Наталья Андреева Книголюб, книгодел, автор уникального книжного стартапа, создатель театральных книг-миниатюр для детей 06 апреля 2019г.
Театр теней
Эволюция современной книги: ожидания и реальность

Елена Семаева:

Добрый день, дорогие слушатели (они же зрители). В прямом эфире радио Mediametrics программа «Женская логика» — проект «Союза женских сил». Сегодня суббота и поэтому здравствуйте, с вами ее ведущая Елена Семаева. Сегодня у нас не будет того гостя, которого мы заявляли заранее, так получилось, будем ждать в следующую субботу, обещает прийти к нам. Станислава Комарова сама расскажет, почему не пришла. Мне кажется, что эта причина уважительная, но зато сегодня не менее интересные гости. Мы поговорим о том, как же изменилась современная книга или возможно еще изменится, но детская-то книга точно изменилась. Собственно, посмотрим, о чем речь: видео в студию.

<Видео>

Выглядит волшебно, но вы не поверите — это действительно книга, и называется она либо «Театр теней, либо «Книга теней» — сегодня в процессе будем разговаривать как именно ее назвать. И у меня в гостях Наталья Андреева — автор, создатель этой книги, собственно, книголюб, книгодел, домохозяйка и просто мама. Наталья, здравствуйте.

Наталья Андреева:

Всем здравствуйте.

Елена Семаева:

Я еще напомню нашим слушателям, что у нас работает номер WhatsApp 8 9775600205, куда вы можете присылать свои вопросы моей гостье и самый интересный вопрос мы каким-нибудь образом сегодня вознаградим, да, наверное, может быть даже подарим книгу.

Наталья Андреева:

Да, именно книгу.

Елена Семаева:

Задавайте свои вопросы, а мы в процессе будем разговаривать и вам, наверное, будет, что добавить 8 977 5600205. Наталья всегда говорили, что двигатель прогресса — это лень. Но мне кажется, что мы сейчас смело можем добавить, что двигателем прогресса в XXI веке является мама в декрете.

Наталья Андреева:

Прямо в точку.

Елена Семаева:

В точку. Почему, расскажите нашим слушателям, почему я в точку.

Наталья Андреева:

Мне кажется, это женщины, которые были активны на работе и потом их поместили в другую среду. Я была в международной компании, работала, занималась внешними связями и потом у меня все оборвалось и тут начался декрет. В декрете ты постоянно имеешь этот круглосуточный режим, ты все время с ребенком, ты занимаешься им. Соответственно, ты всю свою энергию направляешь на ребенка и на его развитие, в том числе, бывает перебор с развитием.

Елена Семаева:

Но ведь говорят же, что декрет сам по себе требует большой энергии. То есть у вас было ее столько, что хотелось еще вложить?

Наталья Андреева:

Ну да, но все равно хочется. То есть ты был профессионалом, ты был реализован, ты уважаем был, а тут ты получаешься в коробке и тебе нужно какое-то признание в любом случае.

Елена Семаева:

И это признание часто получается связано с детьми. Потому что я вспоминаю свою подругу, которая, когда я в юности играла на сцене театра, она ходила зрителем и ей было достаточно. Как только у нее появились дети (причем там погодки родились), она сказала: давай сделаем свой театр. Причем для малышей. Я говорю: давай для подростков, она: нет, давай для малышей, 2 — 5. Смысл-то в том, что, когда вы занимались со своей дочкой, в этот момент и пришла, собственно, идея.

Наталья Андреева:

Да, ты просто погружаешься в новую среду и изучаешь ее заново. То есть раньше ты изучал свою рабочую сферу, а теперь ты изучаешь детскую. Соответственно, ты столкнешься с детской литературой, с детскими игрушками. И когда ты попадаешь в эту среду, ты сначала шокируешься, потому что есть очень разные вещи. Есть качественные, некачественные и ты для своего ребенка пытаешься выбрать лучшее. И поэтому ты прям погрузился, узнаешь (я, допустим) иллюстраторов, книги, издательства. Где, что, как лучше, какие лучше смотреть картинки ребенку, как воспитать его вкус — вот в это во все ты когда погрузился. И на этом фоне оно само рождается (у меня лично родилось само).

Елена Семаева:

Я читала, что у вас дома большая библиотека, неужели вам ее не хватило? Почему понадобилось что-то еще?

Наталья Андреева:

Прямо вот этого же не было. То есть почему оно родилось: потому что прямо захотелось. Мы играли в театр теней, она говорит: — Давай «Дюймовочку». А как я сделаю «Дюймовочку»? Я говорю: — Давай.

Елена Семаева:

Когда вы говорите «театр теней», вы что подразумеваете? Вы с ней выключали свет…

Наталья Андреева:

Да, да. Руки, играем: кошечки или зайчики, собачки.

Елена Семаева:

На стене пальцами, руками.

Наталья Андреева:

Да, да, да. А ей пришла идея «давай “Дюймовочку”». Окей, давай, но из рук, естественно, не получилось, мы стали ее вырезать. Потом я стала…

Елена Семаева:

Из бумаги, да? Из картона.

Наталья Андреева:

Да, да. Думаю, как же, может она есть? И не нашла нигде.

Елена Семаева:

То есть тогда эта идея и пришла: что такая книга, вырезанные такие фигурки могут быть, да?

Наталья Андреева:

Хотелось именно настоящую сказку.

Елена Семаева:

Начали искать, да?

Наталья Андреева:

Да, и не было поэтому пришла идея именно такой книжки. То есть сначала мы не смогли вырезать и я поняла, что это вообще для меня невозможно, мои руки не золотые. Поэтому пришла идея и дальше началась проработка. То есть она пришла в голову и я думаю: как же, почему этого нет? И стала работать в этом направлении, стала спрашивать у друзей, стала говорить с мужем. Все говорят: ну что за идея?!

Елена Семаева:

Я сейчас на секунду буквально вас перебью, скажу нашим слушателям по сути уже таких два рецепта для начала стартапа и для успешного дела. Это мама в декрете, когда у нее возникает потребность как-то занять ребенка и свою энергию, и второй момент, когда руки не золотые. Голова золотая, а руки не золотые. Смотрите, Наталья, ведь, как мне кажется (я сейчас буду такой провокационный немножко вопрос задавать), но мне папа домики вырезал сам, руками. А когда-то были книжки, они, по-моему, и сейчас тоже есть, книжки-раскладушки. Опять же давно-давно, еще в народных каких-то гуляниях использовался вертеп. То есть что здесь нового? Я немножко ее покручу, пока вы отвечаете.

Наталья Андреева:

По мне новое — удобство. То есть для меня это то, что все в одной коробке: ты просто достал, ты реально не тратишь, не вырезаешь, потому что есть заготовочки или что-то еще. Просто достал, поставил, включил фонарь и у тебя готово все, тебе ничего не надо вообще. Тем более все люди заняты: ты пришел с работы, устал, поэтому все — достал и у тебя этот вот магический вечер уже готов, и тебе действительно не надо ничего делать для этого. Поэтому по мне именно новое — это вот это, и плюс есть театр на палочках, но театр на палочке, если это не пластик или дерево, оно быстро ломается. А здесь все равно мы столько тестировали и делали, чтобы это было заплетено в паутину, чтобы это было не так просто сломать.

Елена Семаева:

Чтобы это было ажурно, да?

Наталья Андреева:

Да, ажурно, детали. Когда ты на палочках ты, конечно, шевелишь палочками, но у тебя нет деталей, вот этого всего мира, в который ты погрузился: цветы, природа. Вот это все в совокупности — это для меня лично, у каждого же свое: кому-то то нравится, кому-то... Для меня это удовольствие и, слава богу, для моего ребенка тоже.

Елена Семаева:

Эти детали, да?

Наталья Андреева:

Да, да, да, да.

Елена Семаева:

Как она работает собственно?

Наталья Андреева:

Целая сказка, у нас возложена на 8 иллюстраций. Ты ее ставишь, светишь на каждую иллюстрацию и рассказываешь сюжет сказки. Моя дочь, например, один раз мне дала рассказать, ни разу больше я не рассказывала. Потому что она сказала: я буду это делать сама. Сначала она рассказывала тот сюжет, который есть на самом деле, теперь она им придумывает новые имена, то есть новый сюжет у нее начался с новыми именами: Миша, Маша, Настя. А потом, когда она уже много раз ее проиграла, начались новые истории: она уже эту картинку обыгрывать по-новому, другой сюжет у нее в этой сказке. Но все началось, конечно, классически: первую сказку я прочитала, а потом уже началось развитие: имена, новые сюжеты и по мне это очень здорово.

Елена Семаева:

Я правильно понимаю сейчас то, что я слышу: я вижу несколько страниц, 8 вы сказали здесь в «Дюймовочке»...

Наталья Андреева:

8 иллюстраций, да, каждая сказка разложена на 8 иллюстраций.

Елена Семаева:

… и мне, допустим я не знаток, казалось, что один раз рассказать, второй раз рассказать, а что там можно дальше рассказывать? Ведь по большому счету картинки- то не меняются. Или при помощи фонарика как-то там можно варьировать различные тени и соответственно делать уже какой-то другой спектакль?

Наталья Андреева:

Дети разные бывают: дети некоторые просят эту сказку 10 раз читать, рассказывать и снова рассказывать. У нас были такие сказки тоже в детстве, которые прямо каждый день опять, опять, ладно, хочет, пусть читает. Мы продолжили именно изменениями имен, изменение сюжета. То есть ты видишь картинку — девочка и жук, и дальше ты уже сам. Ты можешь это как «Дюймовочку» представить, как сказки, можешь вообще другой сюжет придумать. Есть ещё вариант иногда, допустим, в основном она с «Золушкой» любит играть, мы ее расставляем и она идет в сюжет. То есть она не за декорацией сидит, а уже мы делаем ее роста принца, ее роста вот этих сестер и она играет там, на стене вместе с ними уже. То есть они — тени и она вместе с ними. Тут два варианта: ребенок за ширмой и ребенок перед ширмой, и он уже в театре и тени вместе с ним играют.

Елена Семаева:

То есть такая книга теней, книга-театр и книга-игра по большому счету, да?

Наталья Андреева:

Ну да, да, да. Тут как твое воображение пойдет, как воображение ребенка пойдет, как он захочет. Кто-то днем расставляет: они с девчонками иногда расставят днем и сидят. Я думаю, что днем ты сидишь! Нет, сидят, что-то рассматривают, разговаривают.

Елена Семаева:

То есть смысл автора, у вас как автора и иллюстратора, который с вами в паре работает— это как можно больше деталей нарисовать, наверное, да?

Наталья Андреева:

Да, но опять же тут не перейти границы, потому что вы не представляете, что мы сначала рисовали какие-то невероятные картины, а потом понимали, что они очень слабенькие, то есть чуть что можно оторвать. Поэтому деталей становилось немножко меньше, но при этом не терялась эта вся красота, которая у нас получилась. То есть мы все равно держим баланс между количеством декораций и прочностью все-таки.

Елена Семаева:

Я напомню номер WhatsApp — 8 9775600205. Вы можете писать свои вопросы моей гостье. У меня в гостях Наталья Андреева — книголюб и книгодел и просто мама, которая взяла и создала для своего ребенка книгу-театр, книгу-игру, книгу теней, мне почему-то нравится это название. 8 9775600205. Наталья, почему вы решили, что она будет черная? Почему не цветная?

Наталья Андреева:

Потому что в темноте не видно. Кстати, на выставке почему-то — я сейчас из Болоньи приехала — мне больше всего вопросов задали: а почему вы сделали черную книгу, почему черную. Потому что ее не видно в темноте, она реально в темноте не мешает. Она не отражает свет, она съела тот свет, который на нее светил и дала эти силуэты все, и не мешает. Потому что все равно белая книга ее сразу видно ночью, а черную не видно, она растворилась.

Елена Семаева:

Она дала тень и то, что нужно было, да...

Наталья Андреева:

Да.

Елена Семаева:

… она дала эту игру. Есть вопрос: можно ли на эту чёрную книгу наклеивать какие-то цветные фрагменты? Если да, то из какого материала и не потеряет ли она тогда свою суть, свой смысл?

Наталья Андреева:

Каждый человек, мне кажется, может делать все, что хочет все-таки. Хоть раскрашивать ее в краски цветные — это воля каждого. Мы также как-то играли с дочкой: мы брали цветные стеклышки зеленые и мы просто свет меняли. То есть у нас был свет, допустим, зеленый, просветили айфоном через стекло и получался зеленый такой рассеивающий. Не знаю зачем, просто так хотелось в этот момент.

Елена Семаева:

То есть вы добавляли уже, получается, цвет.

Наталья Андреева:

Цвет, да. Просто свет от фонарика становился зеленый.

Елена Семаева:

Вы сказали, что можно раскрашивать. Настолько я понимаю, это же не обычная бумага?

Наталья Андреева:

Это картон, это плотный картон. Я не пробовала, честно могу сказать, но дочь у меня иногда вырезает оттуда. Так как у нее много книжек, для нее было сделано, она иногда вырезает этих персонажей, иногда их обводит. Но первое предназначение, конечно, это представление. А человек хочет, как из книжек он вырезает иногда картинки, наклеивает себе в тетрадку. Тут тоже можно это делать.

Елена Семаева:

Вы говорите «я не знаю, не пробовала рисовать», но зато я точно знаю, что читала у вас было много проблем с бумагой пока вы нашли нужную бумагу.

Наталья Андреева:

Да, это действительно так. Было очень сложно, мы сначала производились в России, и я не совру, вообще не совру, я протестировала 50 видов бумаги или больше. Это была синяя, разная она себя по-разному ведет при лазерной резке. И мы нашли единственную, реально одну только, которая нам подходило по всем параметрам, чтобы мы могли сделать хороший продукт. И я даже столкнулась с тем, что я первую партию заказала — там определенное количество бумаги, а перед Новым годом, когда мне нужно было делать новую партию, бумага закончилась во всей Москве. И тут было страшное. Это совет очень важный, если вы планируете дальше и вас устраивает продукт, материал, то запаситесь им, потому что действительно, в Москве есть нюанс — перед Новым годом вообще все заканчивается.

Елена Семаева:

Даже в Москве!?

Наталья Андреева:

Да. И пришлось под заказ ее ждать месяца 4 она из Италии идет (растаможка и все остальное). Благо компания, которая ее зарезервировала, у них осталось. То есть мы выходили долго на них и они нам отдали, им не надо было столько, они просто зарезервировали столько, но нам отдали и мы спаслись.

Елена Семаева:

Возвращаясь к бумаге, собственно, а в чем был затык? Почему какая-то бумаги не подходила?

Наталья Андреева:

Сейчас я все наши секреты расскажу.

Елена Семаева:

Давайте, рассказывайте все секреты.

Наталья Андреева:

Некоторая бумага плывет: у бумаги разный состав, в некоторую бумагу добавляют кожу, что-то еще и она по-разному себя ведет. Некоторая бумага прямо реально не режется и не дает вообще, персонажи все плывут, ломаются. Пачкается бумага, большинство бумаг пачкается очень сильно. Конечно, этого практически невозможно избежать, чтобы вообще не было этих частичек, когда вырезается, как огнем же вырезается, но мы нашли ту, которая практически не пачкалась.

Елена Семаева:

А художник, когда он рисует, ему нужно знать какие-то специфичные вещи о бумаге или нет, или его это не касается?

Наталья Андреева:

Нет, его это не касается. К нему мы все время только он нарисует и мы начинаем: я обвожу каждый — вот здесь прорвется, вот здесь прорвется, вот здесь мы не вырежем — лазер с воздухом делает, то есть тоже не все расположение декораций можно вырезать так легко. То есть если кто-то думает, что сейчас я ее сделаю, то я пожелаю им удачи.

Елена Семаева:

Тут даже есть вопрос на самом деле: есть ли какой-то конкурс для художников, для того чтобы работать над этой книгой?

Наталья Андреева:

На самом деле я просто долго выбирала. Я реально тысячу, не тысячу, много-много смотрела. Там же силуэт прежде всего должен прямо заиграть, то есть тут фишка в том, что силуэт должен быть наделен каким-то характером, своим настроением в определённый момент и это очень сложно с силуэтом сделать. И я когда смотрела художников, нашла того, кто мне показался... у него в целом такой стиль силуэтный сам и я решила, что он точно подойдёт. И мы сошлись сразу же. Вообще родители у него театралы, работали в театре, он сам там работал со светом, поэтому он меня понял сразу же.

Елена Семаева:

Мы сейчас кусочек видео посмотрим, как собственно делается книга именно художником, а потом вернемся к нашему разговору.

<Видео>

Елена Семаева:

Я когда смотрю, мне, конечно, кажется, что легко. А вы говорите, что очень много приходится переделывать. То есть по сути он нарисовал, он проявил свою фантазию, какой-то заказ вы ему сделали, он проявил свою фантазию, а потом идет кропотливая работа по тому, чтобы...

Наталья Андреева:

Доработки, да.

Елена Семаева:

Это долго происходит? Какой это срок примерно?

Наталья Андреева:

Первую книгу мы, наверное, делали около 2 месяцев (все вместе с тестами). Мы же тестировали на детях, с детьми играли много, чтобы они потрогали, чтобы ничего не оторвалось. Это тоже в процесс входило, то есть около 2 месяцев книгу делали. Но вообще это целый процесс изготовления, а когда идея и потом, когда я долго искала производства — больше полугода прошло. Потому что реально, найти производство... это было очень дорого, никто не хотел делать.

Елена Семаева:

Смотрите, у вас получается от идеи сделать для дочки — вы могли бы, вам позволяли средства, возможности просто сделать книгу для дочки — вы решили, что вы будете делать это для многих детей, то есть это будет дело. А вот теперь про дело: какие, собственно, нюансы — открытия, может быть разочарования ждали, когда вы начали заниматься этим стартапом.

Наталья Андреева:

Вообще, я думаю, те кто занимался делом и вообще начинал бизнес, понимает, что тебя ждут испытания на каждом шагу. Любой этап у меня был связан с определенным испытанием: вначале мне надо было найти, кто мне это произведет, сначала мне надо было разобраться вообще, как это возможно сделать. Когда я придумала это, в голове держала я думала: ага, сейчас отштампуем (знаете, штампы есть, которые просто вырезают). Нет, такие мелкие они не вырезают. Мне сказали: только лазер. Дальше пошли к лазерщикам, а лазерщики мне сказали, что, извините, это будет стоить миллион практически. И пришлось отложить идею, я думала, наверное, не получится, потому что дорого. Потом нашла технолога, технолог сказала: мы сейчас если сделаем не так все ажурно, то тогда в сантиметрах это уменьшится (потому что лазер считается сантиметрами), его цена уменьшится и, в целом, мы можем сделать удобную цену более менее. Вряд ли кто купит за 5000, это будет сильно дорого, и мы пришли к общему знаменателю, чтобы ее можно было выпустить. Это тоже заняло очень много времени, а потом, казалось бы, как легко: все, мы все сделали, начали производить, а производство дает 30-40% брака, это тоже же надо заложить. То есть кажется, что я сейчас эту цену, я смогу недорого ее сделать, чтобы все могли купить. Нет — брак. Потом есть…

Елена Семаева:

Почему так много?

Наталья Андреева:

Ну вот так в России у нас. Я не знаю.

Елена Семаева:

Это в России?

Наталья Андреева:

Да, мы поэтому от России отказались и перешли, в Китае стали производить. То есть у меня нет вопросов, и делали все хорошо, просто очень медленно. Просто те, кто согласились на нашу цену, у них был один станок и они могли немного производить, и брак был, естественно: где-то по склейке брак, где-то не дорезалось что-то. Плюс вначале я разделила процессы, что никто, ни один производственник бы не сделал. Так как я не сталкивалась с производством, здесь у меня производилась книга, здесь склеивалась, там коробка, это все потом собиралось. Представляете: пока доехало, кто-то что-то сделал, там не так собрали. Я-то за качество, каждую книгу отсмотришь, половину уберешь и это занимает много времени, поэтому у меня все заканчивалось перед Новым годом. Люди спрашивали: давайте еще, давайте еще, и мне в магазине просто сказали, что сделайте на большом производстве и даже посоветовали. Я потом туда съездила (в Китай), посмотрела, что реально классное производство. Я тоже представляла же Китай как все у нас, наверное, представляют, что там что-то страшное. А там прекрасно.

Елена Семаева:

Есть такое явление. Действительно, почему Китай? Потому что китайские игрушки даже, по-моему, проходили как-то качественный отбор.

Наталья Андреева:

Мы производимся на фабрике, которая работает (вообще, в целом фабрика) только для европейской продукции. Она делает книги для Германии, сейчас для России — как раз нас уже несколько поставщиков из России — у них есть все сертификаты, то есть это сертифицированная продукция, сертифицированная бумага. У них работники работают в одежде специальной, есть определенные отделения, где это производится, что нет доступа. То есть там все хорошо, очень хорошо, поэтому я была в восторге.

Елена Семаева:

Наталья, смотрите, окей, Китай, все хорошо, но Россия — нас интересует Россия — почему так, в чем проблема? У нас не развит малый бизнес, у нас скепсис? С чем вы столкнулись, почему этот брак?

Наталья Андреева:

Ну либо мне делали бы очень дорого, прямо очень дорого, а те кто справлялся с этим, просто у них не хватило мощности это все сделать. Почему брак — я не знаю, почему, я все время спрашиваю, почему у меня то произошло с обложкой, почему это произошло, почему… я не знаю.

Елена Семаева:

Но ведь на старте вы когда ходили, вам вообще, по-моему говорили, что эта идея некоммерчески способна, что она вообще нежизнеспособна. Это же скепсис.

Наталья Андреева:

Да, конечно, я не знаю, с чем это связано. Наверное, если бы я так не горела, что мне казалось, что это суперидея и я ей болела, горела, я бы сдалась в определенный момент. Поэтому все, что мне говорили, оно меня как-то не касалось и я дальше продолжала работать.

Елена Семаева:

То есть вас не касалось — вы имеете в виду, что вы...

Наталья Андреева:

Меня это не затрагивало, я им не верила. Они говорят «не получится», я — «ну ладно, не получится».

Елена Семаева:

Вообще сомнений не было?

Наталья Андреева:

У меня были сомнения только, когда бумага закончилась в Москве. Я думаю: все, все я не вытяну это, это я уже точно не вытяну.

Елена Семаева:

Имеете в виду именно коммерчески?

Наталья Андреева:

Нет, я не вытяну эмоционально, потому что меня все ждут, отзывы шикарные, люди в восторге от книги, а я их не могу произвести — бумаги нет. Я не могу делать из другой бумаги, я не хочу делать плохо. Поэтому у меня была паника. Но, видимо, когда ты сильно хочешь все равно как-то что-то свыше тебе помогает. И мы нашли кто бумагу эту забрал и взяли, и произвели дальше.

Елена Семаева:

Но ведь был же этот момент, когда, я знаю, что вам дали инвестиции, первые инвестиции дал муж, все равно был момент, когда решение приходилось принимать самой. То есть была неделя, да, когда было это сомнение или что, или это размышления были, были просчеты?

Наталья Андреева:

Размышления были. Но даже иногда с мужем, когда я говорю: а если у меня ничего не получится? Я же все равно такой человек, очень скрупулезный, чтобы куда-то прыгнуть, я не бегу с шашкой наголо. Нет, мне надо все продумать, 300 путей, чтобы это все было и только после этого я шагну. А он говорит: окей, ты сделала классный продукт (уже на выходе он сказал, что я сделала классный продукт). Поэтому, даже если ты не заработаешь на этом, то в целом ты сделала пользу миру...

Елена Семаева:

Дочь порадовала.

Наталья Андреева:

... дочь порадовала в любом случае, порадовала людей, которым нравится книга.

Елена Семаева:

А как вы, кстати, поняли, что людям нравится книга?

Наталья Андреева:

Первый этап, когда я сделала тестовую партию, я думала, как ее запустить и решила запустить через краудфандинг. Это такая платформа, где ты просто рассказываешь про свой проект и люди тебя поддерживают (или не поддерживают).

Елена Семаева:

И сейчас внимание наших слушателей и зрителей: краудфандинг обычно используется, для того чтобы собрать деньги на стартап как раз таки. У Натальи деньги на стартап уже были, уже вышел тираж и здесь краудфандинг был использован по другому.

Наталья Андреева:

Как тест идеи, то есть мне надо было понять понравится или не понравится. Мы запустили, мы сделали видео, сделали фотографию, написали очень красиво — там очень удобно на платформе: сайт, где ты все рассказываешь о своей идее — и запустили ее в социальные сети, рассказали друзьям. И в целом людям намного проще тебя поддерживать, когда ты не просто говоришь идите, купите в магазин мою книгу, а когда ты именно через платформу обращаешься к ним: подержите, пожалуйста, мой проект. Тогда они дают как бы частичку себя, своей энергии, чтобы тебя поддержать через краудфандинг. И реально собралось, и люди поддержали, спрашивали потом, когда получили уже первый экземпляр (это было как раз до Нового года). Пошли отзывы, что не ожидали — у многих было так, что они поддерживали краудфандинг либо собирались деньги, а тут и деньги собрались, и пришел продукт, который удивил, это очень понравилось. Поэтому, в целом, мы получили такой хороший фидбэк и я поняла, что окей, все, делаем сайт, завожу ИП. Это для меня было самое страшное — ИП сделать, хотя это на самом деле очень просто.

Елена Семаева:

Сейчас к ИП вернемся. Наталья, мы очень долго думали как вас назвать в эфире, потому что до этого вы работали менеджером, по-моему. Что из того, что вы делали раньше (организовывали мероприятия) пригодилось здесь, в этом стартапе?

Наталья Андреева:

Да все. Я в целом — организатор, когда работала в международной компании, я занималась внешними связям, в том числе организовывала большие мероприятия для прессы, для детей, для клиентов. То есть я всегда занималась какими-то организационными процессами. Потом в ивентах ты вообще, в целом продюсер, который делает мероприятие: ты работать с подрядчиками, с клиентами и ты все время коммуницируешь, и все время организовываешь процесс. И в целом этот навык организации процессов четко перешёл в новую деятельность. Училась я на рекламный менеджмент и у меня даже диплом был: я разрабатывала новый продукт и выводила его на рынок (я морс тогда еще делала). И это в целом тоже мне все очень помогло, потому что я и училась на это, и занималась потом.

Елена Семаева:

Звучит очень безоблачно как-то: инвестиции были, навыки, знания были и все так пошло здорово, энергия была. Но неужели не было никаких ошибок, о которых может быть сейчас можно и пожалеть или как-то себе такую галочку поставить, что на будущее я этого не сделаю?

Наталья Андреева:

Их миллион было. То есть они как раз были на каждом этапе: первая ошибка — разрыв производства, никто никогда так не делайте. Вторая ошибка: я не учла, что будет брак, я не заложил это в стоимость. Поэтому цена, по которой мы продавали в начале вообще не приносила нам прибыли. Потому что брак все съедал и мы можно сказать даже немного в минус продавали (еще на Бумстартере) книги. Плюс я делала все сама, это самая, мне кажется, большая ошибка. Когда тебе нужно развивать, ты получаешь классный фидбэк, а ты вся в этой рутине: там заказы, тут курьер.

Елена Семаева:

А почему? Почему все делала сама?

Наталья Андреева:

Вот я такая. Боялась. Боялась нанять людей, боялась делегировать. В целом это моя проблема — делегировать, мне кажется, что вот так как я надо делать. А сейчас я уже делегирую и реально люди-то намного есть профессиональнее в областях узких и я им отдала, и у меня время появилось. Я могу хоть стратегическими задачами развития [заняться] (мы сейчас пытаемся на мир выйти). А в прошлом году я даже и не думала об этом, потому что я закопалась в эти мелкие дела и ничем не занималась больше, и не было развития в тот момент.

Елена Семаева:

А что из этого помогло вытащиться? Был какой-то момент, я не знаю, дочка подошла: «Мама, давай поиграем в книжки».

Наталья Андреева:

Дочка меня тоже иногда спрашивала: «Мама, а когда закончится театр теней?».

Елена Семаева:

Да?

Наталья Андреева:

Да. Она просто хотела, чтобы я побольше была дома и она иногда спрашивала. Когда я все время говорила «мне еще надо в офис, мне еще надо на склад, мне еще над туда». И периодически она со мной, она знает уже и склад, и офис, поэтому она часто сопровождает. Действительно, просто приходит этап и ты понимаешь — либо ты идешь дальше, либо ты на этом же уровне остаешься и дальше рукоделием занимаешься. Муж, конечно, помог, он всегда говорит: «чего ты сама-то все делаешь, люди есть».

Елена Семаева:

То есть такой голос сверху был. А какие еще может быть были ошибки, юридические нюансы опять же — вы же, скорее всего, оформляли патенты, да?

Наталья Андреева:

ИП, да. ИП я поздно оформила, допустим, советую для краудфандинга оформлять ИП и заключать договор с краудфандингом от ИП, потому что ты будешь платить потом 5-6%. А когда ты как физлицо, ты 15% со всего оборота отдаешь, это тоже нюансы. ИП — это страшно, я думала, налоговая отчетность — это все. А на самом деле просто нанимаешь бухгалтера (их много), который с тобой вместе каждый квартал оформляет эту отчетность, все вместе вы это делаете. Это не сложно, нужен бухгалтер на первом этапе раз в 4 месяца, и потом вы делаете годовую отчетность и все. Это не [так] страшно как кажется, а так как я с этим не работала раньше, мне было страшно.

Елена Семаева:

А какие-то еще юридические нюансы? Ведь скорее всего вы должны были оформить авторское право или патент, как но это называется?

Наталья Андреева:

Да.

Елена Семаева:

Здесь на самом деле очень много же интересностей всяких.

Наталья Андреева:

Да, мы со многими юристами встречались, все делали. Тоже на первом этапе не задумаешься об этом, а когда это выходит на определенный уровень, сразу думаешь «ага, страшно». Поэтому мы пошли и с юристами все это сделали, договора заключили. Любая сложная задача, которая кажется сложной, как только ты садишься и делишь ее просто на мелкие, и тогда все получается. То есть когда кажется, что, допустим, международный рынок — это так страшно, потом садишься и думаешь, как на него выйти: для этого есть выставки, для этого есть издательства, дистрибьюторы и так далее. Делишь это на мелкие части и понимаешь, как каждую эту задачу решить. И тогда ты добиваешься того, чего хочешь.

Елена Семаева:

То есть когда мы говорим о том, что в России достаточно сложно делать бизнес, малый, средний бизнес, вы можете это опровергнуть и сказать, что все возможно?

Наталья Андреева:

Да, мне кажется всегда все возможно, главное хотеть этого. Есть препятствия, если ты сильно хочешь и делаешь все возможное, изучаешь все, читаешь умные книги — столько же написано как люди запускали процессы, как люди строили бизнес! Они же всегда делятся своими какими-то инсайтами.

Елена Семаева:

«Женская логика» — проект «Союза женских сил» в эфире радио Mediametrics. 8 9775600205 — номер нашего WhatsApp, вы можете задавать вопросы моей гостье — 8 9775600205. Такой вопрос есть: есть ли кто-то (может быть из инвесторов), кто поддержит создание этих книг, распространение их в больницах, детдомах, в школах для детей с ограниченными возможностями? Думали ли вы над этим вариантом?

Наталья Андреева:

Думали вот перед Новым годом и даже передавали часть книг. Мы с компаниями сотрудничали, у нас были корпоративные заказы, и компании говорили, вы можете передать книги нам, которые мы передадим в детский дом или в больницу, то есть мы так передавали. А напрямую — было в мыслях, но еще пока не проработали это.

Елена Семаева:

Сколько вообще стартапу лет, когда вы начали?

Наталья Андреева:

Когда мы начали… почти уже два года.

Елена Семаева:

И дочка уже устала.

Наталья Андреева:

Как идея пришла, почти два года. Нет, у нее просто это перед Новым годом возникает, потому что перед Новым годом такая большая пора — и у нее пора всяких концертов, и у меня пора, потом что особый ажиотаж предновогодний. Поэтому перед Новым годом у нее были вопросы.

Елена Семаева:

Вопрос: когда ребенок берет любую другую игрушку и вашу книгу, книгу теней, отличаются ли его эмоции, когда он играет в эту книгу или какую-либо другую игру.

Наталья Андреева:

Есть разные дети. Есть дети, которые прямо в восторге от нашей книги, есть дети, на которых она не произвела впечатление. То есть ребенок, допустим, очень активен и он не хочет присесть и посмотреть. Каждый ребенок разный, любая кукла тоже кому-то нравится, кому-то нет. Поэтому я спокойно отношусь.

Елена Семаева:

Давайте тогда говорить о тех, на кого она произвела впечатление, у них каких эмоции? С чем это можно сравнить? Потому что это же не обычная книга, которую открыл и читаешь.

Наталья Андреева:

В основном взрослые сравнивают, те взрослые, которые у меня покупают, они все время рассказывают: «мы в детстве с родителями сидели, смотрели диафильмы, это так похоже!». То есть они сами проникаются этими эмоциями и сами в восторге с удовольствием сидят, смотрят, рассказывают. Вот такие эмоции. А дети играют с ней, даже не знаю, что еще сказать.

Елена Семаева:

Я думаю, взрослые, скорее всего, тоже играют. Они находят ребенка, с которым можно играть и тоже играют.

Наталья Андреева:

Это уже такой совместный досуг, мне кажется. У меня все воспоминания из детства самые яркие, именно когда ты с родителями, со взрослым человеком что-то делал. Шли вы за мороженым, или вы пошли в цирк, или вы пошли на лыжах кататься — мы с родителями катались — и эти эмоции, они самые такие… Когда взрослый, которого ты уважаешь сел с тобой и что-то делает и тоже самое, когда взрослый сел с тобой и смотрит театр теней вместе. Он же тоже играет, приближает и это совместное время, которое ты потом вырастешь и тоже вспомнишь.

Елена Семаева:

А вот у вас были отзывы различные, фидбэк. А что рассказывают те люди, те дети, кому понравилась эта книга? Как они с ней по-разному, может быть, играют?

Наталья Андреева:

Девочки, например, дочь моя любит все сказки, я даже не могу сказать какую она выделяет.

Елена Семаева:

А сколько их сейчас? 5, да, по-моему?

Наталья Андреева:

У нас сейчас 5, да, 2 в разработке, сейчас 5. Она на каждом этапе любила свою книжку. Началось все с «Дюймовочки», потом мы решили, что мы же не можем выпустить книгу только для девочек — сделали «Кота в сапогах». Потом зима — «Снежная королева» и все сказки раскладывались четко на сюжет.

Елена Семаева:

Наталья, у меня вот вопрос: а правда есть книги для мальчиков и для девочек? Потому что часто в программе «Женская логика», я когда задаю вопрос «а что для мужчины, а что для женщины, а как они по-разному реагируют», мне говорят: ты что, люди есть люди. Нет все-таки, есть сказки для мальчиков и для девочек.

Наталья Андреева:

Все равно, девочки любят «Дюймовочку», так считается...

Елена Семаева:

«Золушку», наверное.

Наталья Андреева:

… в подарок. «Золушка» — это отдельный вопрос, все книги у меня появляются: «мама, когда ты сделаешь «Золушку». «Да, да, сделаю» — я не очень хотела ее делать. «Мама, когда ты сделаешь “Золушку”?» И «Золушка» была сделана исключительно для моей дочери...

Елена Семаева:

И для девочек. Так, а мальчики?

Наталья Андреева:

А мальчики… мы когда смотрели сказки, я думаю, «Кот в сапогах» мальчуковая? Мальчуковая. Делаем «Кота в сапогах» (как раз второй) и он тоже так красиво разложился на все наши картинки. «Снежную королеву» мы для всех сделали и причем по наблюдениям по моим «Снежную королеву», когда мы на выставках, на ярмарках участвуем, выбирают мальчики, которым 10-12 лет. Они прямо выбирают «Снежную королеву», стоят, ее долго разглядывают. Я вообще думала, что наша книга до 9 лет, а им интересно, смотрят и говорят: «мама, «Снежную королеву».

Елена Семаева:

Есть какой-то вывод почему?

Наталья Андреева:

Не знаю.

Елена Семаева:

Почему девочки любят одни сказки, а мальчики другие, а «Снежную королеву» — мальчики-подростки.

Наталья Андреева:

Люди очень любят «Дюймовочку», допустим, тоже по отзывам. Я говорю: а почему вы мальчику «Дюймовочку»? Она говорит: это его любимая сказка. И все, и она выбирает мальчику «Дюймовочку». Любимая сказка. То есть девочки могут читать все: и «Кота в сапогах», и «Бременских», а мальчикам почему-то не выбирают «Дюймовочку», а выбирают «Кота». Хотя я думаю, что сказки универсальны, они все чему-то нас учат, они все про взаимоотношения, поэтому любая сказка.

Елена Семаева:

Наталья, очень коротко — немного у нас времени остается до конца эфира — а что в процессе этого дела вы как личность именно приобрели для себя и может быть что-то потеряли?

Наталья Андреева:

Приобрела вообще миллион навыков, потому что я не знала ни бухгалтерию в таком формате ИП, ни логистику, когда ты с дистрибьюторами работаешь. Вообще предприниматель дает кучу навыков: с фрилансерами как работать, дизайнер, иллюстратор. Огромный опыт и я даже знаю как можно и другой продукт теперь запустить на рынок. То есть навыки, которые в целом пригодятся потом. Как работать уже с зарубежными странами — тоже год назад я думала — да я вообще об этом не знаю ничего.

Елена Семаева:

А что потеряли? Потому что обычно в процессе этого вопроса какие-то очень интересные открытия.

Наталья Андреева:

Сон потеряла, то есть где-то я недосыпаю, естественно.

Елена Семаева:

Все-таки требует много времени, да?

Наталья Андреева:

Много времени, особенно до Нового года. Вообще в целом, когда ты своим делом занимаешься, мне кажется, ты намного больше тратишь времени, чем когда ты на кого-то работаешь. Хотя все разные люди. Я имею свободу, я могу дочь на секцию сводить или еще что-то, с ней в концерте поучаствовать, но при этом я не сижу с 9 до 18. Я работаю: пришла в 10 домой, села за компьютер и в 3 часа вышла из-за компьютера.

Елена Семаева:

Наталья Андреева — создатель уникальной книги, книги-игры, книги-театра, книги теней — так мы ее решили назвать — собственно, она у вас на сайте так и называется — у меня была в гостях. 8 977 5600 205 номер нашего WhatsApp (это уже на будущее запоминайте). Наталья, какой вопрос вам запомнился больше всего от нашего слушателя? А, обычно в процессе ничего не помнится, пойдем на диванчик и будем сочинять. Хорошо, Наталья, спасибо вам большое за то, что вы пришли в эфир. Выберем за эфиром как обычно слушателя. Программа «Женская логика» — проект «Союза женских сил» в прямом эфире радио Mediametrics был сегодня, в субботу, а я прощаюсь с вами до следующей. Меня зовут Елена Семаева, до свидания.

Наталья Андреева:

Спасибо большое.

}