{IF(user_region="ru/495"){ }} {IF(user_region="ru/499"){ }}


Мария Фариса Писатель 28 июня 2017г.
Брянская писательница завоевывает сердца читателей
Как довести замысел написания книги до исполнения. Обсудим все этапы создания и раскрутки эпистолярного жанра

Анна Воронина: Здравствуйте, дорогие друзья! В эфире «Медиаметрикс» и это программа «PROдвижение с Анной Ворониной». Сегодня у меня в гостях писательница Мария Фариса. Мария, привет!

Мария Фариса: Доброе утро!

Анна Воронина: Я помню, как мы с тобой познакомились 10 лет назад на тренинге по самопрезентации, по личностному росту. Нам было по 20 лет, и мы сидели, и каждый говорил, чего он хочет добиться в жизни. У большинства членов нашей группы были очень расплывчатые цели – добиться успеха, построить карьеру, завести семью. Но они в принципе не могли очень чётко сформулировать, чего они хотят. А ты уже тогда очень чётко знала, чего ты хочешь, и чётко говорила о том, что хочешь написать книгу о жизни. И вот спустя 10 лет мы с тобой встречаемся, ты написала эту книгу о жизни, первая твоя книга – «Авантюрин», сейчас уже вышла вторая. И эта книга популярна, её читают с удовольствием в интернете, я читала отзывы очень приятные, читала саму книгу, насладилась твоей жизнью. Я вот, знаешь, думаю, что, наверное, у многих людей не получается достичь своих целей просто потому, что они не могут их чётко сформулировать. Вот хотела тебя спросить: ты всегда знала, что хочешь написать именно книгу и уже тогда представляла, какой она будет? И как нужно прийти к этому?

Мария Фариса: Спасибо за вопрос, очень интересный. Я всегда знала, что хочу написать книгу. Это, наверное, было лет в 6, когда я влюбилась в книги и просто их не выпускала из рук. Но я, как, наверное, все начинающие писатели, думала, что я хочу дебютировать с романом. Я начала писать огромный, длинный роман и несколько лет мучилась над ним, пока не поняла, что, когда ты над чем-то мучаешься, это не путь добиться цели, и нужно делать то, что действительно приносит удовольствие. А, так как на тот момент я была автором статей для известных российских изданий, и не только российских, зарубежных тоже, даже американских и латиноамериканских, я была мастером короткого жанра. Статьи, которые я писала, они были очень короткие, ёмкие, ни одного лишнего слова. У меня был такой хемингуэевский путь. И я решила, почему бы не заняться коротким жанром, в конце концов? И как раз на тот момент так совпало, что журнал «Афиша-Мир» заказал мне интервью одного мексиканского писателя, и он произнёс такую фразу: «Если у тебя получится написать короткий рассказ, очень хороший короткий рассказ, то ты сможешь написать абсолютно всё, что угодно». И я подумала: хорошо, если у меня короткого рассказа не получится, то я оставлю эту затею и, наверное, это была не моя цель. И я написала несколько коротких рассказов, я их держала в столе, я их никому не показывала. И я отправила на литературный конкурс один из них и сразу заняла первое место. Наверное, это называют «удача новичка», но вот с того момента у меня появились крылья, и я решила продолжать писать короткие истории. И в течение четырёх с половиной лет у меня их накопилось более двухсот. Я решила отобрать 50 лучших и объединить их в одну книгу очень коротких историй, и вот так получился мой «Авантюрин». 

Анна Воронина: Знаешь, многие мои знакомые, в основном это пиарщики, маркетологи, люди, которые связаны с журналистикой, и журналистов много друзей, наверное, большинство из них мечтают написать книгу. Это история про то, что хочется что-то сказать, как-то обобщить свой жизненный опыт, профессиональный опыт. А тебе это удалось. Я же понимаю, что это путь. Ты сама говоришь – начала писать роман, шёл тяжело, дальше вот такая случайная фраза, брошенная, в тебе проросла вот в эту идею сделать «Авантюрин» из нескольких вот таких коротких историй. На этом пути от идеи и от мечты написать книгу до её реализации, по сути, условно 10 лет. Внутри тебя как это проходило и развивалось? Как поддерживать вот эту мотивацию, вот это желание? Потому что очень часто человек, когда чего-то хочет и, например, это не получается, он начинает менять цель – ладно, не книгу, а теперь музыкой попробую заняться или буду писать картины. Как у тебя это внутри развивалось, вот эта цель, и как ты поддерживала внутреннюю мотивацию?

Мария Фариса: Всегда было ощущение, что я могу сделать что-то большее, что-то лучшее. Многие сравнивают писательство с игрой в гольф – невозможно добиться совершенства. В работе журналиста, который пишет статьи, автора статей, можно почувствовать потолок. В какой-то момент ты понимаешь, что ты уже мастер, ты пишешь на чистовик сразу, ты пишешь легко, быстро, моментально видишь структуру, и в какой-то момент это перестаёт быть интересным. Я из тех людей, которым жмёт потолок очень часто. И я решила, чтобы не останавливаться, чтобы развиваться, нужно именно пробовать что-то очень сложное. Я каждое утро заставляла себя делать что-то сложное, это знаменитое «съесть лягушку». Я каждое утро делала себе новую цель, ставила себе новое задание – освоить, допустим, новое начало статьи либо рассказа, новое развитие сюжета. И, наверное, это и было моей мотивацией. Я хотела стать мастером в другом деле, очень сложном деле – в писательском мастерстве. Это то, что меня двигало вперёд и позволило накопить контент для того, чтобы потом собрать его в книгу.

Анна Воронина: Был ли какой-то человек, не знаю, из семьи, из твоего окружения, который всё это время условно верил в тебя и говорил: «Маша, ты сможешь, ты сможешь! Вот все хотят, а ты сможешь!»?

Мария Фариса: Аня, я никому не говорила, что я пишу книгу. Если ты просматривала мои социальные сети, то я была партизаном, я молчала. Я публиковала ссылки на свои статьи, я публиковала ссылки на свои экспедиции, на свои путешествия. Единственная, наверное, такая вылазка – это была победа в первом литературном конкурсе, потом была победа во втором литературном конкурсе, организованном «Российской газетой» и порталом «Год литературы РФ». И через месяц я сказала, что я опубликовала книгу. Никто из моих близких, никто из моих друзей не знал, что я занимаюсь этим.

Анна Воронина: А не хотелось вот этой поддержки, вот именно, чтобы они знали, чтобы они поддерживали тебя? Потому что я понимаю, что всё равно это достаточно сложно именно эмоционально, когда ты идёшь как бы ещё не зная, куда придёшь.

Мария Фариса: Наверное, я боялась. Я боялась показать кому-то свои наброски, свои черновики, рассказать, чем я занимаюсь. Я боялась того, что мне скажут: «Да ерунда, этим не заработаешь, даже не трать на это время!», либо раскритикуют то, что я пишу, либо скажут: «Нет, это не твоё!» Как Гумилёв сказал Ахматовой: «Лучше бы ты танцами занималась!» Да, я, наверное, боялась вот такой жёсткой критики, потому что я ещё не была уверена в своих навыках, и очень тонкие, робкие крылья просто сломать. Я ждала, пока они окрепнут, и только тогда показала это.

Анна Воронина: После того, как эти рассказы были написаны, отобраны, вот по механике расскажи, как это было? Ты отправила их, например, в издательство или ты решила сделать сайт? Расскажи, как было.

Мария Фариса: Я решила не отправлять в издательство, потому что я очень много интервьюировала писателей, и я поняла, что я не хочу такой судьбы для своей книги. Я интервьюировала одного писателя, который написал о чернокожих людях, но на обложке были белые. Это один из ляпов, которые допускали издательства. И я решила, что я хочу от начала до конца сама заниматься своей книжкой. Я решила оставить права у себя и опубликовать её через одну из издательских платформ для самостоятельных авторов. Я прекрасно понимала, что контент должен быть очень качественным, настолько качественным, чтобы не было даже доли сомнения в том, что я хочу его продвигать, в том, что он достоин того, чтобы я вкладывала силы в его продвижение. И я четыре с половиной года шлифовала книгу, не упускала из неё ни строчки, пока она не получилась по-настоящему хорошей. Я сама занималась редактированием, корректорской правкой, сама искала дизайнера, сама заказывала логотип, обложку, сама придумывала идеи для обложки. Я всем этим занималась сама для того, чтобы быть хозяином в своём доме, то есть иметь полные права на мою книгу и продвигать её так, как я считаю нужным, и передавать права тому, кому я хочу их передать. Поэтому я самостоятельный автор, я публикуюсь самостоятельно, и я самостоятельно распространяю свою книгу.

Анна Воронина: Я смотрю опять же на опыт моих друзей, знакомых, которые тоже издали книги и пользовались услугами издательств, пытались пробраться как можно больше в крупные издания, потому что у них есть очень большие ресурсы по продвижению книг. Это ты попадаешь как в конвейер условно, если издательство тебя берёт, то тебе сразу предоставляют возможность продавать книгу на таких крупных сайтах, как «Озон», там ещё ряд сайтов.

Мария Фариса: Да, моя книга там продаётся, но я сама её там продаю.

Анна Воронина: Для книжек сдают сразу полки в крупных книжных магазинах. Вот ты сейчас, оглядываясь на уже пройденный путь, не жалеешь, что не обратилась в крупное издательство, а стала продвигать сама?

Мария Фариса: Абсолютно. Это тонкость авторского договора, когда автор подписывает договор с издательством, он передаёт ему исключительные права на книгу и в этом смысле теряет власть над ней и тем самым упускает множество возможностей. Допустим, не так давно ко мне обратилось аж два режиссёра, один – театра, другой – короткометражных фильмов, и попросили о праве экранизировать или поставить на сцене мои произведения. Если бы ими владело издательство, то, я думаю, что было бы гораздо больше сложностей с передачей прав и принятием решений по поводу экранизаций.

Анна Воронина: Сейчас сколько экземпляров книги продано, распространено?

Мария Фариса: Более тысячи.

Анна Воронина: Это в основном печатные версии или электронные?

Мария Фариса: Это в основном электронные версии. Ты упомянула «Озон», мою книжку там можно купить, заказать, её можно заказать в печатном варианте через другие площадки. Но в основном я распространяю и продаю книгу в электронном варианте, в электронном виде.

Анна Воронина: Расскажи, кто вообще твои читатели? Ты с ними знакома, как-то вы общаетесь, как-то контактируете? Кто это?

Мария Фариса: Да, конечно. Мои читатели – это интеллектуалы, это ценители очень тонкой и ювелирной прозы, идеально отшлифованной. Это люди, у которых очень мало времени на чтение, но всё-таки хочется поэзии, всё-таки хочется немножко искусства добавить в каждый свой день. Но, когда свободного времени только 5 минут перед сном или 5 минут между сигналами светофора в пробке, можно открыть мой рассказ, мою книжку, загруженную на телефон, или в ридер, или в планшет, почитать один рассказ и подумать над его содержанием до конца, допустим, дороги до дома или до места назначения. Или уснуть с очень таким приятным послевкусием и с ощущением того, что ты что-то понял про себя и про свою жизнь. Не обязательно сейчас читать толстые романы, книги, чтобы получить какой-то урок, вынести что-то для себя. Достаточно найти авторов, таких, как Киплинг, Фицджеральд, Хемингуэй, которые пользуются теорией айсберга, и, скажем так, за короткий текст умудряются так насытить короткий текст смыслом, что человек, прочитав рассказ, понимает, что у него создаётся ощущение, что он прочитал огромную книгу. И мои читатели выбирают мои рассказы именно потому, что им хочется вот этого смысла, вот этого понимания. Потому что все мои рассказы – это микро-рассказы, на чтение рассказа человек не тратит более пяти минут. Они все о том, как сделать жизнь чуточку интереснее, как сделать жизнь чуть более осмысленной, чуть более яркой, наверное. И это на примере других жизней. Ведь самый ценный урок для нас – это урок, который нам не преподносят на ладони, это урок, который мы сами извлекаем. И рассказы отличаются от not fiction именно тем, что человек сам доходит вот до этого смысла, и так он становится наиболее ценным. Это люди, которые очень много читают. Мне очень часто пишут: «Это лучшее, что я прочитала за год», «Это лучшее, что я прочитала за долгое время, а читаю я много». И занятые люди, конечно, потому что рассказы рассчитаны именно на короткий промежуток для чтения.

Анна Воронина: Смотрю вот на авторов коротких рассказов, например, сейчас яркий пример – Александр Цыпкин, я не знаю, знаешь ты его или нет, следила ли за его творческим путём. Он сам из пиаровского сообщества, был очень долго пиарщиком «Мегафона» в Санкт-Петербурге и писал короткие рассказы в Фейсбук. Его короткие рассказы были очень популярными, потом он начал устраивать чтения и сделал первые книги. И уже потом вторые, его следующие книги были в соавторстве. То есть он продвигал условно вообще свои короткие рассказы с помощью социальных сетей. И вот он даже, как сам рассказывал, он тоже был у меня в эфире, что в книгу вошли только те, которые набрали больше тысячи «лайков». А ты, наоборот, стараешься, эти рассказы у тебя не опубликованы в социальных сетях, и ты вот только что говорила о том, что как раз их прятала, никому не рассказывала, то есть совершенно другая стратегия. Расскажи, почему? Это в силу характера или это какая-то осознанная история, что это должно быть, как предвкушение, открыть эту книгу на планшете, что это дизайн, что это не должен быть, как в Фейсбуке, один текст?

Мария Фариса: Подбирать содержимое книги на основании «лайков», мне кажется, это идти немного на поводу у читателей. В этом плане читатели сами создают книгу, но авторская ответственность минимальная. Потому что читатели выбрали эти рассказы, они замечательные, вот я из них сделаю книгу. Да, возможно, это стратегия, но моя стратегия предполагает большую ответственность автора. Я сама, ориентируясь на собственный вкус, выбираю рассказы, которые кажутся мне наиболее интересными, ёмкими, важными, и компоную их в книгу. Это больший риск, но мне больше нравится такой путь – предоставить читателям готовый продукт, не заставлять их выбирать самим.

Анна Воронина: Я знаю, что ты продвигаешь книгу между тем в социальных сетях, у тебя даже есть открытки с цитатами из книги. Расскажи, как строится здесь стратегия продвижения?

Мария Фариса: Ну, во-первых, я уже упоминала, контент должен быть очень качественным. Будь у вас фотокнига или текстовая книга, вы должны быть на 100 % уверены в том, что это замечательная книга настолько, чтобы, как Хемингуэй, сказать критику, который раскритиковал его «За рекой в тени деревьев», написать ему: «Я прочёл свою книгу 205 раз, и 205 раз она разбила моё чёртово сердце. Так что, если вам книга не нравится, выбросьте её и не морочьте мне голову». Автор должен уметь ответить вот таким образом про свою книгу любому человеку. Во-вторых, это сайт. Сайт у автора современного, самостоятельного должен быть обязательно. И там должна быть вся важная, необходимая информация, в том числе, как купить книгу, где её купить, из чего она состоит, возможность почитать, полистать. В-третьих, это распространение среди своих, то есть нужно искать своё племя. Я чётко понимаю, кто мои читатели, и это, допустим, не все люди, это определённая, довольно узкая категория людей, и я их ищу. Я рекламирую свою книгу в писательской среде, потому что кто самые активные читатели? Это, конечно же, писатели. И писателей, людей, которые пытаются научиться писать, их очень много, и они с яростной жадностью выискивают материалы, как написать, какие-то успешные рассказы читают. И я рассказываю о своих успехах, я публикую свои интервью, публикую свои рассказы в писательских сообществах в социальных сетях. Я обратилась к такому нестандартному методу маркетинга писателя, я связалась с лайф-стайл сайтами – сайтами, которые пишут, как правило, для женщин, которые пишут о моде, о красивых фотосессиях и т. д. И я предложила им опубликовать мои рассказы. Конечно, откликнулись не все, но самые смелые, как говорят латиняне, смелым помогает судьба, самые смелые откликнулись и опубликовали мои статьи. Даже у меня есть определённая колонка в некоторых СМИ, там регулярно, каждые две недели, публикуются мои истории и получают очень большой отклик. Таким образом, я получила аудиторию из такой нестандартной сферы, как, допустим, сайты о моде, сайты о кулинарии и т. д. Я отдаю очень много бесплатных экземпляров на рецензии, на рецензии книжным блогерам. Так как я была неизвестным автором, дебютантом, некоторые отказывались читать, ссылаясь на то, что не хватает времени. И я просила прочитать хотя бы один рассказ, так как рассказов 50 и они пятиминутные, человек соглашался прочитать один рассказ, и 99 % втягивались так, что читали всю книгу и писали отзыв на читательских сообществах, «Live Lib», и в соцсетях Инстаграм и т. д. Это дало очень хороший прирост аудитории. Как мы знаем, у нас люди очень доверяют совету знакомых, совету друзей, авторитетных блогеров, и это также сработало.

Анна Воронина: Я, знаешь, Маша, хочу просто спросить. Вот слушаю тебя и понимаю, что ты очень самоуверенный человек, потому что, знаешь, когда человек долго писал эту книгу, он так долго над ней корпел и боится. Даже почему все прибегают к этим агентам, к пиарщикам? Просто потому, что боятся сами предлагать вот этим блогерам, этим журналистам читать своё произведение. Ну вот такая авторская условно скромность. А ты вот рассказываешь о том, что «да я вообще нашла блогеров – пожалуйста, прочитайте один рассказ», то есть прямо уверена, что понравится, что дальше человек втянется и будет интересно. А я ведь понимаю, как пиарщик, что журналисты, блогеры, особенно блогеры – это очень специфическая аудитория. И как они отреагируют, ты не всегда понимаешь и не всегда знаешь. Как ты искала вообще этих блогеров, где – в Инстаграме, в Ю-Тубе, в ЖЖ?

Мария Фариса: В Инстаграме по хештегам, по системе поиска я искала людей, которые занимаются тем, что публикуют обзоры на книги. И, конечно, я была готова получать отказы. По-моему, Брайан Трейси рассказывала: «Поставьте себе цель получить 10 «нет». И я ставила себе цель получить 10 отказов, но все они, к счастью, оказывались «да». И я получила 10 «да» и получила дополнительную аудиторию для своей книги.

Анна Воронина: А журналисты, как реагировали журналисты? Как ты их искала вообще? Расскажи по механике – заходила на сайт газеты, заходила в раздел такой-то, находила человека в подписи, искала его в Фейсбуке и там ему писала? Как это было?

Мария Фариса: Как правило, всё это происходит через Фейсбук. Так как я журналист с богатым опытом, у меня есть сообщество журналистов, друзья, давние связи. И всё это происходило через личные сообщения, собственно так.

Анна Воронина: То есть ты просто им писала, отправляла книгу и уже после получала отзыв?  

  

Мария Фариса: Я писала с просьбой: «Почитай, пожалуйста, и если она у тебя откликнется, если твоё сердце пожелает о ней что-то рассказать, пожалуйста, расскажи!» Всё.

Анна Воронина: Что ещё делала для продвижения?

Мария Фариса: Так как я писатель о путешествиях, я долгое время работала трэвел-блогером, писала для «Conde Nast Traveler», «Вокруг света», «Моя планета» и множества других изданий именно о путешествиях, я начала публиковать рассказы в сообществах для путешественников. Так как во всех моих рассказах места действия разбросаны по миру, они также интересны для путешественников, потому что люди, которые любят читать о путешествиях, им будет также интересно прочитать какую-то историю, которая произошла в другой стране. Это тоже для меня был довольно свежий канал и необычный для распространения, тоже прирост аудитории с другой стороны. Я писала истории о рассказах в читательских сообществах, допустим, на сайте «Live Lib», где есть абсолютно все книги на свете и где читатели сами выставляют им рейтинг. Там можно добавлять цитаты из книги и можно рассказывать истории, связанные с книгой. Я рассказывала истории, как я написала тот или иной рассказ. И это оказалось очень востребовано читателями, им было очень интересно читать, как на самом деле создаётся рассказ. И вот такими любопытными заметками я цепляла читателей, чтобы они продолжали читать книгу уже до конца.

Анна Воронина: Расскажи, как создаются рассказы? Вот, кстати, многие писатели говорят про вот этот поиск музы бесконечный и вот эту сумасшедшую гонку за вдохновением, которое они пытаются поймать любыми способами. Как это у тебя происходит?

Мария Фариса: Ну, допустим, рассказ, который месяц назад получил третью премию в конкурсе короткого рассказа имени Паустовского, появился из обрывка разговора с одной знакомой во Вьетнаме. Я пила кофе с одной девушкой, с которой я только что познакомилась в этом самом баре. И она рассказала: «Представляешь, мои друзья взяли напрокат мопед, поехали по вьетнамским деревенькам захолустным и нигде не потратили ни донга». Донг – это вьетнамская валюта. Нигде с них не брали деньги, просто отказывались, так как Советский Союз очень сильно помог Вьетнаму в войне с американцами, у людей была вот такая благодарность. И у меня сразу возникла ассоциация – даже дождь можно вернуть по капле. То есть вьетнамцы по капле, вот такими маленькими жестами возвращают добро российским туристам. И вот из этого получился рассказ «По капле возвращать дождь».

Анна Воронина: Очень интересно. Хотела тебя попросить для наших слушателей, для наших зрителей прочитать какой-нибудь рассказ на твой выбор.

Мария Фариса: Я, наверное, прочитаю «По капле возвращать дождь», раз уж о нём зашла речь.

«День выдался жарким. Семья Шонг спасалась в тени соломенного навеса у крыльца своего дома. Старик откинулся на спинку плетёного кресла. В гамаке лежал молодой мужчина, женщина шелушила фасоль, сидя на табуретке.

- Пятна на ткани памяти могут поблекнуть, но не исчезнуть, - вдруг сказал старик Нуо.

Чай с утра не остывал в его чашке, лёд в посёлок привозили раз в неделю. Все в семье знали, что, когда жарко и невозможно работать, старик заводит длинные разговоры.

- Ты даже не помнишь год, в который родился, - усмехнулась невестка, наблюдая за толчеей мошек над лужей.

- Зачем мне помнить ненужные вещи? – ответил ей старый Нуо. – Память – это лаковая шкатулка сокровищ, в ней нельзя хранить гвозди. Такой её никому не подаришь.

- Ты никогда не дарил мне лаковой шкатулки, - сказала женщина мужу.

Тот в гамаке притворился спящим. Две девочки, трёх и пяти лет, катали шарик по полу. Худая собака сидела у ног Нуо и выгрызала блох с брюха. Стрелки часов не двигались, солнце тоже застыло над плантацией питахайи, дымка на горизонте размазала горы. Невестка зевнула, за ней зевнули старшая девочка и собака. Вдруг что-то прорезало цельное полотно тишины. Это был звук мотора.

- Кто-то едет, - сказала женщина.

Всё семейство посмотрело на дорогу. Двое молодых людей со светлыми волосами и обгоревшей до красного кожей въехали в деревню на мотоцикле.

- Туристы, - произнесла невестка. – Наверное, французы.

Глаза её загорелись. Она подошла к краю дороги и замахала тряпкой.

- Food, nourriture, comida.

Молодые люди остановились возле неё.

- Food, food, - трещала женщина.

Иностранцы переглянулись. Тот, кто был сзади, пожал плечами. Тот, кто рулил, заглушил мотор, откатил мотоцикл под пальму. Подошли к столику, где над горячим чаем согнулся дедушка Нуо, и неловко сели.

- Hot, - улыбнулся им старик.

- Жарко, - улыбнулся в ответ один из белых.

Нуо заволновался, заморгал часто.

- Рус, русские?

- Русские, русские, - заулыбались уже оба.

Глаза старика вспыхнули, кости затрещали, когда он потянулся, чтобы пожать им руки.

- Кам он, кам он, - заговорил Нуо по-вьетнамски, укоряя себя, что забыл это слово по-русски.

Иностранцы переглянулись, засмеялись, по очереди пожали ладонь старика. Невестка вышла из хижины с тарелкой рисовой лапши, за ней старшая девочка вынесла ещё одну миску. Младшая принесла палочки, но Нуо тут же сказал ей, чтобы достала ложки.

- Ты чего такой беспокойный? – спросила старика невестка.

- Они из России. Советский Союз, понимаешь?

Женщина пожала плечами. Нуо отвернулся. Ей было 23, и она, конечно, не понимала. Нуо не видел таких широколицых, лазурноглазых, казалось, целую вечность. Когда-то давно они приехали со стороны Китая на больших машинах, словно появились добрыми драконами из рассвета. Того, кто объяснял молодому солдату Нуо, как обращаться с танком, звали Дмитрий. Нуо научился правильно выговаривать его имя, только когда этот русский уехал, но вьетнамец надеялся, что однажды снова его увидит. Теперь два таких Дмитрия сидели перед ним и ели рисовую лапшу в его доме.

Старик поднялся, оторвал с куста ветку, вернулся в кресло и принялся отгонять от путников мошек. Те удивлённо посмотрели на Нуо и благодарно кивнули, а он всё ждал услышать от них то самое слово. Нуо заёрзал. Вспомнились сначала страх, потом отчаяние и ужас, которые принесли с собой на его землю похожие на этих, но совсем другие люди. Десять миллионов бомб, напалм, агент орандж, тысячи вертолётов, из которых высыпались солдаты с винтовками и ножами, жадные до вьетконговской крови. Старик покачал головой, чтобы вытрясти ржавые гвозди из своей лаковой шкатулки сокровищ. Сейчас тихо, рыбаки расставляют сети, повсюду залиты рисовые поля, растут внучки, по двору ходят курочки и толстеют. Зачем выискивать на золотом руне жизни старые кровавые пятна?

Два путника положили ложки на пустые тарелки. Один достал из кошелька разноцветные донги, отсчитал несколько купюр. Нуо вскочил и замахал руками.

- Нет, нет, - вспомнил Нуо ещё одно услышанное от Дмитрия слово.

Иностранцы опешили и разом сказали:

- Спасибо!

Старик просиял:

- Сфасиба, сфасиба!

Он принялся целовать им руки. Странники смутились и попятились к мотоциклу, помахали на прощание и скрылись. Нуо ещё долго стоял на дороге, отирал пот и кричал им:

- Сфасиба!

Потом вернулся к своему креслу, сел перед горячим чаем и всё повторял, чтобы не забыть: «Сфасиба!» Сын наблюдал за ним из гамака, невестка стояла в дверном проёме, девочки держали её за юбку.

- Ты зачем так? – спросила женщина Нуо. – На что мы купим костей для бульона?

- Десять миллионов бомб. Ты представляешь, сколько это? Столько же, сколько рисовых зёрнышек на всём поле. Половину людей этой страны убили. Половину. Если бы не они, не осталось бы ни одного вьетнамца. Мы перед ними в долгу. Даже дождь можно вернуть по капле. Это была наша капля.

Невестка махнула рукой и пошла в хижину мыть тарелки. Сын засопел. Девочки снова взялись катать шарик, собака задремала, мошки толклись над лужей. Солнце стояло, где стояло. Нуо смотрел на всё это и шептал:

- Сфасиба!»

Анна Воронина: Спасибо большое тебе! Всегда прекрасно, когда автор читает своё произведение. Мне кажется, это всегда очень трогательно.

Мария Фариса: Это было впервые.

Анна Воронина: И глубоко. Вот недавно у меня состоялся с одним знакомым такой разговор. Он мне рассказал, что его сын, а он крупный бизнесмен и вот он хотел сына вводить в свой бизнес, чтобы он встал дальше потом уже у руля его бизнеса, а сын ему сказал: «Нет, ты знаешь, папа, я хочу быть режиссёром». И тогда этот крупный бизнесмен, а он действительно крупный бизнесмен, познакомил его в компании со Звягинцевым, мол, давай научи-ка его, расскажи ему, как быть режиссёром. И Звягинцев ему сказал: «Ты знаешь, чтобы быть режиссёром, нужно жить очень интересной и несчастной жизнью, ты должен страдать. Чтобы действительно понять жизнь, прочувствовать её, ты должен и любить, и ненавидеть, тебя должны предать друзья, жена должна тебя бросить, ты должен попасть в аварию. С тобой должно много всего случиться, чтобы после этого ты смог что-то сказать другим людям, ты сам должен очень много прожить и прочувствовать». А вот как у писателя?

Мария Фариса: Любой человек, который занимается творчеством по-настоящему, это несчастный человек, потому что это человек, тонко чувствующий. Творческие люди очень тонко воспринимают жизнь и страдают по гораздо большим поводам, чем обычные люди. Допустим, другой рассказ, который получил литературную премию, называется «По капле возвращать дождь», он появился из газетной заметки. Как-то субботним утром я пила кофе и читала новости и наткнулась на заметку, которая называлась «Любовь по цене бутерброда». Она была о том, что многие греческие женщины из-за кризиса вынуждены заниматься проституцией, хотя бы, чтобы просто оплатить счета и купить продукты домой. Другой человек просто закрыл бы заметку и продолжил чтение, но меня она очень возмутила. Она меня так задела, что я думала над ней, наверное, часа четыре, просто сидела и думала: а как такое может быть, как до этого вообще могут довести обстоятельства? И написала рассказ, тоже отправила его на конкурс, жюри его оценило. Но суть в том, что меня, как творческого человека, задело то, что не задело бы другого. И совет, который дали вот этому молодому человеку, он отчасти точный и отчасти нет, потому что, если он предназначен для творчества, он и так будет страдать, потому что окружающий мир полон несправедливости. И тонко чувствующий человек страдает даже, когда просто видит человека, который просит милостыню. И тут же думает: почему он это делает, что случилось в его жизни? И так развивается какая-то история, которую творческий человек рассказывает остальным и помогает донести эту несправедливую ситуацию до остальных.

Анна Воронина: Хотела тебя ещё спросить, на твой взгляд, кому стоит вообще в принципе писать книги? Есть, знаешь, такие легендарные люди, с которыми интересно было бы – узнать их опыт, послушать, вообще прочитать их жизненный путь. И они не пишут книги. А в книжных магазинах сейчас можно найти большое количество вообще литературы, книжек там на полках, от людей, которые вообще ничем не знамениты, ничем не выделяются из общей массы. Но у них там уже 3-5 изданий советов – и как выйти замуж, и как лучше готовить. Они по всем вопросам с удовольствием дают советы, пишут толстенные книги, издают их, и на полках мы их видим. На твой взгляд, кому стоит писать книги? Или нужно писать всем, а там уже дальше рынок сам определит, кто прав, кто виноват?

Мария Фариса: Снова процитирую Хемингуэя, который как-то сказал: «Будь я проклят, если напишу книгу только для того, чтобы обедать каждый день». Если можешь не писать, не пиши! Писательство – это потребность. Человек садится и пишет, потому что так нужно, потому что это его манера жить, и он по-другому не может. Когда это коммерческая история, вот ты очень правильно упомянула о том, что книжные захламлены некачественной, пустой литературой, именно потому, что эта история не про это хемингуэевское правило. Люди пишут книгу, чтобы обедать каждый день. Люди пишут книгу, чтобы её продавать, чтобы с помощью неё жить, получить средства. И это не очень честная история. И мой совет, если ты думаешь написать книгу, чтобы она приносила тебе доход, и это твоя единственная цель, это твоя единственная мотивация написать эту книгу – не пиши! Пиши книгу, как если бы это была волонтёрская работа, как будто ты хочешь помочь чем-то, отдать что-то. И если взамен придут дивиденды, которые скрасят твою жизнь и помогут твоему творческому проекту, замечательно. Я уверена, что, если ты сделал работу честно и хорошо, дивиденды и отклик непременно придут.

Анна Воронина: А ты сама читаешь других авторов?

Мария Фариса: Само собой. Как я уже сказала, писатели – это самые читающие люди.

Анна Воронина: Ну вот кроме классиков, то есть твоих современников?

Мария Фариса: Я очень много читаю латиноамериканской литературы. И люди, которые пишут рецензии на мои книги, а их уже более ста рецензий, практически все отмечают очень большое влияние латиноамериканской прозы. Я читаю в оригинале на испанском, я и пишу на испанском. Я читаю на португальском, я читаю Жоржа Амаду, но это, конечно же, классика. Назову ряд других писателей латиноамериканских, которые, возможно, не так широко известны. Это Элена Гарро, очень большое влияние на мои рассказы.

Анна Воронина: А ты следишь за тем, как они себя продвигают? Я вот всё-таки смотрю на писателей, бывает действительно хорошая, качественная литература, но вот не выстреливает где-то, как-то, знаешь, как Божьей искры не хватает. А какая-то литература, такая проходная, раз – и выстрелила, все зачитываются, вся страна читает книжки, которые, условно, какой-то думающий интеллектуал, он, может быть, и прочитал эту книжку, но в приличном обществе он об этом не расскажет.

Мария Фариса: Ты знаешь, есть очень много хороших и незаслуженно неизвестных книг. Возможно, это вопрос удачи, но скорее я думаю, что писатели сбрасывают с себя эту обязанность самостоятельно продвигать свои книги. А писатель в современном мире должен быть, как мексиканский тотем, как пернатая змея – она может и плавать, и ползать, и летать. Так и современный писатель. Он должен уметь уединяться, как Борхес, по-моему, писал, операция на два посоха – уединение и трудоголизм, если не ошибаюсь. Но он должен выныривать на поверхность. Допустим, для меня это определённые дни. У меня есть дни в неделе, когда я занимаюсь только пиаром, я не пишу. Конечно, мне бы хотелось писать в эти дни, конечно, мне бы хотелось заниматься творчеством, читать книги, но я себя заставляю заниматься пиаром. И я из себя делаю вот такую пернатую змею, которая летит на двух крыльях, занимается и творчеством, и пиаром. Если у человека действительно хорошая книга, я считаю, что он обязан заниматься её продвижением.

Анна Воронина: Я знаю, что творческие люди, знаешь, даже как-то это воспринимают, вот ты говоришь, что он обязан, а они, наоборот, не хотят. Вот такая внутренняя скромность, что ли, которая есть.

Мария Фариса: Все мы не хотим делать то, что нам не нравится. И мы придумываем себе оправдания, рационализируем, почему не стоит этого делать. Допустим, писатели очень часто оправдываются: «Это не дело творческого человека – заниматься продвижением, пиаром. Творческий человек должен только творить!» Но это не так, и примеры многих знаменитых писателей опровергают вот это утверждение, даже биографии классиков. Очень многие классики себя регулярно пиарили, и именно поэтому их книги до сих пор стоят на полках. А те очень хорошие произведения, которые никак не звучали для широких масс, увы, они несправедливо забыты и пылятся на полках библиотек в лучшем случае.

Анна Воронина: Назови нам три причины, по которым нам нужно прочитать «Авантюрин».

Мария Фариса: Во-первых, вы заново откроете для себя короткий жанр. Потому что моя цель – это вернуть рассказ и короткий жанр вообще в массы, в рассказы. И я думаю, что вы заново полюбите рассказы и заново откроете их для себя. Во-вторых, вы что-то узнаете о своей жизни. А в-третьих, она вдохновит вас на риск и на перемены в своей жизни.

Анна Воронина: Мария, спасибо тебе большое за интересный разговор, за чтение твоего произведения. Правда, очень интересно. Дорогие друзья, мы с вами прощаемся. Одежда ведущей была предоставлена российским дизайнером Вадимом Мерлисом. Желаем вам хорошего дня, до свидания.







}