Денис Бурлаков Генеральный директор «RBKmoney» 30 апреля 2019г.
Платёжные технологии для бизнеса
Поговорим о том, как развивать бизнес с помощью эффективных платежных технологий

Олег Иванов:

Друзья, всем привет! Добро пожаловать на канал Mediametrics в программу «Деньги для бизнеса». С вами Олег Иванов. Сегодня, как всегда, у нас очень интересный гость из компании (на минуточку!) RBK money. Узнаем, что это такое? Совпадение, или, действительно, очень сильное название, которое многим известно немножко, наверное, по другим ресурсам. Денис Бурлаков – основатель, я так понимаю, предприниматель, финтехэксперт, предприниматель, большой человек с большим проектом. Денис, спасибо большое за время!

Денис Бурлаков:

Большое спасибо, что пригласили! Добрый день, уважаемые радиослушатели и, как я понимаю, радиосмотрители! Сегодня будет очень интересно!

Олег Иванов:

Будет надеяться! Денис, первый вопрос. Мы вот немножко, получается, успели поговорить до эфира. Хотел узнать, вы ведь, получается, одни из таких динозавров на рынке финтеха, электронных платежей и так далее? Это, действительно, так?

Денис Бурлаков:

Да, это соответствует действительности. Мы, действительно, очень гордимся нашей историей. Нашей компании 16 лет.

Олег Иванов:

16 лет?

Денис Бурлаков:

Да, 16 лет, то есть мы старше многих компаний, которые сейчас активно на рынке финтеха работать, не говоря уже про те компании, которые появились в последнее время и, в том числе, составляют конкуренцию на этом рынке.

Олег Иванов:

Я правильно считаю, это 2002-2003 год?

Денис Бурлаков:

Да, у нас есть такая фишка, есть 7 октября 2002 года. Вот 7 октября тоже день рождение интересный – и нашего Президента, и нашей компании. Тоже интересная такая аналогия. Мы тоже пытаемся каждый год это разыграть. Мы выпустили на рынок электронный кошелек, первый в России и СНГ электронный кошелек. Первым он был потому, что у него была впервые реализована функция эмиссии электронных денежных средств, и у него был первый интерфейс в виде Web-браузера. И вот для этого времени это была, действительно, огромная инновация. То есть рынок, которой находился (рынок потребителей финансовых услуг), который пользовался исключительно банковскими услугами, для них появился вот пионерский сервис в виде электронного кошелька. Понятно, что еще, на самом деле, по сравнению с сегодняшним, еще примитивный, но, тем не менее, это была революция, потому что все сразу же ушли в онлайн, начали пользоваться активно именно этим сервисом. Аудитория этого продукта буквально через пару-тройку лет набрала миллионы, миллионы и миллионы пользователей, потому что все было в онлайне.

Олег Иванов:

Правильно я понимаю, если мне память не изменяет, это же было раньше Qiwi денег, Webmoney и так далее? Правильно? Ну, Яндекс.Деньги, понятно…

Денис Бурлаков:

Да, это было раньше именно этих компаний. То есть, я считаю, что мы вместе с такими компаниями как Яндекс.Деньги, Qiwi, Webmoney, вот мы являемся основателями этих «кошелечных» сервисов. И, естественно, вместе с ростом цифровизации финансовых услуг мы трансформируем эту отрасль уже в новые сервисы, которые нужны потребителям.

Олег Иванов:

Насколько мне не изменяет память, вы, наверное, одни из таких компаний, которые очень мультинациональны, правильно? То есть российский рынок не то чтобы основной домашний рынок, правильно? У вас, по-моему, 60 стран с чем-то и какое-то просто количество миллионов пользователей?

Денис Бурлаков:

Ну, многие компании говорят о том, что они, действительно, работают на несколько стран, принимают карты, принимают финансовые инструменты. Это, скорее, просто дань партнерств с международными платежными системами. По-настоящему транснациональных компаний, их можно пересчитать по единицам. Мы гордимся тем, что мы являемся по-настоящему международной компанией, то есть мы финтех-компания, то есть у нас есть технологическая платформа сама по себе, у нас есть финансовая институция, то есть небанковская кредитная организация в нашей структуре, то есть мы занимаемся расчетами, то есть переводим денежные средства из точки А в точку Б, которые мы, соответственно, напроцессили. Международный контекст нам придает наличие иностранной, то есть британской платежной лицензии, таким образом, это позволяет нам обслуживать наших онлайн мерчантов в Евросоюзе и в UK, в других странах и, соответственно, оказывать финансовые услуги на международном уровне. Мы, наверное, единственный из российских платежных сервисов, которые сочетают в себе и российский, и иностранный элемент.

Олег Иванов:

Да, это очень интересно! Скажи все-таки, есть же такое у вас понятие как домашний рынок или, может быть, самые основные рынки? Это какие страны, возможно?

Денис Бурлаков:

Это очень хороший вопрос. Мне тоже очень нравится, когда такая аналогия: откуда вы растете (from away и grown away)? Так вот, на международных выставках мы говорим о том, что мы international payment platform grown from Russia.

Олег Иванов:

Понятно.

Денис Бурлаков:

Россия для нас, безусловно, является домашним рынком и тем рынком, для которых сложилась наша бизнес-модель. Все наши основные элементы были протестированы, получили закрепление, то есть получили успех, и именно эту бизнес-модель с определенными, естественно, вариациями мы масштабируем на другие страны. Либо, на самом деле, в каких-то странах используем другие бизнес-модели, но все равно в основе их являются те наработки, та экспертиза, которую мы получили на домашнем рынке. Домашний рынок всегда будет для нас именно тем, откуда мы выросли. Мы очень хорошо знаем потребителей этого рынка, мало того, мы на них влияем и самостоятельно, и с помощью тех экосистем, которые мы строим. Поэтому, на мой взгляд, чем глубже мы копаем внутри своего домашнего рынка, тем больше возможностей у нас оттачивать какие-то инструменты и масштабировать эти вещи, в том числе, на международных рынках.

Олег Иванов:

Все-таки вот количество стран (я понимаю, что это может быть плавающая какая-то цифра)?

Денис Бурлаков:

Мы сейчас работаем с онлайн-мерчантами в 60-ти странах и работаем с потребителей, то есть мы можем принимать банковские карты, электронные кошельки, еще что-то от потребителей из 60-ти стран. Вообще, естественно, у нас, как у любых других амбициозных, целеустремленных предпринимателей, есть свой собственный план завоевания мира, и мы к нему идем. Естественно, наши успехи на российской арене, на международной арене, когда у нас получаются какие-то legacy-модели, они придают нам уверенность в собственных силах, придают нам желание двигаться дальше. Поэтому вот это общее вдохновение, оно драйвит нас, и каждый день мы просыпаемся с идеей о том, что мы хотим строить компанию международного уровня, как это ни банально звучит, в том числе, от многих других людей, которые говорят о том, что я просыпаюсь и хочу построить международную компанию. Но вот нас это драйвит по-настоящему, то есть я говорю абсолютно искренне, это именно те вещи, в которые мы инвестируем денежный и человеческий капитал, экспертный капитал – в международное развитие, в развитии платежных технологий, о которых мы еще не начали говорить, но я с удовольствием вам расскажу.

Олег Иванов:

Да, мы к этому придем, это, действительно, очень интересно. Давай такие, знаешь, самые простые, может быть, вопросы отметем и пойдем как разу в глубину. Значит, первая тайна золотого ключика RBK money – что это такое, совпадение с небезызвестным медиаресурсом или как? То есть, как такое произошло?

Денис Бурлаков:

Нет, это довольно уже известная история, то есть 7 октября 2002 года мы родились как сервис под названием Rupay. В 2008 году информационный холдинг РБК приобрел этот сервис и переименовал его в RBK money. В то время Герман Каплун как основатель РБК, он хотел создать из РБК холдинга некий горняки super application, такой, может быть, даже Amazon русский еще 15 лет назад, такую большую онлайн мультисистему, мультисервис. Не все у него получилось. И 5 лет назад, в 2014 году этот сервис был приобретена мною и моим братом-близнецом, у меня есть брат-близнец. Кстати говоря, об этом еще не говорили, поэтому, когда я говорю мы или когда я говорю я (то есть мы), я всегда проецирую это и на наш тандем. Мы управляем и владеем компанией в тандеме. Он был приобретен нами, мы тогда были уже менеджерами компании в 2014 году, и с этого момента мы развиваем компанию. Мы сохранили за собой право называться РБК. Мало того, мне кажется, за то время, которое мы развиваем этот сервис, нам удалось из этого наименования построить настоящий самостоятельный финансовый бренд, который обслуживает сейчас миллионы пользователей и десятки тысяч онлайн магазинов и, на мой взгляд, уже является самостоятельным онлайн финансовым брендом. Поэтому такая вот история бренда. Мы не собираемся от нее отказываться, хотя мы уже не являемся частью холдинга РБК, но мы продолжаем оставаться очень тесными партнерами. То есть мы обслуживаем их сервисы (онлайн сервисы), они оказывают нам огромную медийную подготовку, то есть на многие конференции Money 2020 мы ездим вместе с ними, они оказывать нам медийное. Мы делаем сейчас в рамках Санкт-Петербургского экономического форума совместный проект (так немножко проанонсирую). То есть у нас взаимная тяга к взаимному сотрудничеству очень большая, и у нас все вместе очень хорошо получается, поэтому такое вот сотрудничество, кооперация, такая хорошая экосистема.

Олег Иванов:

Очень интересная история! Не так много, на самом деле, у нас на рынке таких моделей MBO (Management by Objectives), когда, собственно, сами управляющие компании выкупают собственный бизнес, в котором они работают, и дальше развивают, поэтому это, конечно, достойно большого уважения. Молодцы! Еще вопрос такой. Глядя, наверное, даже на небольшой такой элемент, прослоечку финтех отрасли, в частности, блокчейн, который, конечно же, влияет на рынок финтеха, как ни крути, в каком-то своем направлении, получается. Мы вот самостоятельно всегда замечаем очень быструю динамику смен парадигмы, смен правил игры, смен каких-то новых решений и так далее, так далее. Буквально за последние 2 года то, что в блокчейне происходило, это за 3-4 раза вся отрасль и переворачивалась с ног на голову и двигалась то в одном направлении, то в другом. Мне, честно говоря, страшно представить, через что вам пришлось прожить, начиная, в общем-то, работать, в принципе, в более широком сегменте финтеха с 2002 года. Вот можешь рассказать, может быть, как-то свои наблюдения, будучи человеком внутри всего этого процесса, как вообще эта отрасль развивается, что произошло за это время, как модели, может быть, бизнесовые менялись, те вещи, которые работали, перестали работать, что-то новое появилось? Вот насколько динамичная вообще эта отрасль, и насколько это все будет продолжаться примерно в той же самой бешеной динамике, как думаешь?

Денис Бурлаков:

Да, действительно, мы, на самом деле, были свидетелями очень многих трансформаций, которые происходили в финтехе, я бы даже сказал, финансах, потом он стал финтехом. Сейчас это, наверное, Digital Finance уже, даже не финтех.

Олег Иванов:

Как минимум, названия меняются…

Денис Бурлаков:

Ну, раньше мы называли это именно теком, потому что это было такое общеупотребимое слово, то есть внедрение информационных технологий в финансовые сервисы. Сейчас говорят уже о диджитализации, то есть это слово эволюционировало. На мой взгляд, это, в принципе, одно и то же с точки зрения технологий, просто само по себе понятие диджитализации, оно представляет в себе уже что-то более такое глобальное, когда автоматизируются и диджитализируются не отдельные бизнес-процессы, а уже целые индустрии. Поэтому диджитализация – это, по сути дела, тот же IT, просто уже применение в целых индустриях, даже в совокупности индустрий. Мы всегда были цифровыми с самого начала, поэтому переживали несколько трансформаций: электронный кошелек, потом мобильный кошелек. Этими услугами начали пользоваться большое количество людей. Почему? Потому что это было очень удобно – не ходить в банк, не стоять в очередях, сразу получить какую-то… Там даже об идентификации не шло речи, просто идентификацией являлся или номер мобильного телефона, или просто адрес электронной почты. То есть, по сути дела, у вас были анонимные платежи, что для развития рынка было очень хорошо. Естественно, для регулятора было не очень, поэтому он начал в свое время закручивать гайки, переводить все электронные бизнесы и электронные кошельки в подрегулирование, в создание небанковских кредитных организаций. Компании многие (точнее, все, которые хотели содержать кошельки) вынуждены были стать НКО, в том числе, и мы.

Олег Иванов:

Похожая история, по-моему, в блокчейне сейчас происходит?

Денис Бурлаков:

Да. Так вот, далее, на самом деле, международные платежные системы, они тоже не стояли на месте, то есть мир расчетов переходил из оффлайна в онлайн, появился Интернет-эквайринг. Интернет-эквайринг как способ платежей в Интернете, он стал пользоваться огромной популярностью, потому что он позволял Интернет-магазинам значительно увеличивать выручку от того, что у него есть возможность принимать платежи на сайте. Сейчас это уже, на самом деле, как бы такая классика эквайринга, классика платежной истории, а в свое время это были некие новые инновации именно благодаря международным платежным системам. Поэтому кошелечные сервисы и другие платежные сервисы, они ушли именно в Интернет-эквайринг. Сейчас Интернет-эквайринг является, наверное, самой ключевой платежной технологией с точки зрения количества людей, которые им пользуются, и Интернет-магазинов. То есть, если взять все способы платежа, которые используются на рынке, то Интернет-эквайрингом, то есть картами в Интернете, пользуются порядка 70%.

Олег Иванов:

Это мы сейчас говорим про все страны, где вы присутствуете, или все-таки есть разница?

Денис Бурлаков:

Мы говорим, наверное, сейчас про Россию, потому что есть разница, и в некоторых странах она критическая. То есть из всего объема онлайн-платежей 70% – это банковские карты, около 20-18% – это электронные кошельки, количество их уменьшается.

Олег Иванов:

А почему, кстати, уменьшается?

Денис Бурлаков:

Сейчас я объясню. И это другие способы платежа, то есть переводы денежных средств с карты на карту с помощью Интернет-банка. Количество пользователей электронными кошельками, оно в свое время получило очень большое развитие, но потом, на самом деле, этот процесс начал коммодитизироваться, и начали выделяться индустрии, где использование электронных кошельков более интересно, более выгодно. В частности, такой индустрией стали электронные игры, потому что аудитория у электронных игр – это тинэйджеры и чуть-чуть постарше, в том числе, и те люди, у которых нет возможности, или просто дети, у которых нет возможности даже иметь эту карту, а иметь анонимный кошелек у них есть возможность, перечислить туда денежные средства и, соответственно, можно играть. Поэтому вот для электронных игр – это Must Have платежный инструмент на их платежной странице.

Олег Иванов:

Интересно!

Денис Бурлаков:

Распространение платежных карт и общая диджитализация банковских сервисов (то есть банки огромный в последний год сделали вклад именно в диджитализацию, в повышение качества финансовых сервисов, в повышение их доступности) привело к тому, что карты и наличие расчетных счетов обыкновенных, они практически заменили кошельки. То есть сейчас получить открытый расчетный счет и получить банковскую карту, в принципе, то же самое, с некоторыми условностями, естественно, что и открыть электронный кошелек, потому что к электронным кошелькам стали добавляться повышенные требования в отношении регулятора и в отношении регулятора к тем сервисам, которые…

Олег Иванов:

Ну, с идентификацией…

Денис Бурлаков:

С идентификацией, с ограничениями в отношении перечисления. У нас, например, с неидентифицированных кошельков нельзя совершать платежи в пользу иностранных Интернет-магазинов, то есть такое очень важное ограничение для их развития. Поэтому вот все эти способы платежей, они находятся в постоянной динамической конкуренции друг с другом. Сервисы, которые их, соответственно, либо агрегируют, либо являются их провайдерами, тоже находятся в такой динамической конкуренции. Ну, и люди сами по себе, смотря на эти сервисы, пользуясь ими, тоже выбирают то, что им удобно. Поэтому главное направление платежной технологической мысли заключается в том, чтобы создать новый или совершенствовать сегодняшние способы платежей, чтобы это было быстро, удобно и, самое главное, безопасно для человека сделать платеж, для человека сделать расчет, просто для человека потратить деньги или расстаться с деньгами.

Олег Иванов:

Но здесь же ведь есть все-таки 2 вещи. То есть первый момент – это, действительно, вопрос транзакций, и второй элемент – это вопрос хранения средств. Правильно? Потому что, на мой взгляд, вот эта часть тоже часто упускается из вида, но она является, на мой взгляд, достаточно серьезной тоже задачей, так или иначе, для населения. Понятно, что это мы не говорим про какие-то инвестиционные счета, какие-нибудь депозиты или еще что-нибудь, но, тем не менее, когда ты понимаешь, что на кошельке ты держишь или вносишь какую-нибудь сумму для того, чтобы просто провести одну транзакцию и убежать – это одна позиция, что называется. Если ты уже смотришь все-таки на электронную часть своего финансового потока как на некий параллельный карман что ли, где ты держишь определенную часть своих средств и, в принципе, ими управляешь в тех или иных направлениях – это уже немножко по-другому влияет вообще на всю отрасль. Правильно? Вот видите тоже это как некое свое направление, или все-таки у вас сейчас основной фокус на транзакционных задачах?

Денис Бурлаков:

Этим упражнением в отношении того, как разделить способы хранения денег, способы перечисления денег, способы траты денег, занимаемся этими упражнениями уже давно, каким образом. Поэтому в последнее время мы заметили следующую тенденцию о том, что, безусловно, степень доверия к банковским инструментам, то есть к депозиту или банковскому счету, значительно выше, чем у электронного кошелька, или баланс на мобильном телефоне, поэтому люди там держат большое количество денежных средств. Но здесь вопрос становится даже не с точки зрения безопасности, здесь вопрос с точки зрения удобства. Людям становится неинтересно делать какие-то промежуточные транзакции, например, пополнять кошелек или, например, самостоятельно заниматься каким-то планированием, чтобы на разных инструментах было разное количество денежных средств, им это неинтересно, это неудобно. Это просто неудобно, поэтому используют какой-то один инструмент для каких-то больших транзакций (банковский счет), а, соответственно, к электронному кошельку привязывают, например, другую карту, где уже, в принципе, есть там небольшое количество денежных средств для оплаты или для электронных игр, то есть для других сценариев потребительского поведения. Но вот в России мы замечаем (и, в принципе, все остальные эксперты замечают): банковские карты являются таким традиционным и доминирующим способом расчетов, и дальше они будут занимать все большую и большую долю. В последний год огромные преимущества, которые получили банковские карты – это внедрение бесконтактных способов оплаты, то есть способы Apple Pay, Google Pay, Samsung Pay – вот все эти 3 способа оплаты находятся, например, в частности, у нас на платформе, то есть мы интегрированы со всеми тремя, и у тех магазинов, которые используют их, мы заметили значительное (то есть процентов на 30) увеличение объема выручки и объема продаж.

Олег Иванов:

На 30%, на треть? Обалдеть!

Денис Бурлаков:

Да, на треть, даже несмотря на то, что это не офлайн, а это онлайн.

Олег Иванов:

Очень интересно!

Денис Бурлаков:

В офлайне доля проникновения именно бесконтактных платежей, она еще более драматическая, потому что, по большому счету, пластиковые карты полностью уже среди активного населения заменены с помощью телефонов, то есть люди в Москве, в Петербурге, в крупных городах оплачивают все покупки с помощью телефона. И вот это стало еще более революционным, еще более дополнительным преимуществом в пользу использования банковских счетов, расчетных счетов, в пользу использования банковских карт, которые привязаны, соответственно, к телефону.

Олег Иванов:

Кто ваши основные даже не конкуренты больше, а ваша основная целевая аудитория? То есть это, может быть, по группам как-то разбить? Наверняка, вы все-таки такую статистику ведете, и целевое какое-то направление у вас тоже есть? То есть все-таки это Интернет-магазины какого-то профиля, это гейминговые сообщества, gambling (я не знаю), то есть кто это?

Денис Бурлаков:

Ну, мы в этом отношении говорим о том, что наша стратегия является нашим преимуществом и нашим проклятием, то есть мы являемся универсальной платежной платформой.

Олег Иванов:

Но по составу текущих клиентов все равно же есть опросы?

Денис Бурлаков:

У нас изначально был всегда, из-за того, что у нас был кошельковый сервис, у нас был очень диверсифицированный портфель. У нас, в нашей внутренней классификации кодируемой, у нас 148 индустрий, которые мы обслуживаем, онлайн-индустрий. То есть приходит к нам магазин, мы присваиваем ему код, и он в один из 148 магазинов входит.

Олег Иванов:

Но самые ТОП-5-10 можете назвать?

Денис Бурлаков:

Ну, это электронная коммерция, то есть продажа товаров через Интернет (от книг до цветов, все, что угодно), это финансовые сервисы, то есть микрофинансовые организации, которые выдают кредиты, обслуживают, то есть предоставляют какие-то финансовые услуги (вот это как бы два). Ну, электронные игры, безусловно, наш третий большой сегмент, он активно развивается и, соответственно, является нашим одним из ключевых мерчантов. И у него есть особенная специфика, то есть у него есть специфическая аудитория, необходимо иметь специфическую экспертизу, то есть вот мы, в том числе, развиваем нашу экспертизу в отношении повышения специализации. То есть свой бизнес, своих онлайн-мерчантов нужно очень хорошо знать, для этого нужно время, чтобы их хорошо узнать, чтобы узнать их боли, чтобы узнать их проблемы, чтобы узнать, как мы сможем их решать с помощью платежных инструментов, с помощью интерфейсов, личных кабинетов, с помощью других способов, как помочь нашему мерчанту увеличить выручку, получить конкурентное преимущество, сделать его сайт, его товары более конкурентными по отношению к другим.

Олег Иванов:

Да, это как раз к вопросу о конкуренции, то есть хотел бы туда увести немножко разговор. Всегда, когда поверхностно смотришь на какую-то новую отрасль, есть такое ощущение, что основная конкуренция находится на уровне ценовых войн, когда особенно отрасль начинает расширяться, появляются большие, крупные игроки, и всегда есть давление на маржу и на все остальное. Вот в данном случае, если мы говорим про классическую такую модель эквайринга, естественно, ключевой вопрос, наверняка, любой мерчант который вам задает, это какую комиссию вы будете у меня забирать от каждой транзакции, так или иначе? Вот в этом плане насколько вы конкурентны со всеми остальными игроками, которые сейчас существуют? Это первый вопрос. Второй вопрос: ведь это не единственный элемент важный для мерчанта, потому что, как, в принципе, сейчас озвучили, то, что есть элемент личных кабинетов, просто элементы поддержки и удобства для своей ежедневной работы, которые очень специфичные для каждой отдельной отрасли, то есть для геймеров одна история, для каких-нибудь вебинарщиков вторая и так далее, так далее?

Денис Бурлаков:

Ну, ценовая политика, ценовая война и само по себе понятие цены в эквайринге, оно уже на протяжении энного количества лет является предметом обсуждений и споров, ну, и, соответственно, каких-то конфликтов, в том числе. Мы считаем вообще территорию Е-кома своей собственной территорией, то есть территорией платежных сервисов. То есть мы на эту территорию пришли первыми, и мы первыми научились обслуживать Интернет-магазины, мы знаем, как их обслуживать, мы знаем их проблемы и боли, мы знаем эту индустрию. Вот на эту территорию несколько лет назад пришли банки. И банки, они сначала, естественно, выдавили платежные сервисы с точки зрения именно крупнейших платежных провайдеров, а сейчас уже подходят к малому и среднему бизнесу, то есть глубже и глубже укрепляются. Причем, когда любой игрок атакует рынок, он, естественно, больше всего уделяет внимание цене, поэтому банки, они занимаются жесточайшим демпингом с точки зрения Интернет-эквайринга, они продают его дешевле себестоимости в надежде на то, что они получат с помощью таких маркетинговых ходов именно эту аудиторию. Ну, и, соответственно, для них Интернет-эквайринг сам по себе является уже неким коммодити, а зарабатывать они будут на каких-то других дополнительных услугах (на расчетно-кассовом обслуживании, на предоставлении кредитования, то есть на предоставлении банковских услуг). И в этом отношении эта стратегия, естественно, оправданная, потому что банки сами по себе являются такими универсальными игроками рынка, у них есть, что предложить игрокам электронной коммерции, в частности. Делая вывод, банки очень сильно потеснили платежные сервисы (в том числе, нас) на этом рынке. Но в последний год я делаю вывод о том, что электронные сервисы, наевшись вот этого голого банковского эквайринга, они возвращаются к нам. Они возвращаются к нам, потому что они понимают, что сервис, качество платежного интерфейса, конверсия платежной формы пользователей, поддержка и еще дополнительные услуги виде антифрода и, в принципе, просто услуги платежных экспертов, являются очень важными для формирования для них устойчивого конкурентного преимущества на рынке…

Олег Иванов:

Да, потому что очень быстро все происходит, это понятно.

Денис Бурлаков:

…то есть не сегодняшнего, а устойчивого конкурентного преимущества на рынке. Платежные сервисы как платежные партнеры, мы, оказывается, эффективнее. Банки не будут инвестировать в службу поддержки, в службы…

Олег Иванов:

…в специфические службы.

Денис Бурлаков:

…в специфические службы. Ну, просто они не будут поднимать свою квалификацию и компетенцию в отношении рынка электронной коммерции, им это не нужно. Вот у них есть готовый коробочный продукт, который стоит определенное количество денег, и все, вот его покупайте. Поэтому в данном случае наша задача заключается в том, что мы являемся партнерами полноценными. И, как это ни громко звучит, мы действительно пытаемся по возможности если не к каждому партнеру найти индивидуальный подход, но к индустрии, к группе индустрии абсолютно точно найти какие-то специфические способы, которые повышают конверсию, помогают развивать бизнес и создают такие устойчивые конкурентные преимущества. Платежными способами, не платежными способами, но мы абсолютно точно знаем наших клиентов лучше, чем знают банки. С другой стороны, мы не хотим быть зависимыми от банков. Изначально в нашей структуре было НКО, то есть мы занимаемся платежами, а платежные сервисы, в структуре которых нет НКО, которые осуществляют только так называемое информационно-технологическое взаимодействие, они более зависимы. И поэтому в этом отношении их доля на рынке будет уменьшаться, потому что они проигрывают конкуренцию. Проигрывают конкуренцию как нам, так и банкам, которые увеличивают свою компетенцию.

Олег Иванов:

Пару слов, может быть, для потенциальных клиентов: вот куда идти, как с вами связываться, или это просто самостоятельная какая-нибудь уже автономная модель, где ты можешь выйти на какой Интернет-портал и самостоятельно настроить все интерфейсы для себя? Как это у вас работает, как с вами работать?

Денис Бурлаков:

Ну, с нами работать очень просто. Во-первых, сайт rbk.money (очень просто), на этом сайте сразу же любой мерчант, владелец маленького или большого Интернет-магазина может, нажав на кнопку, получить полный доступ к инструкциям о том, как подключить сайт к оплате с помощью либо стандартного модуля, коих у нас около 30-ти, либо, если это большой Интернет-магазин, сразу же написать в поддержку и провести специализированную интеграцию.

Олег Иванов:

Друзья, поэтому обратите внимание: rbk.money. Правильно?

Денис Бурлаков:

Да.

Олег Иванов:

Обязательно зайдите на сайт, поковыряетесь. Уверен, что много интересного чего-то можете найти там.

Денис Бурлаков:

Абсолютно точно!

Олег Иванов:

То есть, получается, если ты небольшой, самостоятельно можешь поковыряться и попробовать настроить, есть ты более крупный, можно позвонить в поддержку и, соответственно, уже выйти на какие-то специфические разговоры пот непосредственно свой бизнес?

Денис Бурлаков:

Да, еще раз повторюсь. Исходя из нашей стратегии, исходя из нашей наследственности, из нашей ДНК, мы универсальная система, поэтому работаем с предприятиями, у которых оборот 100 рублей, и с предприятиями, у которых оборот миллиарды. И многие компании, в том числе, критиковали нашу стратегию, говорит о том, что вам нужно как-то определиться, нам нужно как-то вот занять свою нишу. Мы считаем по-другому, мы строим экосистему. Мы строим экосистему мультиэкспертную, мультииндустриальную и, соответственно, экосистему, в которой большое количество потребителей. Мы считаем, что, чем больше экосистема, тем больше у нас есть данных, которые мы получаем, а чем больше у нас данных, тем совершеннее наши технологические алгоритмы.

Олег Иванов:

Логично. Вот все-таки, если мы говорим теперь про некий проброс такой в будущее, получается, в ближайшие 3-5 лет какие вообще тренды видите в этом секторе, куда эта отрасль поедет, пропадут ли банки, поглотит ли всех блокчейн, как многие сейчас с флагами разными бегают и машут влево и вправо, и так далее? Какие прогнозы?

Денис Бурлаков:

Есть у меня такая статья программная, с которой вот совсем недавно выступал на конференции, называется «Not everyone will be taken into the future» («Не всех вас возьмут в будущее»), как раз подробно остановился на том, у каких финансовых сервисов есть возможность остаться конкурентными и получить свою долю рынка именно в будущем.

Олег Иванов:

Так, готов записывать…

Денис Бурлаков:

Здесь несколько есть трендов, в том числе, разнонаправленных, в отношении как игроков, так и потребителей, и в отношении продуктов и, самое главное, в отношении именно географии. Если мы говорим про Россию плюс условно СНГ, то на нашем рынке будут доминировать крупные банки: наш главный зеленый банк плюс другие госбанки, которые будут продолжать держать очень сильную долю, в том числе, игроков электронной коммерции. На втором месте будут крупные платежные сервисы типа нас и наших уважаемых партнеров. Вот мы, в принципе, весь рынок и съедим, то есть мелкие сервисы, они будут либо куплены, либо уйдут с рынка, либо просто-напросто окажутся невостребованными, потому что сейчас принцип универсализации для коммерческого магазина, принцип One-Stop Shop является ключевым. Какие технологии будут востребованы? По-настоящему прорывных технологий мы в ближайшее время не ожидаем. То есть вот последней из прорывных это была бесконтактная оплата, которая, на самом деле, действительно взяла и на рынке сделала какой-то большой шум (именно в России), и большая часть людей, которые пользовались картами, перетекла и стала пользоваться бесшовными оплатами.

Олег Иванов:

А как же идентификация (по лицу, по пальцам), вот там нечего ждать?

Денис Бурлаков:

Нет, сейчас в России, на самом деле, одна из технологий (скорее, наверное, технологий) – это система быстрых платежей, которую запускает Центробанк. Сейчас он ее запустил как переводы между физическими лицами, и все с нетерпением ждут систему платежей, которая будет связывать покупателей, то есть физических лиц и юридических лиц. Это внедрение именно этой системы на рынке Россия может очень серьезно, ну, если не поделить рынок (переделить рынок), то очень сильно повлиять на определенные платежные способы, которые мы используем, и, в частности, естественно, систему быстрых платежей в качестве такого дизраптора, естественно, видит главной своей жертвой международные платежные системы и эквайринг. За счет того, что стоимость комиссии будет значительно ниже (говорят, что она будет на уровне 0.5%) и, соответственно, повысится доступность финансовых услуг, снизится стоимость издержек. Я на самом деле, и многие, наверное, на это не обращают внимания, но я считаю, что вот эта система быстрых платежей, она, в том числе, для рынка будет обладать таким справедливым свойством. Если сейчас в международных платежных системах мы проигрываем крупным банкам, то есть мы не можем работать, например, в комиссиях…

Олег Иванов:

…как электронные платежные системы.

Денис Бурлаков:

Как электронные платежные системы мы проиграем, потому что мы не можем предложить ставку комиссии ниже себестоимости.

Олег Иванов:

А что это за диапазон сейчас (просто для тех, кому интересно)?

Денис Бурлаков:

Ну, скажем так, сейчас себестоимость Интернет-эквайринга – это где-то 1.6-1.7, себестоимость офлайн-эквайринга, то есть торгового эквайринга – это 1.2-1.3. И поэтому мы добавляем 0.5-1.0, и это является нашей выручкой, то есть нашей прибылью. Банки, они в этом отношении более (для них это коммодити)…

Олег Иванов:

…более агрессивны.

Денис Бурлаков:

…более агрессивны, то есть они используют демпинг. Когда будет система быстрых платежей, вот в данном случае ценообразование будет прозрачным и, по большому счету, скажем так, обслуживать крупные Интернет-магазины сможем и мы, и сможет крупный банк, и у него цена будет 0.5, и у нас будет цена 0.5.

Олег Иванов:

А качество?

Денис Бурлаков:

Одинаковое. Ну, то есть он добавит 0.1, и мы добавим 0.1, то есть по цене мы не будем конкурировать, у него будет такая же. Ну, теоретически он сможет сделать 0.1 и работать в минус 0.4, но это будет уже, на самом деле, super-disruptive какая-то модель. И вот тогда на первый план будет выходить не ценовая конкуренция, а конкуренция по качеству, и именно этого мы очень ждем.

Олег Иванов:

Очень интересно! У нас, к сожалению, осталось буквально 4 минуты. Разговоры всегда очень так затягивают, честно говоря, общался бы и общался. Если позволишь, такие вот несколько блиц-вопросов-ответов под конец. Вот представим, что лет через 10 мы так встречаемся за кофе, чаем или за стаканом воды, что называется, и Вы с братом оглядываетесь назад и говорите: «Жизнь удалась», – то есть, грубо, 10 лет прошли прямо вот идеально, все планы, которые ставили себе, вот все отметки, прямо везде галочка стоит, всего достигли. Вот что это за картина?

Денис Бурлаков:

Сразу мне напомнил, в 2015 году на конференции «Merchant Payments Ecosystem» в Германии, куда мы традиционно ездим, я выступал перед аудиторией и сказал о том, что сейчас наша отрасль финтех переживает невиданный бум. Вот сейчас я оглядываюсь (через 3 года) – тогда не было никакого бума, тогда был просто даже не пузырь, тогда было, как в этом анекдоте: «Тогда была белая полоса». Поэтому предугадывать, что будет через год? Ну, то есть мы развиваемся драматическими шагами. Мы, на самом деле, устраиваем стратсессии, если раньше их устраивали каждый год, каждые полгода, сейчас устраиваем стратсессии каждый квартал: пересматриваем продуктовую стратегию, пересматриваем финансовую стратегию – мы их не пересматриваем, мы приводим их в соответствие, потому что слишком много вводных (международных вводных, продуктовых вводных, технологических вводных, скорости регуляторных, в том числе, вводных), то есть на все это нам нужно реагировать. Поэтому, что будет через 10 лет?

Олег Иванов:

Это большая картина, а если детали убрать?

Денис Бурлаков:

Ну, здесь, на самом деле, мы смотрим на такую ключевую технологию, о которой мы сегодня не поговорили, но я знаю, что ты в ней профессионал, то есть это блокчейн. Мы внимательно за ней смотрим, то есть блокчейн, на самом деле, может быть технологией, которая раздизраптит вообще весь мир, в том числе, финансовую систему, или может, на самом деле, стать просто нишевой технологией, которая будет использоваться как смарт-контракты просто в каких-то отдельных отраслях. То же самое, как и криптовалюты, то есть криптовалюты могут изменить весь мир, а могут, на самом деле, быть инструментом исключительно теневой экономики, может, даже нелегальной экономики, то есть, куда они, в принципе, сейчас интенсивно заходят и таким образом маргинализируются. В свое время мы выступали борцами с наличными, то есть мы хотели, на самом деле, все диджитализировать, потому что, как только деньги диджитализируются…

Олег Иванов:

…получается прозрачность.

Денис Бурлаков:

…получается, с одной стороны, прозрачность, и с точки зрения повышения эффективности бизнеса, то есть с безналичными деньгами легче расставаться, чем с наличными, то есть получаются такие бесшовные платы. Поэтому, как только у тебя все диджитализируется, в этой digital-системе процессы происходят совсем с другим количеством скорости.

Олег Иванов:

Интересная фраза, надо будет запомнить, что с безналичными деньгами легче расставаться.

Денис Бурлаков:

Да. Вот очень простой тест. Вот, смотри, сколько у тебя денег наличных в кармане, ну, допустим, знаешь?

Олег Иванов:

Конечно.

Денис Бурлаков:

А безналичных?

Олег Иванов:

Ну, да, это уже сложнее, согласен.

Денис Бурлаков:

Это уже сложнее. Поэтому вот блокчейн, криптовалюты, каким образом они повлияют, как на них будут смотреть регуляторы? Я думаю, что, на самом деле, они должны занять какое-то место, потому что сейчас это огромная проблема траста и маргинализация именно этого средства платежа, технологии. Ну, мы за этим будем наблюдать и, на самом деле, надеемся, что от пилотов это придет к каким-то промышленным именно продуктовым (даже не платформенным, а продуктовым) решениям, за этим будем смотреть.

Олег Иванов:

Последний вопрос. Вот на этом пути, через 10 лет, представим себе, что нужны ресурсы какие-то. Один из таких самых основных ресурсов – это, конечно же, команда. Вот, если представить себе каких-нибудь людей из ныне живущих, или которых уже сейчас в мире не существует, вот есть ли такие люди, которых хотелось бы иметь рядом для того, чтобы этот путь пройти быстрее, масштабироваться по всему миру и, собственно, создать такую великую, огромную империю, конкурирующую, в общем-то, с крупными игроками мира?

Денис Бурлаков:

Ну, в данном случае, наверное, скажу банальную вещь. С другой стороны, это вещь, которая из моей бизнес-практики, то есть успех получаем мы, когда выращиваем своих собственных людей, потому что, на самом деле, таким образом мы растем органически. Они впитывают всю бизнес-культуру, в том числе, корпоративную культуру и нашу экспертную культуру. С другой стороны, органичный бизнес успешный невозможно построить только на органике, то есть необходимо влияние со стороны. Поэтому в этом отношении я, наверное, возьму за пример спорт, потому что он очень чистый. Вот возьмем обыкновенную футбольную команду. Как добиться успеха? Это сбалансированное сочетание приглашенных звезд и своих собственных воспитанников, и тогда получается команда мечты. Вот мы свою команду мечты в РБК будем строить, воспитывая своих собственных воспитанников через свои собственные школы, которые у нас есть, корпоративные университеты, ну, и, естественно, приглашать с рынка людей, которые будут вливать свои новые знания, новую кровь и свою, конечно же, международную экспертизу.

Олег Иванов:

Очень хорошая такая футбольная аналогия у нас прямо под закуску, что называется, осталась. Денис, спасибо тебе огромное! Очень интересный, глубокий разговор! Как всегда, не хватает времени. Желаем, конечно же, удачи на вот этом очень нелегком и ярком пути! Наверняка где-нибудь еще будем пересекаться, поэтому еще раз спасибо за эфир! И всяческих удач! Друзья, вам тоже хорошей недели, попутного ветра! Пока-пока!

Денис Бурлаков:

Счастливо!

}