, но разные комнаты для этого не нужны. Вот после 12 лет здесь бы, конечно, призадуматься о том, чтобы детей как-то, детям дать свое пространство, потому что подросток нуждается в уединении. У него есть потребность, чтобы внутреннее и внешнее привести к гармонии. Для этого ему нужно периодически уединяться и отделяться, и он это делает довольно часто в агрессивной форме. Но это не является темой, которую мы взялись осветить.

Евгения Кириллова:

Вот ты говоришь, что у ребенка должно быть обязательно свое собственное пространство, такое неприкосновенное. Можно ли это приравнять к тому, что ребенок может делать все что угодно в этом пространстве: не убираться, разбрасывать вещи, а родитель не должен принимать участие как-то педагогически в том, что все-таки там необходимо наводить порядок, и как-то ребенка все-таки заставлять, что называется, за этим пространством следить, если оно было для него оформлено и сделано?

Екатерина Николаи:

Нет, это такая милая история. Посадил ребеночка в его уголочек, в нишку засадил, – и все, можешь не заниматься ребеночком. Да нет конечно. Нет конечно. Но это пример того, что родитель должен с большим уважением относиться к этой территории. И это пример того, что ты с уважением относишься и к своему ребенку. И здесь надо договариваться. И здесь надо учить. Здесь надо объяснять.

Евгения Кириллова:

То есть, получается, когда мы все-таки смогли правильным образом, основываясь на потребностях ребенка, если мы смогли организовать его конкретную, его маленькое вот это пространство, небольшое пространство, мы все-таки, наверно, должны и приучать его к тому, что если мы вместе придумали какие-то вещи, связанные с хранением игрушек, если он захотел именно такой шкаф, если он захотел именно такой стол, то это необходимо держать в порядке все-таки.

Екатерина Николаи:

Это да. Но это и повод для у совершенствования того, что мы изначально сделали. То есть интерьер не статичный – интерьер развивается, интерьер живет. Интерьер живой. Это к вопросу о влиянии нас на интерьер и влиянии того, как интерьер влияет на нас. Но, в любом случае, взаимопроникновение существует. И он не статичен. Это не то чтобы вы сделали комнату один раз и дальше уже вы ее не трогаете, и дальше. Вот повесили полочки, решили, что полочки должны быть вот на этой высоте – это будет удобно. В процессе выяснилось, что это неудобно, но полочка останется на том же месте, хоть тушкой, хоть чушкой, хоть прыгай, хоть лесенку ставь, этой полочкой ты пользуйся. Нет, это как раз повод к тому, чтобы поговорить.

Евгения Кириллова:

Вносить какие-то изменения.

Екатерина Николаи:

Да. Давай с тобой сядем и подумаем.

Евгения Кириллова:

Почему игрушки разбросаны.

Екатерина Николаи:

Почему так получается. И что нам надо с тобой сделать в нашем интерьере, в твоей комнате, что нужно сделать для того, чтобы это было удобно, для того чтобы этот порядок, для того чтобы тебе было удобно поддерживать этот порядок, если дело касается порядка, а не каких-то там других моментов.

Евгения Кириллова:

Хорошо. А на практике все-таки это, действительно, какое-то неудобство самого интерьера или больше наша любимая лень, которая говорит: «не хочу», «не буду».

Екатерина Николаи:

Ну лень же она ниоткуда не берется. Это может быть протест.

Евгения Кириллова:

О как!

Екатерина Николаи:

Это может быть отсутствие желания по каким-то своим. Это могут быть какие-то психологические проблемы. Отсутствие желания что-то делать вот в этом месте. Или отсутствие желания что-то делать. Это к психологу. Это могут быть не интерьерные проблемы. Но если мы говорим об интерьере, если это касаемо вот нашей сферы, интерьерной, то, как правило, это неудобство и отсутствие привычки делать это для себя. И я скажу, что даже если беспорядок, я, например, опять же, я, как мама, у которой и мальчик и девочка, и вот по-разному это все происходило. И ссорились, и гневалась я, и пыталась что-то, какие-то придумать ходы и пыталась какие-то придумать способы, чтобы это было удобно. Когда-то получалось, когда-то нет. Это жизнь. Так все время происходит. Но то, что я могу сказать родителям, у которых сейчас такие проблемы есть, у которых вот сейчас дети растут, на своем опыте: не опускайте руки, не думайте, что все без толку. Даже если у вас все равно беспорядок в комнате, все равно продолжайте учить этому ребенка. Потому что я на своем, опять же, опыте, убедилась. Да, у нас был беспорядок. Да, у нас были на эту тему конфликты. Но сейчас, когда моя дочь обзавелась собственным домом, у нее в доме идеальный порядок.

Евгения Кириллова:

Да ты что!

Екатерина Николаи:

И точно такой же отзыв от нее поступил мне, что «я тогда научилась, у меня тогда появились эти навыки, в меня тогда встроилось, что это важно, полезно и нужно: обустраивать свой дом и делать это так, чтобы это было удобно и чтобы у меня был порядок, я это поняла и ощутила». Поэтому то, что вы делаете сейчас в детской комнате, вот сейчас, в этом возрасте, 6 лет, 7 лет, 10, 12 лет, не важно, то, что вы сейчас делаете для ребенка в этой комнате, дальше даст ему очень большой плюс, бонус и большую энергию для каких-то дальнейших достижений в его жизни. Поэтому я говорю о том, что интерьер может помогать нам в достижении наших целей. Интерьер исполняет желания. Это то, о чем я говорю, и это я имею в виду. Ребенок растет, ребенок это все в себя впитывает. У него впитывается это и записывается на подсознание. То, что вы даете ему сейчас, бесценно для его дальнейшей жизни и для достижения им его целей.

Евгения Кириллова:

Это очень объемная и большая тема для разговора.

Екатерина Николаи:

Не могла не сказать, потому что это то, что действительно важно, то, что базово важно понимать родителям, что это не просто место, куда вы запихиваете ребенка, закрываете дверь и дальше имеете возможность почитать книжку и заняться собой. Нет. Это то пространство, в котором дальше ребенок, он развивается, он получает то, что будет с ним потом.

Евгения Кириллова:

Слушай, ну многие же родители, на самом деле, когда оформляют комнату ребенка, когда работают там с размещением вещей каких-то, с какими-то зонами хранения, иногда думают о том, что ну вот этот угол или этот шкаф все равно пока не потребуется, ну вот он все равно стоит свободным, мы его купили так, на будущее, поэтому давайте-ка заставим туда, положим туда какие-то свои вещи, лыж туда, в конце концов, поставим на летнее хранение. Насколько это критично. Или это не критично? В общем, что ты нам скажешь по этому поводу?

Екатерина Николаи:

Я скажу так, что ситуации бывают разные. Объем помещения и объем хранения у нас в домах бывает разный. У нас маленькие бывают площади, на которых нам, вольность – невольность, приходится уживаться со всеми нашими потребностями, необходимостями и так далее. Иногда бывает так, что детская комната включается в это пространство. Но важно родителям отдавать себе отчет в том, что происходит, и в том, что они делают.

Евгения Кириллова:

Надо договориться с ребенком?

Екатерина Николаи:

Первое, что надо сделать, – это отдать себе отчет. Почему я на это обращаю внимание? Потому что немногие родители это понимают. Я провожу консультации по детским интерьерам. И нередкая история, когда я разговариваю с мамой. Я говорю: «Вы какие-то свои вещи в этой комнате хранить будете?» – «Нет. Никогда. Да вы что! Да ну что вы!» Дальше идет разговор, и говорится о том, что вот «знаете, а вот этот вот шкаф мне хотелось бы, наверно, сделать, чтобы в нем банки можно было хранить». Я говорю: «Какие банки? Мама, какие банки?»

Евгения Кириллова:

Откуда появились банки?

Екатерина Николаи:

Бабушкин бассейн. Какие банки? Банки с вареньем, с соленьями, бабушкин бассейн, лоток для кота.

Евгения Кириллова:

Ого!

Екатерина Николаи:

Я говорю: «Так. Мы только что говорили о том, что здесь ничего храниться не будет». Поэтому когда вы делаете такую вещь с хранением, во-первых, вы отдаете себе отчет, что вы это будете делать, и что это, в общем-то, нарушение границ. Ну, вы располагаетесь со своими вещами в чужом доме.

Евгения Кириллова:

Ну вот да. Я почему и спросила тебя об этом. Нужно договориться с ребенком о том, что вот мы имеем такие, например, конкретные условия, такие-то метражи и сейчас нам надо залезть на твою территорию.

Екатерина Николаи:

Да, во-первых, договариваться, сообщать об этом, говорить, что я займу вот это конкретное ограниченное пространство. Вот этот шкаф вот за этой створкой – здесь будут стоять банки, бабушкино варенье, лоток кота. И понимать, что так же, как если вы попросили соседей похранить свои стулья.

Евгения Кириллова:

На балконе.

Екатерина Николаи:

Ну не важно. На балконе. На их территории, в их квартире. Вы не можете в двенадцать часов ночи открыть дверь своим ключом и идти забирать эти стулья. Вы должны говорить человеку о том, что «вот сейчас такая вот ситуация, мне нужны эти банки, могу ли я сейчас это сделать?» Вы отдаете себе, опять же, еще раз, отчет, понимание того, что вы находитесь на чужой территории, и вы относитесь к этой территории с уважением. Таким образом, вы отдаете дань уважения тому человеку, который проживает на этой территории. Это не ужасная ситуация и она имеет место быть, и даже может служить педагогическим уроком для этих же самых детей. Потому что вы соблюдаете эту территорию, вы соблюдаете эти договоренности, так же и ваши дети будут делать то же самое по отношению к вам. Вы можете сколько угодно. Вы можете расшибиться, рассказывать о том, что вас дети должны уважать.

Евгения Кириллова:

Но если вы не будете делать.

Екатерина Николаи:

Они будут делать то, что делаете вы.

Евгения Кириллова:

Ну да, зеркалить. Осталось совсем немножко времени. Кать, дай советы какие-то со своей стороны, какие-то рекомендации людям, которые планируют в ближайшее время заняться жилым пространством, оформлением жилого пространства для своих детей.

Екатерина Николаи:

У меня ощущение, что я все вот это время, собственно, эти советы и давала. Я могу повториться, для того чтобы немножечко это дело как-то подытожить.

Евгения Кириллова:

Давай, да.

Екатерина Николаи:

Первое, с чего нужно начинать, – это не с выбора цвета, не с выбора мебели, не со стиля и декора, чего угодно, а первое, с чего вы должны начать, – вы должны сесть и выписать на листочек, проговорить, как угодно, но вы должны продекларировать ваши потребности, ваши ожидания от этого интерьера. Ваши – я имею в виду, скорее, ребенка. Здесь не должны нарушаться ни чьи интересы. Вы здесь должны приходить к компромиссу. Потому что понятно, что вы, как взрослый человек, отвечающий за то, что происходит с ребенком, несущий ответственность за это и имеющий опыт и понимание того, что обязательно в комнате должен быть стол, для учебы («Ты учишься»).

Евгения Кириллова:

Кровать была бы, да, неплохим решением.

Екатерина Николаи:

Обязательно должна быть кровать, и она должна быть удобная. И там должен быть хороший качественный матрас. Это все зона вашей ответственности. Еще раз говорю, ребенок – заказчик, вы исполнитель. Вы, как исполнитель, должны вот это все продумать. Это ваша зона ответственности. Но первое, что вы делаете, когда вы начинаете ремонт и обустраивание комнаты, в особенности детской, – это список того, что в этой комнате должно быть. Обязательно. Ваши и вашего ребенка. И вторая часть этого же совета.

Евгения Кириллова:

Работы, да?

Екатерина Николаи:

Да. Всегда в этом процессе должен участвовать ребенок на всех этапах. Это очень сильно поможет вам в дальнейшем.

Евгения Кириллова:

Даже когда рабочие штукатурят эту комнату, прийти ему и показать?

Екатерина Николаи:

Да. Очень часто, когда у меня консультации проходят, мне присылают мои клиенты отчет. И это замечательная совершенно практика. Это замечательная совершенно история, когда папа с сыном вместе собирают мебель. Сын не где-нибудь в парке гуляет, а он участвует. И в покупке мебели участвует.

Евгения Кириллова:

Ну, наверно, потом еще как раз подумает лишний раз: рисовать на этой мебели или нет, если он сам прикручивал или все скручивал.

Екатерина Николаи:

Рисовать или не рисовать – это если мы говорим о возрасте 6 лет, когда еще есть такие какие-то истории, а если он старше, то дальше он будет проявлять самостоятельность и дальше он будет проявлять, у него появятся идеи, он будет чувствовать эту комнату своей, он будет понимать, что он может и не просто имеет право, «хочу разрисовать обои», нет, а он может продумывать то, что он хочет иметь в этой комнате, выходить с положениями по этому поводу к родителям и получать ответ: можем, не можем, своевременно, не своевременно, чем мы можем заменить это решение, как мы можем прийти к компромиссу. Педагогика в чистом виде. Вот эта комната дает вам возможность налаживать контакт с ребенком, налаживать контакт для будущего, для настоящего, учить его массе моментов и давать ему какие-то стратегии.

Евгения Кириллова:

Навыки, знания.

Екатерина Николаи:

Стратегии, навыки, знания. Все что угодно на будущее. И обязательно будут какие-то несостыковки. Обязательно будут какие-то недопонимания. Это жизнь. Но это и дает возможность научить ребенка жить в пространстве в его и в его интерьере.

Евгения Кириллова:

Ну да. «Как сделать ремонт и не развестись». Была у тебя эта тема однажды.

Екатерина Николаи:

Да.

Евгения Кириллова:

А здесь: «и не поругаться, наверно, окончательно с ребенком, пока вы делаете ремонт».

Екатерина Николаи:

Это не просто не поругаться. Дело в том, что конфликт отцов и детей часто возникает именно на почве того, что один или другой нарушает территорию.

Евгения Кириллова:

Ну да, границы, правильно.

Екатерина Николаи:

Это история нарушения территории. Создание интерьера, совместное создание детского интерьера дает возможность наладить эти мосты, наладить, изучить язык этого общения.

Евгения Кириллова:

Слушай, ну, я искренне надеюсь, что все-таки мы смогли сегодня рассказать массу полезного нашим зрителям, нашим слушателям. И те люди, которые в данный момент в процессе ремонта, надеюсь, все-таки подойдут к ребенку и спросят: насколько понравились те обои, которые они уже купили. А может быть, и поменяют их вместе с ребенком и выберут другие. Я благодарю тебя за сегодняшний диалог. Программа «Классное детство» подходит уже к концу. Я думаю, мы обязательно поговорим еще и о других возрастах и о проблемах, которые возникают уже в таком, более подростковом периоде, в пубертатном. Друзья, сегодня со мной была Екатерина Николаи – коуч, психолог, специалист с огромным стажем работы по интерьерам, и 7мы обсуждали вопросы организации детского пространства. Программа подходит к концу. Катя, давай попрощаемся.

Екатерина Николаи:

Всего доброго!

Евгения Кириллова:

Пока-пока!

Екатерина Николаи:

Пока!

}