Ирина Долженко Акушер-гинеколог. Врач «Клиники на Петровке». Д.м.н. 19 октября 2018г.
Родить после сорока. Возраст и материнство
Стоит ли рожать в 40 и после сорока лет? Какие особенности есть у беременности и родов в этом возрасте? Есть ли в позднем материнстве плюсы, о которых говорят редко?

Тамара Барковская:

В эфире программа «Консилиум» и я, ее ведущая Тамара Барковская. Сегодня мы говорим о материнстве после 40 и говорим о том, стоит ли рожать, беременеть после 40 лет, а также какие есть особенности беременности и родов в этом возрасте и есть ли плюсы. Сегодня гостем студии является врач акушер-гинеколог Клиники на Петровке, врач высшей квалификационной категории, доктор медицинских наук Долженко Ирина Сергеевна.

Начнем с того, как относится врачебное сообщество к поздним родам?

Ирина Долженко:

Я должна сказать одно, что врачебное сообщество относится с большим уважением к женщинам, которые решили рожать в 40 и позже. Должна сказать в первую очередь, что только уважение мы можем испытывать, потому что на самом деле вопрос «Рожать или не рожать?» никак не принадлежит врачебному сообществу. Это прерогатива самой женщины, ее семьи, супруга и так далее. Это решается только нашими пациентами. Что мы можем? В любой ситуации мы как исполнители. Придет к нам 13-летняя девочка рожать, 40-летняя женщина со своими проблемами – медицина будет сопровождать этих людей всегда и всюду.

Тамара Барковская:

Исходя из каждой конкретной ситуации.

Ирина Долженко:

Да, безусловно, исходя из этого, учитывая все возможности современной медицинской науки, учитывая все наработанные материалы. Возможности, надо сказать, серьезные. Что мы можем сказать просто женщине, что говорят врачи обычно, ни уговаривая, ни запрещая, этот вопрос нас не касается. Но поставить в известность человека. Хотя, это надо делать, конечно, не в 40 лет, а намного раньше. Но женщина должна понимать, что наименьшее количество осложнений течения беременности и родов у женщины бывает в десяток лет с 20 до 30, всё, точка. Они бывают и в этом периоде, но, если уж говорить об отношении врачей, то мы не очень любим роды до 18 лет, так же, как и после, только потому что они заставляют нас очень интенсивно и наблюдать пациентов. Это иногда бывает, так называемый, трудный пациент, потому что он требует особого внимания. Вот, собственно, и все. Все остальные вопросы решаются в семье. Врачи к этому относятся, на мой взгляд, благостно ― что же, хорошее дело.

Тамара Барковская:

Какие особенности организма и репродуктивной системы у женщины после 40 лет? Что важно при принятии решения рожать после 40?

Ирина Долженко:

Для того чтобы это понять, нужно понять вещи, которые достаточно хорошо известны. После 30 лет исподволь, постепенно начинаются процессы старения. Может быть, мы этого не видим глазами, то есть на врачебном языке, клинически это не выражено. Но именно в это время появляется то, что мы можем видеть – микроморщины, проблемы с кожей, поскольку есть гормональная зависимость. Всё ещё работает и очень хорошо работает, никаких нарушений цикла, ничего такого нет. Но постепенно, все-таки, угасание функции есть. Как пример, у 25-летней женщины созревает около 50 фолликулов, из которых может быть отобран доминантный для беременности, в 35 лет их не 50, а 25, а к 40 годам их 8, не разбежишься. Исподволь происходят изменения, которые существуют и будут где-то мешать. Более того, с течением времени увеличивается частота или количество ановуляторных циклов, то есть, у женщины они проскальзывают всегда, как отдых.

Тамара Барковская:

Как часто бывают в год ановуляторные циклы после 40?

Ирина Долженко:

После 40 они могут достигать и 40 %. Естественно, что в разных ситуациях по-разному, потому что у кого-то климакс в 45 начинается, а у кого-то и к 55 ничего не заканчивается. Всё очень индивидуально. Но мы говорим о средних показателях. Более того, уже самое главное, что к этому моменту накапливаются, хотим мы или не хотим (в основном-то не хотим, конечно), соматические заболевания. Несмотря на то, что, репродуктивная система работает, постепенно угасая, безусловно, женщине в репродуктивном возрасте нужна контрацепция, если она не хочет беременеть. Может быть, кто-то думает, что после 30 не нужна ― нужна, нужна, конечно. Но возможности забеременеть уже снижаются, тоже учитывать. Однако, если даже и стоит такая проблема в 40-летнем возрасте, когда мы не улавливаем и не можем получить беременность, на сегодняшний момент разработано много медицинских технологий, которые помогают в этом вопросе. Пожалуй, такие особенности именно репродуктивной системы могут быть.

Тамара Барковская:

Поскольку процесс зачатия – это партнерский процесс, давайте, поговорим еще о специфике мужского организма после 40 лет. Здесь какие есть особенности, которые могут влиять на плод, на состояние ребенка при рождении?

Ирина Долженко:

Я поняла вас. Должна сказать, что у мужчин работа репродуктивной системы ― без обиды ― гораздо примитивнее, чем у женщин. У женщин есть циклические изменения, где работает N-ное количество гормонов, ферментов, катализаторов, факторов роста и так далее. Это достаточно сложный процесс, весь организм работает на то, чтобы в середине цикла был доминантный фолликул, который обеспечит беременность. У мужчин, как только они созревают, как только они прошли пубертат, никаких колебаний уже не будет. Могут быть колебания на фоне болезни и так далее, но принцип работы системы очень простой, то есть высокие показатели, тонические показатели гонадотропинов и такие же показатели основного гормона мужчин тестостерона. Это природный фактор, безусловно, без которого, наверное, человек бы не выжил. Представить себе, что у мужчины были бы какие-то колебания и у женщины были бы колебания, когда они совпадут и как оно все будет, невозможно. Поэтому у мужчины вся репродуктивная система построена на одном – всегда готов. У него нет периодов, когда он бесплоден или когда может не получиться. Это индивидуально, но, тем не менее, природа так предусмотрела. Надо сказать, что поскольку они не страдают многими женскими проблемами, естественно, никаких ПМС, никаких колебаний настроения и изменения гормонального статуса нет, репродуктивная система у них работает дольше. Я не скажу, что она меньше изнашивается, я так не могу сказать, но, во всяком случае, это более пролонгированный процесс. Он тоже уходит, наши мужчины тоже стареют, но всё очень литически происходит и выраженный климактерический синдром, какой бывает у женщин, у них редкость. У мужчин продолжение репродукции может быть и до 60 лет. Тем не менее, процессы старения существуют, точно так же снижается подвижность сперматозоидов. Их количество и подвижность является основным показателем в качественно возможной оценке мужского эякулята. Он снижается, все-таки снижается.

Тамара Барковская:

Как показывает практика и статистика, мужской фактор все больше и больше влияет с каждым годом на результат.

Ирина Долженко:

Да, конечно. Но, надо сказать, что и мы изучаем. Были времена, когда мы вообще на мужчин не особенно обращали внимание. Должна сказать, тут много интересных факторов, на мой взгляд. Помимо общего старения, которое является естественным процессом, конечно, у мужчин больше и чаще бывают вредные привычки, и, как бы мы снисходительно к этому ни относились, они имеют значение.

Тамара Барковская:

В связи с ними также молодеет определенная патология, которая выражается в показателях спермограммы.

Ирина Долженко:

Конечно. Второе, на что я хотела бы обратить внимание. Мужчины тоже приобретают ― может быть, не к 40, а попозже, или раньше ― варикозное расширение вен мошонки, варикоцеле, которая хорошо снижает показатели спермограммы. Причем, показатели могут быть нормальными, когда затихает процесс, а потом они опять плохие. Достаточно частая патология. Мужчины, которые у нас теперь в течение рабочего времени ничего тяжелее ручки не поднимают и сидят в креслах, страдают ей все больше и больше.

Тамара Барковская:

Этот показатель связан с общесоматическим статусом?

Ирина Долженко:

Конечно, и, я бы сказала, локальным в сущности, потому что речь идёт о кровоснабжении половой системы, правильном ее функционировании. Основное, о чём я еще хотела сказать, что на сегодняшний момент уже известно, что после 35 лет кривая частоты пороков развития плода неуклонно ползет вверх, причем, это зависит как от мужчин, так и от женщин. Тут есть некоторое разделение, но, в сущности, это касается больше науки, чем практики, потому что получить ребенка с пороками развития – большая беда на самом деле. Поэтому, именно поэтому женщин или пары, которые решили рожать в 40 и старше, должны проходить более тщательные обследования с применением методов необычных, высокоинформативных, технологичных, которые бы могли оградить от неприятностей, которые мы можем видеть при такой беременности. Я думаю, что они имеют значение, безусловно.

Тамара Барковская:

Какие опасные факторы могут подстерегать именно первородящих в 40 и после 40 лет женщин? Мы сейчас затронули тему в общей популяции, а на что именно нужно обратить внимание именно первородящим, какие особенности материнства после 40?

Ирина Долженко:

Я могу сказать, что даже не к 40 годам. Мы уже многие годы рожаем 1, максимум, 2 раза в жизни. В жизни, понимаете? Значение ребенка в семье я даже не буду сейчас описывать, просто нужно каждому представить, что такое больной ребенок в семье. Это горе не просто родителей, это горе семьи. Меняется жизнь всей семьи. Поэтому относиться к беременности, которую вы хотите продолжать, пролонгировать и дальше рожать, нужно архисерьезно. Это несравнимо ни с чем ― ни с поступлением в вуз, ни с защитой диссертации, ни с приобретением сертификатов. К беременности надо серьёзно относиться в любом возрасте, а в 40-летнем и старше, конечно, особенно.

Какие подводные камни? Например, особенностью функции репродуктивной системы у 40-летных являются гораздо более частые угрозы прерывания беременности. Если в 20 лет они составляют около 10 %, я грубо называю, конечно, чтобы сориентировать, в 30 лет уже где-то 17 %, то после 40 это может быть 35–37 %. Это не значит, что мы теряем беременность, но есть угроза прерывания, когда мы должны что-то предпринимать. Врачи за этим следят, назначают препараты и мы спасаем беременность. Такая патология достаточно часта. Сюда же относятся, конечно, и преждевременные роды, я имею в виду в течение всей беременности, не только ранних ее сроков.

Что может быть особенного в родах? В родах очень многое зависит от соматического здоровья женщины, от того, как она провела беременность, как она наблюдалась. Здесь достаточно часто бывает слабость родовой деятельности, или дискоординация, поэтому здесь очень часты, именно в этой группе, кесаревы сечения. Иногда вроде здоровая женщина, и вроде ничего сверхъестественного нет, она неплохо обследована, но начинает набираться, что называется, с миру по нитке. Где-то чего-то не очень, где-то был пиелонефрит, где-то была угроза прерывания, где-то пустили в роды, а по сути – слабость, она затягивает роды. Проще сделать кесарево сечение. Тем более, что в отношении 25-летней женщины ещё можно надеяться на то, что она дальше родит, а здесь уже драгоценный ребенок, который, как правило, еще и достался тяжело, потому что есть категория женщин, которые, приходя к родам в 40 лет, имеют очень длительное лечение по поводу бесплодия. Они лечатся годами, обследуются, лечатся, пробуют, получается, не получается. Сюда же относятся не только бесплодные, но и женщины с привычным невынашиванием. Когда они, наконец, получают своего долгожданного ребенка, он для них дар божий, они к нему так и относятся. Кесаревы сечения здесь будут чаще и они оправданы.

Наконец, после родов у взрослых женщин достаточно часто страдает лактация. Конечно, очень хотелось бы, чтобы выкармливала мама, хотя бы на первых порах, хоть сколько-нибудь, 2–3 месяца, всё так. Но сейчас отсутствие лактации не катастрофа, потому что есть заменители материнского молока. Они очень хорошо разработаны, известны и доступны. Это не проблема, уже не надо бегать к соседу, пытаться искать кормилицу. Эта проблема решаема.

Таков спектр перечисленного, притом, что мы еще не учитываем соматическую патологию. Если женщина с циррозом печени забеременела и пришла рожать, значит, будем с ней возиться, будем делать то, что мы можем делать. Получим определённый результат, может быть, не совсем хороший, но, все-таки, будет результат всех наших усилий, потому что эффективность медицинских технологий достаточно высока. Точно так же женщины, которые приобретают к этому возрасту избыточную массу тела, начальные проявления, может быть, не сахарного диабета II типа, но инсулинорезистентность – это тоже категория, которая настораживает доктора. Настораживает, заставляет его, с одной стороны, очень внимательно относиться, а с другой стороны, резко сокращает спектр медицинских препаратов, которые можно применить к женщине. Потому что, с одной стороны, к примеру, больные почки, с другой стороны, нужны антибиотики, с третьей стороны еще и ожирение, и так далее. Вот и мечешься между жерновами. Но, вариант терапии все равно находится, всегда можно проконсультироваться, что даже приветствуется, со своими сослуживцами. В общем, мы выходим из положения.

Одно могу сказать: если в мое время можно было себе позволить ― забеременела, родила, «так получилось», то сейчас ни своим детям, ни детям своих подруг я не разрешаю (если я могу так сказать вообще, конечно), я не разрешаю беременеть до тех пор, пока они не пройдут обследование. Хотя бы элементарное обследование, хотя бы на ИППП, на инфекцию, хотя бы посмотреть основные параметры. Для чего? Для того, чтобы потом не ахать, что когда мы во время беременности находим хламидиоз, вдруг «ай-ай, откуда это взялось?». Откуда взялось, мы разбираться не будем, но у меня руки связаны, я не могу его лечить, а инфекция в это время делает свое черное дело. Это касается будущего ребенка.

Тамара Барковская:

Предгравидарная подготовка не исключается и в данном случае, когда речь идет о беременности после 40 лет.

Ирина Долженко:

Конечно, да. Но при беременности после 40 туда еще добавляется…

Тамара Барковская:

Добавляется, расширяется список.

Ирина Долженко:

К подготовке надо относиться очень серьезно, очень ответственно и думать. Здесь возникает масса проблем, которые касаются, может быть, не только и не столько медицины. Тут уже возникают социальные проблемы, возникают моменты, которые нам нужно предугадать уже после родов. Это достаточно широкая проблема. Еще раз повторю, обследование женщин, и не только женщин, но и мужчин, должно начинаться до задуманной беременности, продолжаться всю беременность, роды и так далее. Наверное, я бы так сказала.

Тамара Барковская:

Как вы относитесь к методам ЭКО, ИКСИ? Что это такое, давайте, разъясним нашим зрителям и слушателям. Что предпочтительнее, какие показания к применению этих методик и насколько они эффективны, результативны?

Ирина Долженко:

Я сейчас вспоминаю начало своей деятельности. Тогда был целый ряд заболеваний, который назывался абсолютное бесплодие, то есть бесплодие, с которым врачи не могли справиться. Сейчас в списке всего один вариант – врожденное отсутствие матки.

Тамара Барковская:

Давайте, поясним, что считать бесплодием. Поскольку есть еще народные определения этому термину, давайте разъясним, что с позиции медицины считается бесплодием?

Ирина Долженко:

С позиции медицины считается, что отсутствие беременности в течение полутора–двух лет от начала активной половой жизни без контрацепции и называется бесплодием. Другой вопрос, что этот срок сейчас уже сокращается до года. 40-летним и более того женщинам, которые имеют опыт такого медицинского наблюдения, нужно беспокоиться уже и пораньше, не в рамках существующих стандартов, пораньше. Иначе у нас очень ограниченное время – чем мы дольше будем тянуть, тем меньший эффект получим.

Что такое экстракорпоральное оплодотворение? Когда у женщины снижена возможность овуляции, а все-таки беременность хочется выносить и родить здорового ребенка, ей назначаются препараты, которые стимулируют овуляцию, затем производят забор яйцеклеток, как правило, берётся не одна яйцеклетка. Их очень тщательно отбирают, есть специальные методики, работают эмбриологи, соединяют со спермой мужа, все происходит инвитро, то есть в пробирке.

Тамара Барковская:

Вне организма женщины.

Ирина Долженко:

В пробирке, так скажем, чтобы было понятнее. Дальше определенным образом готовят саму матку, потому что там тоже есть параметры, которые должны быть соблюдены, чтобы эмбрион, который уже начинает развиваться, упал в мягкий подготовленный эндометрий, как в постельку, и прижился там. Вот что делается при экстракорпоральном оплодотворении.

В свое время поводом для разработки этих методов были многочисленные заболевания фаллопиевых труб. Проблемы с проходимостью труб были на первом месте при бесплодии, особенно, при вторичном бесплодии, когда женщина перенесла воспалительные процессы, операции, внематочную беременность, много чего могло быть, это было очень большой проблемой. Придумали в обход труб такой метод, который сейчас очень хорошо разработан. Он есть в системе ОМС, по показаниям можно им пользоваться. Но данный метод работает тогда, когда нет проблем с мужской стороны. Если есть проблемы у мужчин, а папой тоже, конечно, хочется быть, то существует основной метод ИКСИ, который предполагает забор той же яйцеклетки, но тогда в яйцеклетку микро- или нано-, иголкой вводят сперматозоид, которых не хватает по количеству. Поэтому берут один, самый красивый, самый умный, и точечно внедряют в цитоплазму. Происходит оплодотворение, и дальше технически все то же самое происходит. Необыкновенная технология, которая меня просто поражает, действительно так.

Что касается эффективности. Для молодых родителей эффективность достигает 60–70 %. С течением времени она снижаются литически почти до 40 %, если мы говорим о возрасте после 40. В какой процент мы попадем, тут трудно сказать, но статистика такова. Но метод работает, его можно повторять, иногда не с первой попытки все получается. Обычно возникают вопросы: как это ― дети в пробирке, какие они? Хорошие, нормальные дети, сколько их ни обследовали. Их обследовали с разных точек зрения – и терапевты, и офтальмологи, все смотрели детей, рожденных от ЭКО и ИКСИ, ничего криминального не нашли. Они такие же, как обычные дети, и дальше развиваются и растут тем же путем.

Применение этих технологий позволило и позволяет рожать не только в 40, но и в 50. Но дальше в применении этого метода у взрослых женщин и у мужчин, потому что мужчина может быть и старше, чем 40 лет, очень внимательно работают генетики и эмбриологи, потому что высокая мера медицинской ответственности:

Во-первых, получить эмбрион, во-вторых ― оценить его. Изучить эмбрион, оценить его с тем, чтобы потом не было казусов, не пропустить дефектный. Это очень трудная работа, кропотливая, и поэтому есть определенные проблемы, но они решаемы. Особенно это важно для супружеских пар, у которых есть семейные заболевания, наследственная патология. Здесь, конечно, без генетика мы не обойдемся. Этого не надо бояться, это совсем не приговор.

Тамара Барковская:

К счастью, сейчас есть все возможности, для того чтобы всё понять и узнать.

Ирина Долженко:

Да, конечно, понять и узнать, сделать генетический анализ, который позволит минимизировать риски, поскольку исправить генетику мы вряд ли можем. Но можем сделать отбор, врач-эмбриолог и все репродуктологи, которые работают с этим, должны обратить особое внимание.

Тамара Барковская:

То есть, вопрос о качестве жизни, о дальнейшей судьбе ребенка.

Ирина Долженко:

Конечно. Поэтому и мера ответственности очень большая. Эти 2 метода дают возможность получить беременность даже тогда, когда у мамы не очень здорово, у женщины и у мужчины есть свои проблемы и дефекты. Их определенным образом готовят, конечно, не просто так всё, с бухты-барахты, с улицы пришел и сделал. Процедура требует чисто медицинских показателей, изучения, и дальше они работают. Раньше это был вообще закрытый вопрос. Если была плохая сперма у мужа, то предлагалась инсеминация донорской спермой –единственное, что можно было. То есть, мама была бы родная, биологическая, но папа не получался бы. Сейчас и этот вопрос решен.

Тамара Барковская:

Давайте, остановимся на том, о чем редко говорится из уст врачей. Есть ли преимущества в таком взрослом материнстве, в материнстве после 40, и в чем они заключаются?

Ирина Долженко:

Конечно, преимущества есть. Нет худа без добра, что называется. Конечно, есть. В первую очередь, конечно, рождение младенца к 40 годам, когда вы уже, по сути, сформированный человек, который имеет свою профессию, не дергается по поводу «Кем мне быть, как мне быть, куда мне бежать». Образование уже получено, колея уже создана, уже много что сделано в карьере у женщины, да и у мужчины тоже, она уже идет по накатанным рельсам. Уже понятно, чем вы будете заниматься, понятно, что есть определенное благосостояние, но, самое главное ― есть мудрость. Когда у такой мамы рождается ребенок, очень важно, что он становится отправной точкой всей ее жизни. Материнство вообще для нас важный фактор. Но для 20-летней девочки, конечно, это радость, конечно, это здорово, все хорошо, но она рвется между образованием, ребенком, семьей, желанием еще где-то побегать, попрыгать, потанцевать, побывать на танцполе, куда-то съездить и так далее. Взрослая женщина к 40 годам уже свое отпрыгала, уже оттанцевала, ей уже это не интересно. Ее интересует только ее собственный ребенок. В этом плане само материнство, мало того, что для женщины большой плюс, это огромный стимул. Если мудрая мама все делает правильно и ребенок здоров, это для него очень большое дело, потому что все посвящено ему. Если из него не воспитать эгоиста, что тоже может быть.

Тамара Барковская:

Да, каковы дети взрослых родителей, по вашим наблюдениям из практики, вы же часто встречались?

Ирина Долженко:

Да, конечно. Первая, чисто медицинская проблема: если беременность прошла правильно, если не было никаких осложнений, если мы получили нормального ребенка, то дальше он ничем не отличается. По своим потенциальным возможностям он ничем не отличается от своих общепопуляционных сверстников. Однако, и очень часто встречались такие мысли, именно так это формулировалось, что у пожилых родителей чаще рождаются гении. На самом деле, рождаются не гении, а родители занимаются своими детьми настолько плотно и настолько с желанием, и настолько много, что из детей получаются, может быть, талантливые, может быть, развивают таланты. Дети хорошо развиты, они социализированы, они очень хорошо говорят, у них хорошая память, они начинают читать с 4 лет. Не потому, что это гений, который родился гением, не потому, что это Моцарт, а потому, что, действительно, их развивают родители. Какая бы гувернантка ни была, даже нанятая где-то и очень образованная, какая бы сверхъестественная школа ни существовала, ничего приятнее для ребёнка, чем родительская беседа, сказка, рассказ, не существует. Стало быть, ребенок её и воспринимает с гораздо большим удовольствием и как бы незаметно.

Когда дети развиваются, еще совсем маленькие, они же воспринимают наибольшее количество информации, которое вообще бывает в жизни. Для них информация то, что для нас не информация: что такое стул, из чего он сделан, как он сформирован – это тоже информация. Поэтому занятия с детьми, сделанные от души ― это большое подспорье и родителям, потому что они с желанием их делают, не то что «на одной ноге мама посиди». Можно ведь, в конце концов, включить ему мультики, и он тоже будет заниматься и смотреть, а в это время можно посидеть в соцсетях. Можно? Можно. А можно самому позаниматься с ребёнком, и эффективность будет намного лучше и намного больше, и ребенок будет развиваться лучше.

Еще один положительный момент, который бы я отметила. Обычно говорят: «Ну, что вы! В 40, в 45 лет вы родили себе внука, ребенок будет стесняться». А что это такое? Это повод для мамы выглядеть на 10 лет моложе, держать себя в рамках, быть подтянутой, не опускаться, не идти за возрастом. Да, что-то уже трудновато в 40 лет, тем не менее, на велосипеде ― значит, на велосипеде; куда-нибудь, на какой-нибудь пикник – значит, на пикник, пешком – значит, пешком. Это тоже крайне важно, как подспорье. Я считаю, что это положительный эффект. Молодая женщина живет как живет, для неё это не особенно важно, а для возрастного человека это важно. К папе это тоже относится. Папа собирается на рыбалку – «Давай, и я с тобой на рыбалку». А если ребенок с тобой, значит, у тебя уже целые обязанности. Обучи его, научи, помоги и сам будь в тонусе. Поэтому я считаю, что эти вещи очень важны. Это значит, что нужно следить и за своим здоровьем, в любом варианте, конечно, это стимулирует. Мне кажется, что в этом плане очень хорошо иметь ребенка уже и после 40.

Тамара Барковская:

Ирина Сергеевна, мы плавно подходим к завершению нашей программы. Очень полезная и актуальная тема в современном социуме, особенно в мегаполисах, поскольку здесь, как известно, женщины стараются выстроить карьеру, обрести себя в мире, а далее уже заниматься вопросами супружества, материнства. Какие рекомендации вы могли бы дать женщинам, которые собрались рожать и становиться мамами в зрелом возрасте?

Ирина Долженко:

В зрелом возрасте, по пунктам. Первое, и это неукоснительно: думайте об этом заранее. Идите к врачу, выбирайте врача, выбирайте клинику заранее, приводите свое соматическое здоровье, насколько возможно, к минимизации воспалительных процессов, изменение веса и так далее. Подготовьтесь к беременности. Прекращайте напрочь все вредные привычки, к коим я отношу не только традиционные табакокурение и алкоголь. Я, например, не люблю недосыпание, мелатонин надо уважать, биологические ритмы надо уважать, и поэтому в 23:00 надо быть в постели. Дальше ― очень жесткое наблюдение у врача, неукоснительно выполнять все, что назначает врач, и не бояться моментов, когда доктор может вас попросить, в отличие от соседней более молодой пациентки, сделать дополнительные исследования. Это не прихоть врача, это необходимость. Я бы еще пожелала, наверное, когда человек рожает, очень важно иметь тылы. У 20-летней девочки за спиной бабушки, дедушки и семья. У 40-летней женщины, бабушки, дедушки, дай бог им здоровья, могут не выдержать, и, может быть, им понадобится помощь. Подумать надо об этом, подумать, потому что когда 40-летняя женщина хронически не высыпается, мама, а это естественный процесс, ничего тут не попишешь, ей надо дать отдых. Подумайте заранее, кто будет помогать. Помочь можно, хоть на 2 часа уйти, маму надо днем уложить поспать, да она сама свалится, ляжет. Но об этом надо думать не тогда, когда мы уже на роды идем, а тогда, когда мы задумываем беременность. Пожалуй, всё. Если мы будем исполнять и выполнять все рекомендации, то будет здоровый, нормальный, хороший ребенок и добрая семья. Я думаю, что так и получится.

Тамара Барковская:

Благодарю вас, Ирина Сергеевна, за сегодняшний эфир!

}