{IF(user_region="ru/495"){ }} {IF(user_region="ru/499"){ }}


Евгений Греков врач-уролог, андролог, эндокринолог, основатель и главный врач Клиники Hormone Life 27 сентября 2017г.
Урология в офтальмологии: от невероятного к реальному
Поговорим о том, какова роль офтальмолога в диагностике урологических заболеваний. Почему именно офтальмологическое обследование даст ответы на многие вопросы уролога? В чем общая ряда инфекционных заболеваний этих двух специальностей и почему лечить их нужно совместно?

К. Чинёнова:

В эфире наша постоянная программа «Взгляд доктора Куренкова. Сегодня у нас в гостях Евгений Александрович Греков, врач-уролог, андролог.

Сегодня у нас очень необычный взгляд – комплаентность двух специализаций, урология и офтальмология.

В. Куренков:

Все в организме связано, поэтому мы постараемся сейчас найти связи и предоставить их вам.

К. Чинёнова:

Есть замечательная фраза научного изыскателя Поля Бера, который говорил о том, что всё, что влияет на целое, влияет на часть. Все, что влияет на часть, влияет на целое. Посему всякая болезнь отражается на органе зрения и каждая болезнь глаз отражается на организме. Мы уже говорили о том, что многие специализации контактируют с офтальмологией и без офтальмологов, порой, никуда другим специалистам. Евгений, как же оказалась урология в этом списке?

Е. Греков: 

Она как раз вместе с андрологией и попали в список. Потому что оказывается, что возрастные изменения в половом члене и изменения в глазах – содружественны, и не одно другое вызывает, а они, как правило, идут параллельно. Повреждение стенок эндотелия (сюда бы еще и кардиолога рядом посадить), внутренней выстилки сосудов, как раз содружественно, что в половом члене и вызывает эректильную дисфункцию, снижение качества половой жизни. То же самое происходит и в глазе, в глазном дне. Из-за этого возникают возраст-ассоциированные изменения в хрусталике, в сосудистой оболочке глаза и вызывает, в конце концов, слепоту. Все то же самое – возраст-ассоциированная патология глаз.

В. Куренков:

Вот Вам профилактика катаракты.

Е. Греков: 

Да, но тут, конечно, чаще секс – и будешь зреть яснее, может быть. Может быть. Но дело в том, что это еще работы 2011 года. Мы были на Кубе, был дружеский конгресс. Тогда кубинские ученые об этом заговорили. Только мы поспорили там из-за того, что быстрее повреждается: либо половой член, либо глаз.

В. Куренков:

Делаем группу и наблюдаем. Можно диссертацию писать.

К. Чинёнова:

Вот так рождаются научные работы.

Е. Греков: 

Эректильная дисфункция развивается быстрее, за года три-четыре за счет того, что диаметр сосуда в половом члене, именно капилляра, гораздо тоньше, нежели в глазу. Еще тоньше, чем в глазу. И атеросклеротические повреждения, как раз-таки, первые. Почему у пациентов с сахарным диабетом первой возникает эректильная дисфункция, а потом уже диабетическая нефропатия?

В. Куренков:

Пора уролога приглашать на прием к офтальмологу, и после осмотра глаз проверять другие функции.

Е. Греков: 

Да. Я, например, всегда в содружестве с офтальмологом работаю. Я всегда спрашиваю: «А как Вы видите?», и тут мне пациент отвечает, пришел вроде бы по одному моменту. Я говорю: «Как у вас, вообще, с глазами?», он мне: «Вижу, Вы знаете, в последнее время не очень». Когда сходит к офтальмологу, там все и возрастные изменения. Это лечится. Лечится примерно так же, но нужна терапия от окулиста.

К. Чинёнова:

Незабытый нами уважаемый хирург А.В.Вишневский говорил о неких связях еще в XIX-XX веке. Расскажите нам, напомните поподробнее, что был за поиск его? Действительно, связь Вы говорили мочевого пузыря.

Е. Греков: 

Да, было, было. Но это не тот Вишневский. Это был у нас главный детский уролог Е.Л.Вишневский. Как раз-таки, клиника Вишневского. Сейчас его сын заведует этой клиникой. Он говорил о том, что повреждения мочевого пузыря содружественные, так же параллельно идут и в глазном дне. Не нужно делать цистоскопию, чтобы посмотреть на сосудистый рисунок мочевого пузыря, атрофические явления, можно посмотреть на дно глаза.

В. Куренков:

На сосудистый рисунок глаза.

Е. Греков: 

Там все то же самое.

В. Куренков:

Будем отправлять на смежные консультации.

К. Чинёнова:

Дело осталось за малым: объяснить пациентам.

Е. Греков: 

Нужно измерить просто половую функцию. Дело в том, что мы теперь работаем, к сожалению, по такому стандарту узкого специалиста. У нас линии, или мостика между специальностями нет. Сейчас же в научную моду вошли врачи, которые меж специальностей идут, ищут правильные связи. Метаболический синдром, вроде бы, да? Это же как раз патология между специальностями. Эректильная дисфункция, ожирение, сахарный диабет, дислипидемия, здесь же нефрологи откуда-то со своей гиперурикемией включаются – это все называется повреждение суставов, это все называется метаболический синдром. С него, в принципе, эра врачей и началась, которые начинают разбираться, не лечить ни в коем случае, а задумываться, где еще содружественные повреждения идут? Это правильный подход к пациенту в XXI веке. Потому что пациенты, которые ходят к кардиологу по поводу сердечно-сосудистой патологии, к сожалению, забывают про половую жизнь, потому что блокаторы и препараты, которые снижают давление, влияют на выделение пролактина, пролактин снижает выделение тестостерона – и до свидания. С другой стороны, если за семь лет до инфаркта не только ходить к урологу по поводу эректильной дисфункции, а еще зайти и к кардиологу, то можно предупредить инфаркт, потому что эректильная дисфункция возникает за семь лет до развития инфаркта миокарда. Потому что повреждается эндотелий. Все то же самое.

Эректильная дисфункция возникает за семь лет до развития инфаркта миокарда.

В. Куренков:

Надо посмотреть картину глазного дна при эректильной дисфункции.

Е. Греков: 

Конечно! Я Вам могу дать таких пациентов, и Вы посмотрите и все будет то же самое. Не может не быть.  У нас работает офтальмолог, и я всегда отсылаю, говорю: «Посмотри». Она говорит: «Слушай, там уже идут изменения в хрусталике». Конечно, потому что питание плохое, оксидативный стресс и все такое.

К. Чинёнова:

Вы хотите сказать, по поводу узкой специализации, вопрос семейного доктора. Теоретически, он уже внедряется у нас в стране. Как Вы к этому относитесь?

Е. Греков: 

Такой момент. Знаете, в 23 года после института все освоить очень сложно. На широкую специализацию можно идти через расширение знаний, можно идти через 10 лет после окончания института, но при этом активно работал в своей профессии и готов уже пойти чуть-чуть дальше, заглянуть, приоткрыть вот занавес: а что же творится в других? Уже делать какие-то, как синтез и анализ, как говорил Павлов. Синтез и анализ. Высшая нервная деятельность. Постоянно собираешь данные, анализируешь и синтезируешь. Здесь уже можно об этом говорить, но только через 10 лет. Я до этого в 23 года никогда бы даже не додумался.

К. Чинёнова:

На самом деле, Вячеслав Владимирович, говорят: правильно собранный анамнез – это половина диагноза. Покопать, поизучать, что пациента беспокоит. Раскройте его скрытые данные, которые его беспокоят. Я же о вопросе с эректильной дисфункцией – ведь, вряд ли пациент, к офтальмологу придя, скажет, что его это беспокоит.

В. Куренков:

Это вопрос нашей анкеты.

Е. Греков: 

У нас всё то же самое.

К. Чинёнова:

Это так. Вы говорили о том, что не нужна цистоскопия. 

Е. Греков: 

Нет, она нужна. Она очень нужна, но только не по всякому поводу, когда хочется заглянуть. Меня сейчас часть урологов возненавидит, другая часть из-за того, что я с Ромих Викторией Валерьевной очень хорошо общаюсь. Это наш эксперт, уродинамист, нейроуролог, которая занимается гиперактивными мочевыми пузырями у женщин. Часть заклюет, а другая часть скажет: «Наверное, что-то новенькое, как всегда, Греков узнал». О том, что говорил Е.Л.Вишневский буквально 20 лет назад, оказалось, что это все правда. Женщины и мужчины, которые наблюдаются по поводу гиперактивного мочевого пузыря, не могут по определению из-за того, что у них сама работа нервной системы симпатическая и парасимпатическая, она расшатана, в дисбалансе.  Здесь модуляторами нервной системы, вегетатскими модуляторами выступают половые гормоны. Естественно, если вегетатика расшатана, как человек может смотреть, видеть? Плохо. Все то же самое. Там есть проблемы.

К. Чинёнова:

Дисбаланс симпатики, парасимпатики – это наши любимые пациенты. Особенно, молодые.

Е. Греков: 

Пациенты с гиперактивным мочевым пузырем – это тоже Ваши клиенты, просто им не до того. Они даже выехать никуда не могут. Если неэффективны препараты, М-холинолитики, то они, естественно, не доедут до врача. Запах мочи, извините, неприятный, естественно, они его стесняются. Это самые неблагополучные пациенты по качеству жизни, к сожалению, там уже не до глаз. Хотя мы знаем, что глаза – это очень дорого. Я занимаюсь анти-эйджем – продлением жизни, я знаю – да, антиоксиданты, да, половые гормоны. Но что делать с глазами? Это орган, который стареет быстрее всего, раньше всего. Все хотят видеть, все хотят своих мужей, детей, внуков, правнуков, если живешь долго. Но зачем жить, если ты не можешь видеть окружающий мир? Вся красивая, вся мышечная, накачанная или накачанный, но ничего не видишь.

Глаза – это орган, который стареет быстрее всего.

В. Куренков:

Да, это плохо. Это, к сожалению, мешает потом жизни, потому что совершенно нет социальной адаптации. Ограничивается круг и, естественно, все другие достижения сводятся к минимуму, точнее, к нулю. Поэтому, я думаю, чаще надо специалистам общаться друг с другом, посредством обмена пациентов. Тогда и зрение, и другие функции у человека будут в порядке.

Е. Греков: 

У нас, понимаете, в чем вся проблема, вообще, в России? Каждый доктор боится отправить пациента. Он потеряет его. Об этом надо говорить, об этом не надо молчать. XXI век. Мы долго молчали. Мы при Союзе молчали, мы во время перестройки молчали. Теперь надо говорить о том, что, если ты хороший доктор, если твой пациент тебе доверяет, не надо бояться отдать своего пациента другому специалисту. Почему? Потому что в смежной специальности, либо в другой специальности пускай им займутся. Зачем мне пациент, которому я восстановил тонус мышц по anti-age программе, зачем мне спортсмен, которого я сделал в чем-то чемпионом, и я занимаюсь такими спортсменами. А дальше у него потеряны глаза, только потому, что я побоялся его отправить к окулисту вовремя. Это тонкие грани, которые не надо бояться переступать. Наступает момент, когда «я знаю все» – нет такого, «я знаю все». Не могу я лечить глаза, половой член, мышцы и все кости.

К. Чинёнова:

Не «я знаю все», «я ищу все» – это совершенно другая тема.

Е. Греков: 

Да, я должен слышать обо всем и знать, куда правильно отправить, где пациенту будут рады.

К. Чинёнова:

Я уже рассказывала про пациента Вячеславу Владимировичу. Молодой парень 23 лет, пришел ко мне с состоянием правостороннего состояния после тромбоза вены сетчатки. У него абсолютно все восстановилось, но глаз выглядит совершенно отвратительно. Все вены кровенаполнены, полный стаз вен. Покопавшись, как говорится, на своих полочках знаний, я, все-таки, отправила его на подробную коагулограмму, на все данные, и выяснила, что у пациента эритремия, катастрофический диагноз. Более того, он еще сопровожден определенным генетическим кодом, который наследуется у всех в их роду. Женщины являются носителями, а мужчины все болеют. Приходила мама в нашу клинику и рыдала: «Спасибо! Вы спасли моего сына!» А мальчик жаловался на то, что у него немеют конечности, что ему то душно, то другие странные жалобы. При том совершенно крепкий, занимается спортом, абсолютно здоровый парень, а тромбоцитов в четыре раза больше, чем норма. Кровь, как кисель. Сейчас на фоне лечения он отлично себя чувствует, поехал в другую страну на диагностику. При всем уважении к Российской Федерации не все, к сожалению, у нас есть. Тем не менее, казалось бы, с офтальмолога начался поиск к выздоровлению молодого парня.

 Е. Греков: 

Надо всегда стараться заглянуть за занавес и не оставаться в своей профессии. Мне в свое время заведующий кафедрой, профессор Александр Павлович Иванов, еще когда я учился в Ярославле, мне сказал: «Как только тебе будет казаться, что ты все знаешь, открывай книжку смежных специальностей». Я спрашиваю: «Как?» Он говорит: «Подожди, придет тот момент». Он пришел. Я его вспоминаю сейчас. Они меня тогда учили меня с Копалевым Михаилом Александровичем, говорили: «Как только будешь чувствовать себя хорошо - готовься». То есть, надо открывать занавес.

Надо всегда стараться заглянуть за занавес и не оставаться только в своей профессии.

В. Куренков:

Наши пациенты всегда жалуются, заполняя анкету о своем здоровье. Мы хоть и офтальмологи, но у нас прием начинается с заполнения анкет о состоянии собственного здоровья, где есть вопросы, совершенно не относящиеся к зрению. Они говорят: «Но мы же пришли к офтальмологу». Мы им говорим, что, во-первых, на глазах отражается масса заболеваний, во-вторых, некоторые заболевания идут вперед, потом присоединяются другие проявления. Поэтому нам нужно знать все о вашем организме, о вашем здоровье, как вы его оцениваете. Но, все равно, претензии продолжаются. Но мы не отойдем от этого, а еще добавим эректильную дисфункцию.

Е. Греков: 

АМС – самая простая анкета. Чтобы узнать о том, как вообще протекает качество жизни у мужчины, есть анкета АМС. Это анкета оценки возрастных симптомов у мужчин. Вот и все. Там больше 27 баллов. Она математическая, просто складываются баллы. Больше 27 баллов – ищите эндотелиальную дисфункцию. Эректильная дисфункция, эндотелиальная дисфункция, инсулинорезистентность – это все обратные стороны одних и тех же медалей.

К. Чинёнова:

Это стандарт для вашего приема?

Е. Греков: 

Да. Чтобы не задавать 150-200 вопросов, а там их 40 почти, около 40. У нас три анкеты. Еще IPSS, АМС, еще качество жизни, QOL. Он сидит, ждет приема. Я, по крайней мере, не задам эти вопросы. Тут просто математически посчитал все. XXI век, smart-диагностика, быстрая диагностика. Минздрав дает по 12,5 минут на пациента. Когда им заниматься? О чем вы спрашиваете? В каждой поликлинике это должно было быть вчера. Бабуля у меня ходит на разведку в поликлинику. Я активно веду блог с бабулей, она ходит на разведку. Я говорю: «Анкеты дают?», она говорит: «Нет, сидела ждала» – «Вовремя?» Она говорит: «Вовремя, все по талонам». То есть, претензий по времени нет. А что делали? А выводы? Что можно за 12 минут спросить? Она говорит: «Ну, ничего».

К. Чинёнова:

Написать карту за 12 минут.

Е. Греков: 

Да, написать карту. Это наша проблема. Мы стремимся к качеству, но сами при этом ничего не делаем. Не мы лично, врачи, а наше руководство. Поэтому, пациент не должен сидеть бесхозно в коридоре, он должен заполнять анкету о своем здоровье. Тогда будет толк. Не надо будет ему задавать 50 лишних вопросов.

К. Чинёнова:

Опять же, смущать вопросами про эрекцию. Категорически будут смущать. Если офтальмолог будет задавать такие вопросы, он вообще не поймет, зачем я пошел, что тут от меня хотят.

Е. Греков: 

Да. «Качество сексуальной жизни» – пускай отвечает! Считаются баллы и все, и нет проблем. Мы ни моральных норм, никаких социальных не нарушим.

В. Куренков:

Мы нигде это не используем. Мы просто обрабатываем информацию о пациенте, смотрим функционирование его организма, всех органов.

Е. Греков: 

Всё уже давно придумано. Мы живем в мире, где уже все готово. Мы пользуемся знаниями, которые были записаны в книгах, талмудах еще 2000 лет назад. Просто бери и используй. Как у меня шеф говорит, «Деньги под ногами, бери и зарабатывай» в том числе. Думать, думать, думать, думать. Читать, читать, читать. Самое главное, у нас, к сожалению, в Советском Союзе многие порядочные лучшие были либо выгнаны, либо расстреляны, либо посажены. Так получалось, да, к сожалению. На их место были поставлены те, кто говорили, что из ржи можно вырастить пшеницу. Помним этого академика, не будем повторять, что он был без образования. Поэтому, пока у нас такая ситуация: не специалисты, не эксперты дают свои заключения и экспертные мнения в массы.  Естественно, может быть, будут аплодировать, но интеллектуальный уровень самого населения будет оставаться не на лучшем уровне, к сожалению.

Мы – молодое движение, наша задача сейчас, на данный момент, мы готовы меняться, готовы менять свою страну в новое русло, к лучшим временам. Мы должны задавать красивую научную моду и поднимать уровень. Благодаря Медиаметриксу получается, что люди смотрят. Не все, не миллионы, пускай тысячи, но они смотрят и повышают свой уровень. Я всегда делаю программу для коллег, для не коллег и пациентов, которые могут и хотят меняться в лучшую сторону. Это замечательно – повышать свой уровень. И вы тоже.

В. Куренков:

Наша жизнь – это и есть здоровье, в принципе. Не важно, что мы делаем: работаем докторами или в магазине, или изобретаем компьютеры. Все равно здоровье – это прежде всего. О здоровье должен каждый заботиться и знать чем больше – тем лучше. Он сможет и предупредить, и вовремя обратиться, и сохранить свое здоровье, увидеть внуков, правнуков и еще, может, кого-нибудь.

Е. Греков: 

Вы понимаете, лучшими не рождаются – лучшими становятся. Учителями, в том числе, становятся после того, как были учениками. У меня есть свои учителя, про них не надо забывать.

К. Чинёнова:

У всех. Это правильно. Учителей надо уважать, конечно. Мы поговорим, наверное, сейчас о более житейских проблемах.

Есть такая проблема как хламидиоз в урологии, наиактуальнейшая, и нельзя не сказать о том, что в офтальмологии он не менее актуальный. Конечно, история заболевания глазного хламидиоза заходит за тысячелетие. Евгений, напомните вообще, что такое хламидиоз? Что за бактерия, она не совсем бактерия. Напомните, что это и как она передается? Как она до глаза доходит?

 Е. Греков: 

Все болезни от нервов, только венерические от удовольствия, начнем с этого. Это венерическая инфекция, которая передается половым путем. Многие мужчины, которые подхватывают хламидиоз, уж будем так огульно говорить – подцепил хламидиоз. Это не насморк. В бассейне его тоже не подцепишь, влажным чужим полотенцем не натрешь, это не герпес. Это заболевание — это облигатный внутриклеточный паразит, который живет внутри клетки, пользуется всеми ресурсами клетки, но при этом еще, как вирус, вырывается потом на волю из клетки, убивая клетку. Смежный паразит, который вырывается из клетки уже готовой микрочастицей микроорганизма, окружает себя клеточной стенкой хозяина и при этом в торпидном состоянии может проживать несколько десятилетий в организме человека, не вызывая яркой уретральной симптоматики, как гонорея. Поэтому, очень часто может повреждать суставы, не только уретру, суставы, но еще при занесении.

В. Куренков:

В нашем случае есть гонорейный конъюнктивит. Самый страшный конъюнктивит, который встречается.

Е. Греков: 

Я никогда не видел гонорейный, но я видел хламидийный.

К. Чинёнова:

Хламидийный конъюнктивит – это да, но есть такое заболевание как трахома. Я немного сейчас в историю углублюсь, расскажу. Несмотря на то, что такая простейшая бактерия, она выжила, спустя тысячелетия. Ее описывали еще очень-очень древние врачи. Буквально, два слова зачитаю про трахому, про глазные проявления.

«Она относится к числу наиболее древних заболеваний человека. Ее описание можно найти в древнеегипетских папирусах, это XV век до нашей эры. Эта болезнь была известна и жителям Китая, Греции, Рима. В частности, установлено, что трахомой страдали такие известные личности, как Цицерон, Гораций и Плиний младший. Само же название болезни, обозначающее «неровный, шероховатый», то есть описание, перевод, ввел в практику сицилийский врач. Его имя Питданиус Идеаскариус, это 60-е годы до нашей эры. В Европу трахома была занесена с Ближнего Востока сначала крестоносцами, затем войсками Наполеона в 1798 году под названием Египетская восточная военная зернистая офтальмия.

О социальной значимости трахомы свидетельствуют следующие цифры. В развивающихся странах мира этим заболеванием даже сейчас поражено около 500 миллионов человек, 9 миллионов из них уже полностью ослепли. Еще большее их число частично потеряло зрение, по данным Юрия Федоровича Майчука (известнейший наш отечественный офтальмолог, который сделал большой вклад в лечение трахомы в Африке, когда он в 1970-80-е годы ездил по направлению ВОЗ с лечением слепоты, борясь со слепотой). На территории бывшего СССР трахома как массовое заболевание была ликвидирована в 1969 году. Это событие было зафиксировано приказам Минздрава СССР.

Большой вклад по борьбе с трахомой в СССР внесли такие академики, как Авербах М.И., Филатов В.П., Чековский – известные офтальмологи. Их заслуга состоит в организации передвижных трахоматозных экспедиций, отрядов, личное участие в них. В трудах этих ученых описываются методы лечения трахомы, борьба с ней. Большое внимание борьбе с трахомой было уделено в постановлении Совета министров в 1960-е годы «О мерах по дальнейшему улучшению медицинского обслуживания и охраны здоровья населения СССР»».

В настоящее время, конечно, свежие случаи трахомы встречаются достаточно редко, более часто в офтальмологии – это сейчас паратрахома. Это более легкий вариант хламидийного конъюнктивита. Конечно, занесение их именно в глаз – это контактно-бытовой путь. Именно занесение из уретры из-за неправильной гигиены. Но, я вам скажу, когда в свое время я работала в стационаре инфекционных заболеваний глаз, попадались и случаи детей с хламидийными конъюнктивитами. Вы говорите, что это половой путь, все-таки. Как? Почему дети?

Е. Греков: 

Прохождение через половые пути матери, скорее всего. Я разговаривал в свое время с Михаилом Александровичем Гомбергом, он венеролог, профессор кафедры дерматовенерологии. У меня было два эфира с его учениками, и они говорят о том, что, ведь, хламидиоз может сам проходить у человека. В некоторых случаях даже без лечения.  Иммунитет иногда дает отпор, но не у всех. Вы говорите о том, что 500 миллионов людей инфицированы хламидийной инфекцией, именно хламидия трахоматис. Есть еще пневмония – это тоже страшное заболевание, более агрессивное даже, чем хламидия трахоматис. Но от хламидии трахоматис никто не умирает, по большей части, она инфицирует определенные органы и ткани. Можем сейчас перечислить, какие: печень, селезенку. Два-три месяца она находится в уретре, в моче-уринарном тракте, потом она уходит в эндотелий под слизистую, по эндотелию она перебирается уже в сосудистое русло и может колонизировать любую ткань, где ей понравится – печеночную, селезеночную, суставы, либо будет занесена известным путем. Там зазудело, там почесалось, и как раз будет в глаз занесено.

Хламидия трахоматис инфицирует любые органы и ткани, проходя через слизистую оболочку в сосудистое русло.

К. Чинёнова:

Но, ведь есть случаи хламидийных увеитов, да Вячеслав Владимирович? Увеит – это заболевание сосудистой оболочки глаза. Здесь, конечно, занести контактным путем невозможно. Здесь, действительно, идет гематогенное занесение, по кровеносным сосудам. Поймать и выявить порой причины увеита категорически сложно. Бактерия-путешественница абсолютная. Лечишь от увеита стандартными определенными схемами, совершенно порой не понимая, что это может быть и хламидийный. Конечно, это редкий процент, в редких случаях. Чаще, все-таки – это герпетическая проблема, если мы говорим об увеитах, о глазных патологиях. Тем не менее, бывают и хламидийные увеиты. Но разговор о том, что мы не можем обойтись здесь без урологов.

В. Куренков:

Вообще – и без анализов, и без всего. Поэтому возвращение к диспансеризации, сдаче анализов – это путь к здоровью нашего населения, в том числе и здоровью глаз.

К. Чинёнова:

Да, мы можем взять. Мы берем мазки посева, мы берем ПЦР, мы берем все то, что можем взять со слизистой оболочки, все то, что делают урологи, серология.

Е. Греков: 

Серология здесь, серология и антитела. Но тут нужно ведь всё взвешивать. Не всегда приходится лечить анализы, мы не лечим антитела. Я не лечу анализы. Мне нужна клиника обязательно, клиническая картина, база анализов, плюс дополнительные методы исследования. Вот тогда – да. Тогда можно выставить диагноз. А так, на глазок – «ну, тут повышены антитела». Антитела могут быть повышены после встречи человека с хламидийной инфекцией. Бывает такое, молодость, что уж там говорить. В Америке, вообще, 70% населения, молодежи, носители этой инфекции. Не будем скрывать, оральный половой акт тоже является методом передачи этого возбудителя венерического заболевания, хламидиоза. Про Америку я готов говорить так, как оно есть, потому что они сами отмечают завал хламидиоза и генитального герпеса.

Как они его переносят? Естественно, не видишь, куда человек половые органы окунает. Я уролог, мне сложно говорить более-менее социальным языком. Но, дело в том, что надо смотреть и выбирать полового партнера, чтобы не подцепить хламидийную и герпетическую инфекцию. Это страшно. Почему? Потому что, в отличие от герпеса, хламидийная инфекция не болит, как гонорея, она не жжет, не режет и очень часто проходит бессимптомно. Попадая в кровеносное русло через два – три месяца, она, естественно, начинает гулять, вплоть до головного мозга, по всем органам и тканям, и лечить ее становится еще сложнее. Наши стандарты лечения, я по Молочкову лечу, не одним граммом известного шестнадцатичленного циклического антибиотика (естественно, я не называю препарат), а 21 день при подозрении на хронический хламидиоз.

У нас есть такое заболевание, как простатит. Иногда бывает, но очень редко. Хламидия в простате не выживает, потому что конъюгат дигидротестерона и цинка – это самый мощный антибиотик в организме человека. Не выживает она там. Нам надо уже такие штамповать антибиотики. Не из плесени получать антибиотики, а вот делать такие конъюгаты из простаты. Ведь, прижились препараты для лечения хронических простатитов из простаты крупного рогатого скота. Это биопрепараты, биоидентичные препараты.

К. Чинёнова:

Мы же лечим биорегуляторами, огромное количество в офтальмологии. Мы их очень уважаем, обожаем и ценим.

Е. Греков: 

Что-то нужно менять, медицине надо перестать давать грибкам зеленый свет везде, потому что с грибками все не просто.

К. Чинёнова:

Потому что потом лечишь кандидоз. В офтальмологии то же самое. Порой, приходит пациент с непонятным конъюнктивитом, который прокапал уже все возможные антибиотики, которые продаются. Вся стеночка капель, которые есть в аптеке, все закапано им. «Полечите меня». Естественно, мазки посева стерильные, кровь, порой, ничего не показывает. Это все сплошная иммунизация и антитела. От чего лечить? Отменяешь всё, восстанавливаешь. Постоянно приходится искать пути других смешанных процессов.

Е. Греков: 

Да, поэтому, здесь, если подходить к этой инфекции, конечно, самая главная защита – это барьерная. Барьерные методы защиты, плюс, местная антисептическая стандартная профилактика. И даже после барьерных. Потому что у нас считают, что оральный половой акт можно и без барьерных методов – без презерватива, а дальше уже пошел, когда естественный половой акт, надо надевать, да? Как раз на этапе, когда происходит оральный половой акт – естественно, все там и происходит, уже достаточно, контаминация произошла.  Она очень замечательно антисептиками проталкивается. На некоторых антисептиках, я не буду говорить, какие производители это пишут: обязательно залить в уретру антисептик. Нельзя это делать, не надо заливать, потому что, если заливать, то не меньше двух литров.

К. Чинёнова:

И кто этим будет заниматься?

Е. Греков: 

Занимаются все. Вот откуда идет контаминация. Она очень живучая. Она находится в биологической пленке из клетки тела хозяина. Чтобы известный антисептик хлоргексидин ее убил, нужно два литра, как при сифилисе промывать половые органы после незащищенного полового акта. Лучше, дешевле и правильнее не доводить до ожога уретры, потому что все антисептики агрессивны. Они вызывают оксидативный стресс. Они, даже если астматические, как известный другой посткоитальный антисептик самый распространенный, который после секса используется, он вызывает ожог уретры. Прям лохмотьями уретра выходит при первом, втором, третьем мочеиспускании. То есть жжет, как при гонорее, все то же самое. Не надо заливать ничего в уретру. Руки прочь от уретры! Это говорит сейчас наш главный уролог, для меня вообще учитель, академик О.Б.Лоран: «Не надо туда ничего лить. Никаких промываний, инстилляций и всего остального, даже после полового акта. Предохраняйтесь!»

К. Чинёнова:

К глазам это не относится. Глаза надо промывать, не дай бог, что-то попало.

Е. Греков: 

У нас стриктуры. После одного акта промывания слизистая оголяется, обгорает, она испаивается. Это входные ворота для более серьезных инфекций. Хламидиоз никогда не ходит один. Рядом всегда ВИЧ, рядом всегда герпесы. Резко снижается местный иммунитет. Поэтому, лучше уж, чем профилактика, мылом хозяйственным щелочным помыть. С хламидиозом оно не дружит. Смыть, хорошо промыть и ждать десять дней. Если уж без презерватива произошел секс, то ждать инкубационный период, либо у нас есть посткоитальная профилактика антибиотиками. Но это в экстренных случаях. Когда она применяется? Когда изнасилование произошло. Бывает такое, это уже юридические моменты. Нужно обязательно посткоитальную профилактику антибиотиками. Если половой партнер вообще был неизвестен, и за ближайшие пять минут он стал годным для полового акта, такое бывает тоже. Ну, что делать? Мы люди. Мы такие же животные, как и собачки, кошечки. Бывает так.

Чтобы спонтанный половой акт не стал финальным перед походом к кожвенерологу либо к урологу, лучше проводить посткоитальную антибактериальную профилактику. Естественно, не всегда она выеденного яйца стоит. Почему? Потому что бывает, что и половой партнер-то оказался чистенький, а кандидозные осложнения после этой антибиотикопрофилактики будут гораздо страшнее. Но, лучше всегда перебдеть в этом случае.

К. Чинёнова:

Коль мы говорим, все-таки, об офтальмологии, профилактика одна – не лезьте руками в глаза. Если у вас контактные линзы –ни до, ни после, ни во время полового акта. Не трогайте глаза вообще, кроме как утром умываться водой из-под крана, особенно, если вы носите контактные линзы. Это категорически опасно. Занесение под линзу любой инфекции, которая у нас на руках просто прыгает с одного пальца на второй – это теплое приятное место, чтобы размножиться и дать кучу осложнений.

В. Куренков:

Да, и поэтому, когда вы прочищаете туалетные комнаты или трогаете ручки, краны…

К. Чинёнова:

Не надо потом снимать линзы, пожалуйста. Или поставить их неожиданно надо.

В. Куренков:

Линзы снимают. Естественно все это ужасно. Надо иметь специальные салфетки или жидкость, когда вы посещаете общественный туалет, потому что там инфекции очень много, урогенитальная в основном. Поэтому, будьте осторожны, не пользуйтесь ручками. Держите при себе антисептическое средство, которое можно носить с собой в сумке, в кармане и так далее. Обрабатывайте и не лезьте в глаза.

К. Чинёнова:

Поэтому, когда происходят воспаления неясного генеза у нашего офтальмологического пациента, мы не просто так отправляем на весь спектр серологических реакций. Порой, пациент спрашивает: «Зачем мне так много? Мне не надо так много, у меня здесь все хорошо». И выясняется: тут перенес, тут какой-то процент. Приходят с депрессивным синдромом и показывают: «За что? И что вызвало мой кератит?» На самом деле, для нас это большие ответы.

Е. Греков: 

Серология и ПЦР. Серология из крови, а ПЦР из причинного места либо со слизистой. По-другому никак. Мы живем в таком мире. Планета Земля не такая благоприятная для человека, потому что, помимо человека, здесь живут много хищных всяких микробиков, всяких не только животных, тигров, но еще и тех, которые не прочь размножиться в нашем организме, причем, за счет хозяина. Пожить и пойти к другому, при этом оставить такие следы «хорошие», что мало не покажется.

Чем опасен хламидиоз? Это мужское и женское бесплодие. Он вызывает обструкцию семявыносящих протоков, он вызывает, к сожалению, еще и воспаление придатков яичек, доводя до хирургической ургентной ситуации эту всю сцену. Иногда приходится удалять яички, потому что они, по большому счету, сгнили из-за хламидиоза. Это ответная реакция организма на присутствие хламидийной инфекции. Вообще, сама хламидия тропна – к эпителию у Вас в глазах, в офтальмологии, призматической эпителий, она там и живет, и в уретре, и в семявыводящей протоке. В предстательной железе не живет, еще раз повторюсь, но редко.

К. Чинёнова:

А у женщин?

Е. Греков: 

У женщин как раз-таки призматический эпителий – это шейка матки, дальше уже она переходит на трубы фаллопиевы и вызывает все то же самое. Яичник-то она не трогает, нет, но может вызывать аднекситы. Аднекситы реактивны, они могут – без разницы, что гонорея здесь уже, что хламидия – вызвать обструктивные повреждения проходимости труб, и потом уже только ЭКО. Вспомогательные репродуктивные методы, которые, по большому счету, никогда не нужны были, если бы не элементарная, извините, трехкопеечная хламидийная инфекция. Пролечить хламидию стоит по стандартам – не стандартам, около 2000 рублей. ЭКО стоит около 500 000 рублей. Вы взвешиваете, да? И думаете: предохраняетесь или нет. Это все на весах. Либо вы за гигиену, и у вас встреча с хламидией будет ничего не стоить, ноль рублей. Либо вы против гигиены, против своей защиты, и вы, пожалуйста, оплачивайте потом всем, но не надо потом ругаться на врачей.

В. Куренков:

Вернемся к глазам, к профилактике. Профилактика зрительных функций, профилактика зрения, посещение смежных специалистов, диспансеризация, собственная гигиена и воспитание детей с гигиеническими особенностями, которые будут знать все, сохранит не только ваше зрение, но и здоровье в целом. Не стесняйтесь обращаться к врачу при появлении некоторых симптомов. Это тоже облегчит вам жизнь и укоротит нам диагностику, а вам еще и лечение. Будет и гораздо приятнее и меньше по времени.

К. Чинёнова:

Спасибо большое, что пришли к нам. Всего хорошего вам.

Е. Греков: 

Спасибо.